Маги Канверона - Ксения Котова

Ксения Котова, Василий Зеленков

Маги Канверона

Химера — 1 — Ревин Артелл —

Охота продолжалась уже вторую неделю.

Ревин Артелл преследовал сбежавшую химеру, хотя поиски завели его очень далеко от Канверона. Простое на первый взгляд дело отняло у молодого мага все силы и в пять раз больше времени, чем он рассчитывал.

За дни погони Ревин сменил шесть лошадей, а с последней почтовой станции и вовсе шёл пешком. Деньги почти кончились, терпение было на исходе, но маг не собирался возвращаться без добычи.

Во-первых, он не хотел подвести учителя. Во-вторых, ему оставалось полшага до повышения, и лишь голова проклятой зверюги оправдала бы затянувшееся отсутствие. В-третьих, Ревин просто не мог позволить твари разгуливать на свободе.

Поэтому он упрямо шагал под неутихающим ливнем, постоянно прислушиваясь к всплескам в магическом поле. Эхо, исходившее от химеры, не заглушали ни грохот воды, ни гром, ни даже свист ветра, согнавшего облака в фиолетовое полотно. Молния выскользнула из его недр, лизнула раздвоенным языком горы и пропала.

Дорожный плащ промок и тянул к земле, а меч и кинжал на поясе казались тяжеленными. Однако Ревин привык подкреплять заклинания сталью и никогда не отправился бы в путь без оружия.

Издали донёсся новый отголосок эха. Маг посмотрел в сторону, откуда тот прозвучал, прищурил серые глаза и вздохнул. На склоне приютилась небольшая деревня. Похоже, на этот раз химера спряталась в горах, а не в лесу. Оставалось надеяться: буря загнала её в пещеры, и тварь в грозу не приблизится к человеческому жилью.

Ревин решил остановиться в деревне. Надвинув капюшон, маг направился к домам. Дойдя до окраины, он нашел первые же ворота и заколотил по ним. Маг не переживал, что его не поймут. Медальон Гильдии Дракона и Пламени еле ощутимо завибрировал под курткой, разворачивая влитое в сталь и серебро заклинание-переводчик.

— Эй! Есть кто-нибудь?

На первом этаже приоткрылись ставни. Из окна выглянул старик:

— Кому дома не сидится в непогоду?!

— Путник! Где тут можно переночевать?

— А! Рау Терн поможет! На перекрёстке налево, до конца дороги!

— Понял! Спасибо! — перекрикивая дождь, поблагодарил Ревин и снова услышал эхо химеры. Тварь действительно укрылась в горах.

Идти до перекрёстка пришлось недолго, а вот подниматься вверх по склону оказалось сложнее. К счастью, дороги в деревне были не грунтовыми, а выложенными серым шероховатым камнем. По обе стороны горели жёлтым каменные фонари — внутри то ли кристаллы, то ли какая-то местная магия. Ревин не хотел разбираться. Он промок, продрог, мечтал оказаться в тепле и, едва завидев в пелене дождя трёхэтажный дом, поспешил к нему.

«Отыщу химеру с утра, — размышлял Ревин. Порадовавшись, что у дома нет ограды, маг взбежал на крыльцо с широким козырьком. — Хоть отдохну как человек… Лишь бы этот Рау… в смысле, господин Терн, не содрал с меня втридорога…».

Ревин постучал в дверь. Никто не ответил. Маг снял с пояса кинжал и снова ударил — рукоятью, посильнее. Лишь тогда раздались быстрые шаги, и дверь распахнулась.

— Звонок сломался, уважаемый? — в коридоре стоял изящный высокий юноша в смешных узких штанах, коротком бесформенном халате и шейном платке.

— Простите, не заметил… — смущённо пробурчал Ревин, пытаясь представить, как мог сломаться шнур или рычаг, — ни того ни другого он не видел.

«Или он имеет в виду что-то мелкое, бытовое?.. А, какая разница…» — мысленно отмахнулся маг.

— Здесь живёт господин Терн? Мне сказали: он сдаёт комнаты путникам. Я хотел бы переночевать.

— Госпо… дин? — юноша запнулся. — А-а, речь обо мне. Проходите.

Ревин смерил его недоверчивым взглядом. Узкое лицо с миндалевидными глазами обрамляли коротко подстриженные белые волосы и две тонкие, напоминающие ниточки косички, спускавшиеся к плечам от висков. Ещё юноша был босым. Он совершенно не походил на «господина».

«Сколько ему? — задался вопросом маг. — Восемнадцать-то есть?..».

Ревин и сам не выглядел стариком — их с Терном разделяло от силы лет пять-семь. Просто боевой маг был выше, а годы тренировок сделали его крепче и шире в плечах.

— Не стойте на пороге. Обычно я беру за ночь тридцать, но сегодня не выгоню, даже если заплатите меньше.

— Хорошо, — Ревин вошёл в дом и с наслаждением стянул с плеч дорожный мешок: «Дороговато, но…».

Внутри было чисто и тепло. От потолка шло неяркое, приятное для глаз свечение. Стены были расписаны фресками, создававшими видимость завитков и арок, словно дом стоял не в горах, а где-то на берегу моря. Слева виднелась кухня, справа — просторная гостиная. Маг нерешительно замер в коридоре. С одежды натекла лужа.

— Я насквозь промок.

— Не страшно. Уберу. Поднимайтесь на второй этаж, первая дверь справа, — Терн нырнул в одну из комнат на первом этаже. — Принесу свежее бельё.

Ревин двинулся к лестнице, хмыкнув. Кем бы ни являлся рау Терн, он совершенно не боялся ввалившегося к нему в дом — весьма приличный дом! — незнакомца. В других местах любого постояльца раз двадцать уже оценили бы и измерили, да ещё и смотрели бы в оба, не вор ли… Ревин заметил статуэтки из горного хрусталя на узких полках вдоль стен и пришёл к мысли, что здесь точно мощные охранные чары.

Толкнув дверь комнаты, маг хотел крикнуть хозяина и уточнить насчёт осветительного заклинания, но Терн сам возник за спиной. Он хлопнул ладонью по стене:

— Выключатель.

— О…

Потолок замерцал, как в коридоре. Свет озарил две односпальные кровати, пустой стеллаж между парой окон и узкий шкаф с зеркалом. Ревин посмотрел на «выключатель» — простая латунная нашлёпка, наверняка артефакт, подключённый к магическому контуру дома.

Оставляя на полу влажные следы, маг подошёл к окну. Хотелось верить — с утра погода наладится, и он легко изловит химеру на склонах. Демоны Салиманхара бы сожрали господ из Гильдии Листьев с их экспериментами и халатностью!

— Комната для омовений в конце коридора, — тем временем продолжил Терн, начав застилать постель. — Выключатель тоже слева. Мыльные принадлежности в зелёной коробке, горячая и холодная вода работают. На полке халаты. Грязную одежду бросьте в бак, к утру постираю и высушу. Если что-то понадобится, я на третьем этаже.

Заправив простыню, Терн надел наволочку на подушку и достал из шкафа тяжёлое шерстяное одеяло.

—