Скверная жизнь дракона. Книга 8. Часть 2 - Александр Костенко

Александр Костенко

Скверная жизнь дракона. Книга восьмая

Арка двадцать вторая

Проблеск

Арка двадцать вторая

Проблеск

Глава 1

Часть 1

Девочка со светло-фиолетовой кожей тёмных эльфов радостно вбежала в рабочую часть тёплой пещеры. В слоях одежды из золотого меха с налипшими снежинками, девочка прижимала к груди коричневые овалы с редкими жёсткими щетинками и одну крупную жемчужину размером с большой палец.

— Хозяин, смотрите, — радостно прощебетала малышка, взглядом показывая на трофеи в руках.

— Мелкое наказание моей скверной жизни. Опять без спросу в скверный лес ходила?

— Ну… ходила, — Соя обиженно насупилась, и протянула мне трофеи. — Но ведь… вкусно же. И эта жемчужина, хозяин же говорил, что они дорогие. Она пригодится!

— А если бы ты ещё раз потерялась, а? — на мой вопрос девочка вздрогнула, трофеи чуть не попадали на пол.

Я раздражённо потёр переносицу и медленно вздохнул, успокаиваясь. Хочется Сое жопу надрать, но ведь понятно, что вовсе не от вредности она ходила в истинный скверный лес, который со светящимся мицелием. А вот в первый раз была именно что вредность, ну или шило в жопе погнало Сою зимой из пещеры.

В первый год мы прилетели летом и сразу начали готовиться к зиме. Я уже тогда обучил Сою многому, она могла бы прожить на материке скверны без меня и не знать голода. Первой зимой метели частенько запирали нас в пещере, но до весны всё прошло спокойно. На тёплый период второго года мы многое сделали: сходили к захваченному скверной городу и перестроили внутрянку пещер, и добавили снаружи небольшой домик из чёрных псехвотрубок от энтов скверны. И миклов много накопили. Успешный был второй год. Но вторая зима выдалась очень снежной и холодной.

В тот день, сидя в импровизированном рабочей зоне в пещере, я строил планы на третий тёплый сезон и опять разбирался с трофеями из скверного города. Я привык так проводить практически все зимние дни, как и привык что Соя частенько отпрашивалась на улицу погулять по снегу. Иногда я ходил с ней, но чаще всего девочка шла одна. А в тот день и солнце ярко светило, и метели не обещалось, так что я сразу разрешил Сое бежать на улицу. Но она не вернулась даже когда солнце опустилось к горизонту.

Я тогда вообще ни о чём не думал. Я как можно быстрее воплотился в истинную форму и полетел искать это мелкое наказание моей скверной жизни. Мы вместе с ней ещё в первый год пошили одежды из золотого меха манула скверны, и Соя носила её в два слоя — но холодной ночью это бы не спасло. Я очень долго летал над сомкнутыми ветвями скверного леса, толстый слой снега поверх них полностью закрывал любой обзор. Приходилось полагаться на навык «Чувство магии» и надеяться, что рано или поздно среди сотен тускло мерцающих звёздочек магического следа порождений появится другая, отличная от них.

В десяти километрах восточней пещеры яркая звёздочка неподвижно сидела около тусклой звёздочки одного из энтов скверны. У меня аж сердце ёкнуло от мысли, что Соя умудрилась потревожить энта, он ей голову веткой проломил и около дерева лежит её труп — но всё обошлось. Я пробился девочке в сознание, и та ответила голоском пищащим от радости, смущения, страха и отчаянья. Несколько часов я выводил её из скверны: уже давно наступила ночь, и Соя ничего не видела в кромешной темноте леса, так ещё и небо тучами затянуло, окончательно убирая свет от луны и звёзд.

Проваливаясь в сугробы по грудь, из защитного леса выползло мелкое наказание моей скверной жизни. Светло-фиолетовая кожа окончательно посинела от холода, пальцы на руках и ногах не гнулись, губы побелели, а красные глаза едва держались открытыми на узкую щёлочку. Я приземлился около малышки и прижал её к груди единственной правой лапой.

На подлёте к пещере Соя перестала дрожать и мямлить тихие просьбы простить её, она обмякла и не реагировала на мои попытки связаться с ней по мыслеречи, даже на мой крик девочка лишь слабо поёжилась. Я тогда действительно боялся, что Соя не переживёт ту ночь. Поэтому даже и не думал о пропадающей части грандиозного плана по исцелению моей истинной формы — не до того было.

Я воплотился обратно в ксата и поспешил в тёплую пещеру, на ходу скидывая с малышки промёрзшую одежду. Я кое-как смог заставить мелкое бессознательное тело съесть немного сладкого содержимого микла, чтобы она получила веществ к восстановлению. С ещё большим трудом заставил Сою выпить содержимое тёплого зелёного мешочка, тот самый исцеляющий компот. И всю ночь провёл с Соей в обнимку, пытаясь согреть её и прислушиваясь к дыханию. Несколько раз она прекращала дышать на десятки секунд, я бросался реанимировать малышку, но каждый раз всё обходилось.

К утру кризис отступил, коже вернулся фиолетовый оттенок, губы порозовели, а дыхание стало практически мерным. Но вот пальцы на руках и ногах и закрученные к концу длинные ушки окончательно посерели и не гнулись, да и девочка впала в беспамятство. Три дня я отпаивал её чуть разведённым в воде содержимым микла, чтобы его целебные свойства помогли телу девочки справиться с обморожением. На четвёртый день серость спала, ушкам вернулся светло-фиолетовый цвет, и пальцы начали потихоньку двигаться. К шестому дню Соя, хоть и лежала без сознания, но на щелчки пальцев около головы реагировала подёргиванием ушей и лёгкой недовольной мимикой.

В ночь с шестого на седьмой день я задремал, а проснулся от того, что ко мне прижималось мелкое наказание и тихонько хныкало. У меня тогда просто не осталось сил отчитывать Сою, я лишь выдавил из себя просьбу никогда так больше не делать, а услышав тихонькое «угу» — отключился на день. Меня вымотала неделя изнурительной нервотрёпки из-за ощущения, что придётся по снегу могилку копать.

И вот, спустя два года — это мелкое наказание забыло о нашей договорённости. Тогда-то Соя пошла в лес как раз из вредности, потому что ей было очень скучно — а сейчас ей с каждым днём всё сложнее усидеть на месте. Ведь ещё немного, и мы полетим обратно на южный материк.

— Мелкое наказание моей скверной жизни, — я положил руку на маленькую макушки и растрепал короткие бледно-жёлтые волосы. Соя вздрогнула, готовясь получить жёсткий нагоняй. —