Криндж и электротатары - Харитон Байконурович Мамбурин

Криндж и электротатары

Пролог

— Давным-давно, когда наши тела ещё состояли только из глупых мяса и костей, не имея божественной силы принимать в себя металл и электричество, эти земли поглотила Смерть. Она забрала девятерых из десятерых, высосала всю жизнь из скудной почвы, отравила всю воду. Умирало всё: животные, растения и люди. Выжившие должны были уйти, отрок, и они ушли. Скудные остатки племён покинули нашу родину, оплакивая её сухими слезами, храня мудрость предков в былинах и балладах. Однако, сплотившись в горе, наши предки не рассеялись после в других землях, а поселились на окраинах покинутой родины, там, где ещё можно было жить… Так им повелел пророк Махдур.

— И его все послушались, бабушка?

— Не все, но вера наших предков была в него очень крепкой. Те, кто убежал дальше… от них ничего не осталось. Ни вестей, ни слов, ни песен. Неверующие сгинули, внук, а мы остались. И не просто остались…

— Потому что вера наша крепка?

— Да, внук, именно так. Потому что вера наша крепка, корни наши сильны, железо остро, а кумыс наших ездовых скарабеев даёт мощь и плоти, и металлу. Но это всё было потом. Сначала пришли они, Безымянные Боги…

— С земель отравленной родины, да, бабушка?

— Именно оттуда, внук. Большие, сильные, красивые, без волос и имён. Настоящие боги.

— Они отдали свой облик, чтобы вернуть нам родину… а потом разошлись по миру.

— Да, отдали. Да, разошлись. Но прежде они жили среди нас, учили, врачевали наши тела, привели скарабеев. Научили смешивать их молоко с крайтексом и тёртыми ягодами авашль, чтобы мы преисполнились силой. Дали нам ключи к великим печатателям, чтобы мы творили себе новые части тела из металла. Безымянные боги спасли нас, вернули всё утраченное, позволили жить и процветать. Взамен они попросили только охранять нашу же землю, защищать её от посягательств других. Как будто бы мы могли поступить иначе…

— Бабушка, а почему они оставили злых зедов в горах? Зачем они поселили этих чудовищ рядом с нами?

— Ты у меня такой большой, а такой глупенький…

— Ну бабушка-а!

— За что тебе Лово позавчера подзатыльник дал, ну-ка отвечай!

— Я не помню! Честно, не помню!

— Ох, скорее бы ты уже на охоту сходил и в поединки! Нужно тебе головное железо, внучок, очень нужно! Мысли как вода из головы вытекают! Вот скажи мне, бедовая головушка, что сделали бы окраинные ханы, если б им не нужно было отправлять людей в горные дозоры? Вахра-хан, Булдак-хан, Кибердемон-хан? Что бы они удумали?

— В набег бы пошли, бабушка! На земли ямикосов, на города мелких коротышек! Добычу бы богатую взяли, женщин рожать привели бы новых, славы добыли!

— О как у тебя глазки-то загорелись, дурачок! Хорошо же, смотри! Сели ханы с воинами на скарабеев, уехали, вернулись бы с прибытком, да? А остальные кланы — без прибытка, без славы, без женщин этих. Что бы тогда произошло? Зависть бы великая случилась, скорбь и разорение. Ушли ханы снова, а тот же Кавай-хан взял да напал на стойбище, себе всё забрал. Вражда бы родилась, обиды кровные, война внутренняя. А вот пока все ханы договариваются, а Хан Ханов сам людей отбирает под набеги, деля добычу справедливо и ровно, наша земля лишь крепнет. Зеды страшные своей угрозой нас спаивают воедино лучше, чем что-либо другое! Понял⁈

— Я в набеги хочу ходить, а не степь патрулировать…

— Сейчас как дам по голове! Вот засранец ленивый и трусливый, прости меня Безымянные Боги! Сначала ты, козлик, себя на патрулях должен показать, кровь в защиту племён пролить! А ему ишь, сразу хочется в опытные воины! В набег! Рука ещё не отсохла, из железа только живот и есть, пьёшь по треть чарки кумыса! А ну спать! Живо!

— Ай! Ай! Не бейся током, бабушка! Прости! Я больше не буду!

— Спать, я сказала! Молча!

— Всё, закрываю глаза… ой, что это? Это Седма? Это Седма кричит⁈ Бабушка! Это Седма!

— Да, она. Успокойся, это не крики. Видимо, Калиайна уже всё. Сестра твоя такая… дохловатая. Теперь, значит, Седма пошла.

— Что с ней там делают⁈

— Ничего особого, дурашка. Гость у хана Потомака большой, очень непростой. Говорят по радиосвязи, что похож на Безымянного бога, только с волосами. Вот он и зачинает нам новых людей, как пристало. Ничего с твоей невестой не случится, походит в раскоряку пару дней, да и всё. Спи! Во сне рука быстрее отвалится!

— Бабушка… Седма…

— Спи, говорю. Тебе новую руку самому приделывать надо будет, дурачку! Знаешь, что бывает с теми, кто не справился? Тем, кто не умеет работать со своим железом⁈

— Их отдают зедам!

— Вот именно, внук. Их отдают зедам…

— Бабушка, а расскажи, что сейчас происходит? Ты же всё слышишь через связь? Я всё равно под крики Седмы не усну! У меня от них что-то внизу шевелится…

— Да уж лет пять как шевелиться должно! Ох, в кого ты у нас только уродился… Ладно, слушай, я по-быстрому расскажу…

— Не надо по-быстрому, я не хочу лежать в темноте под эти звуки!

— Ох, Безымянные боги, дайте мне сил, я же ему сейчас челюсть сломаю! За что мне, старой, такое наказание? Ладно, слушай! Небесный город над нами погас, племена наверху в године бед и пучине скорби! Изнывают от голода и жажды, едят друг друга. Кто может, те улетают к звёздам. Те, кто слабее, сидят там, как в тюрьме. Но это их дела, внук. Без надзора сверху новый луч солнца на горизонте у наших пустынь! Хан Ханов собирает великий набег, а к нам, именно к нам, пришёл великий гость! Великий воин, колебавший такие твердыни, в сторону которых даже величайший из ханов не станет смотреть! Сейчас он вкушает отдых, а заодно и делает тебе сына или дочь. Возможно, ты воспитаешь нового великого воина нашей пустыни…

— Ты о ком говоришь, бабушка? Неужели…?

— Да, обалдуй! Сейчас сам Криндж…

— КРИНДЖ!!

— Стой! Стой, кому говорят! А ну-ка… Ну вот. Рука отвалилась. Ох, горюшко ты моё, хоть бы не убил он тебя, когда добежишь. Хотя, а почему и нет? Ну дурак же получился, святые пески! Полный