Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Кирилл Теслёнок

Граф Булгаков. Том 1: Укротить Аномалию

Глава 1. Дети подземелья

— Держи его!

— Хватай!

— Убить-убить-убить!

Я бежал по каменному тоннелю, а сзади по пятам двигались преследователи. Со всех сторон, из каждой щели в стене в любой момент могли появиться враги, жаждущие моей крови. Тени с горящими глазами приближались, их гортанное рычание эхом отражалось от каменных стен.

Невольно я улыбнулся. Страха не было, лишь азарт и предвкушение. Подземелье — мой родной дом. Здесь я родился и вырос, здесь научился пользоваться силой. Но каждый раз, когда я возвращаюсь сюда после очередного выполненного задания — меня хотят убить. Ха, это воистину забавно.

Дорогу мне преградило жуткое существо, вдвое выше человека. Со всех сторон послышались испуганные и сдавленные вопли. Большинство преследователей попрятались по щелям, ужаснувшись кошмарной ауре создания.

Я его хорошо знаю. Очень хорошо. В прошлом мы, будучи детьми, даже играли вместе…

— Умри! — истерично визжит Агг. Он балансирует на своём длинном чешуйчатом хвосте и пучит на меня все пять глаз, — Глупый братец!

Самое главное в жизни — это семья, верно?

Искрящаяся волна силы сорвалась с его чешуйчатых пальцев и устремилась в мою сторону.

Сосредоточившись, я небрежным мановением руки отбил атаку обратно в Агга. Он опрокинулся на каменный пол, обливаясь кровью. Острые лезвия силы разрезали его чешую, словно нож масло.

Агг просто злобный слабак. Мне даже не пришлось проявлять своё Отражение. Хватило обычной духовной силы.

Я не стал добивать его. В этом не было смысла. А вот он с удовольствием вспорол бы мне горло. Не раз уже пытался.

— Привет, братец, — с усмешкой произнес я, проходя мимо, — Как дела?

— У… ублюдок, — прохрипел он, — Чтоб… чтоб тебя… Навеки поглотил Кровавый Источник!

— Ты чего злой такой? — я выхватил из рюкзака пачку антибактериальных салфеток и бросил ему, — Утрись что ли.

— Убери… убери от меня это дерьмо смертных! — прохрипел он, в ужасе косясь на пачку, лежавшую на его чешуйчатой груди.

— Зря, отличная штука, — рассмеявшись, бегу дальше.

В подземелье меня не любят. Я родился уродом — выгляжу точь-в точь, как обычный смертный человек. Мне нравится проводить время на поверхности среди людей, но меня всегда рано или поздно против моей воли затягивает назад в каменные катакомбы… Таков был закон подземелья. Я — часть подземелья, а подземелье — часть меня. Оно не отпустит. И всё мое могущество здесь бессильно.

Как бы я не хотел навсегда сбежать из подземелья, сейчас я хочу сделать прямо противоположное — добраться до самого его сердца. Источника, откуда пошли все мы…

Почему я не стал убивать Агга? Даже если убью, он через пару дней все равно возродится в Кровавом Источнике как новенький. Мы все, принцы и принцессы подземелья — бессмертные ублюдки. Это подарок от нашей матери, Великой Зыби.

Ну и… среди смертных, на которых я так похож, это вроде бы не принято — убивать своих родных, да? Пусть Агг ещё пару недель полежит у себя в логове, зализывая раны. Без него в подземелье чуть легче дышится.

Бегу по коридору дальше, преследуемый злобными воплями Агга. Одна за другой на меня бросаются жуткие твари. Слишком тупые, чтобы осознать мою силу. Я бью, не сдерживаясь, и каменные стены окрашиваются кровью.

С боем я постепенно прорываюсь к своей конечной цели.

— Сладенький, зачем воевать? Иди лучше к нам! — манят меня суккубы, принимая соблазнительные позы.

Я скользнул взглядом по аппетитным округлым формам и вздохнул.

— Простите, дамы. Может быть в другой раз.

Проблема женщин в подземелье — это сюрпризы. Дама может выглядеть очень мило, но где-нибудь под юбкой прятать ядовитое жало. Или ещё что-нибудь гораздо хуже, чем жало… Здесь из-за беспорядочных связей процветают мутации.

«Не отвлекайся», — напомнил я себе, — «Ты уже близок к своей цели. Остался последний рывок».

…Я вхожу в большую пещеру, залитую кровью от пола до потолка. Повсюду валяются убитые твари подземелья. А в центре пещеры стоят двое и смотрят прямо на меня.

Тут я немного напрягся и активировал Отражение. Оно проникло в мои мышцы, наполняя их вибрирующей силой.

Надо стать чуточку серьезнее.

Изверг, мой старший брат, как всегда выглядел грозно. Он напоминал крылатого демона преисподней, как их любят изображать люди. Высокий и гордый, он являлся истинным воплощением силы и мощи своих родителей. Всё его тело покрывали мерцающие чешуйки, каждая из которых была твердой, как сталь, и острой, как лезвие бритвы. Его крылья были массивными и мощными, способными с легкостью нести его по небу. Его когти были длинными и острыми и легко пробивали даже самую прочную защиту.

Но, несмотря на свирепый вид, Извергу не были чужды благородство и честь. Он был сыном Великого Чёрного Дракона, и многие черты характера унаследовал от своего гордого отца.

Сестра Алая, напротив, была существом чистого озорства и хитрости. Маленькая и стройная, она выглядела как милая девушка с волосами пылающими огнем и рогами на голове. В ее оранжевых глазах играл лукавый блеск, а с губ не сходила озорная ухмылка, которая выдавала ее истинную сущность. Она была быстрой и ловкой и, казалось, всегда на шаг опережала всех. В руках она держала острый загнутый кинжал.

Я не знал, кто её отец, но ходили слухи, что это кто-то из владык Преисподней.

Несмотря на свои различия, Изверг и Алая были неразлучным дуэтом, связанным общей любовью к приключениям и неприятностям. А вместе они образовывали силу, с которой приходилось считаться.

Даже мне.

— Привет, братец Блистающий, — улыбнулась мне Алая, подбрасывая кинжал в руке, — Мы тут решили немного прибраться к твоему приходу.

— Ну, привет, — кивнул я ей, внимательно глядя на старшего брата.

Я бы не хотел с ними сражаться. Ни с Извергом, ни с Алой. И вовсе не потому, что боялся битвы.

Но Изверг неожиданно отступает в сторону, освобождая мне путь. В полумраке сверкает его зубастая улыбка.

— Я взял себя смелость расчистить для тебя путь, Блистающий, — мягко произнес он, загадочно блестя алыми глазами. Между его зубов иногда прорываются язычки огня.

— Мы взяли, — пробурчала Алая, недовольная, что её заслуги преуменьшают. Она демонстративно облизала лезвие своего кинжала и ухмыльнулась.

— Ловушка? — поинтересовался я, не трогаясь с места

— Опять ты со своей паранойей… Напротив, — усмехнувшись, он покачал головой, — Я очень хочу, чтобы ты попал к матери.

— Что ж… — я