На эту и на ту набью тебе тату. Том 4 - Игорь Алмазов

Игорь Алмазов

На эту и на ту набью тебе тату. Том 4

Глава 1

Мы тебе не просто банда — мы пожарная команда!

Я пару мгновений помолчал, обдумывая только что услышанное. Хранитель пропал.

— Так, стоп, — сказал я в трубку. — Валера, давай без паники.

— Легко сказать, — проворчал тот. — Единственный человек, который знал про Цех, испарился. Съехал со своего подвала непонятно куда и непонятно зачем. А ты говоришь без паники.

— Подумай сам, — спокойно продолжил я. — Хранитель ведь старый и опытный человек. Он не первый год живёт с тайной Цеха и наверняка не первый раз сталкивается с опасностью. Если он исчез, значит, у него были на то причины.

— Например? — недоверчиво спросил Валера.

— Например, он почувствовал угрозу и залёг на дно, — предположил я. — Или у него есть запасное убежище, о котором мы попросту не знаем. Люди такого склада всегда готовят пути отхода. Но просто так он пропасть не может. Так или иначе объявится, потому что нас с ним кое-что связывает.

Валера помолчал, обдумывая мои слова.

— Может, ты и прав, — признал он. — Но всё равно неспокойно мне. Просто так взять и исчезнуть, без предупреждения.

— Это не значит, что всё кончено, — сказал я. — Просто теперь мы не можем рассчитывать на его помощь. Придётся искать ответы самим.

Возможно, именно этого он и хотел добиться. Это пока неизвестно.

— Самим, — вздохнул Валера. — Ладно. Я поспрашиваю своих, у меня в Казани знакомых полгорода. Если кто-то что-то знает про этого коллекционера, обязательно доложат мне.

— Договорились, — отозвался я. — Если что — на связи.

— Окей, — тот положил трубку.

Я убрал телефон, но тут же достал его снова. О произошедшем нужно было сообщить Верещагину.

— Артём? — он взял трубку после первого гудка. — Что-то случилось?

— У меня новости, Аристарх Павлович, — отозвался я. — Плохие. Хранитель исчез из Казани. Мне только что звонил Валера, сказал, что подвал пуст, а на звонки он не отвечает. Уехал, никого об этом не предупредив.

На том конце повисла пауза.

— Я так и знал, что этот старик ненадёжен, — с досадой заявил Верещагин. — Он что-то скрывал с самого начала. Все эти его недомолвки, туманные намёки… Хранитель Цеха, ага. Сам ничего толком не рассказал, только дал задание искать эти другие осколки.

— Не спешите с выводами, — возразил я. — Скорее всего, он ещё объявится, когда сам сочтёт нужным. Такие люди ничего не делают просто так. А пока предлагаю сосредоточиться на Игле. Это единственная ниточка, которая у нас осталась.

Верещагин снова замолчал. И эта пауза мне не понравилась.

— С Иглой как раз проблема, — наконец сказал он. — Коллекционер, с которым я договаривался о встрече, внезапно отказался от неё без объяснений. Я пытался выяснить причину, но он просто сказал, что передумал, и бросил трубку.

Я нахмурился. Слишком много информации для одного дня.

— А не может ли это быть связано, — задумчиво сказал я. — Исчезновение хранителя и отказ этого коллекционера. Как будто бы кто-то ещё охотится за осколками. Аристарх Павлович. И этот кто-то либо запугал коллекционера, либо попросту перекупил Иглу.

— Я тоже об этом подумал, — мрачно ответил Верещагин. — Не хотел говорить раньше времени, но других объяснений не вижу. Я задействую свои московские связи, попробую выяснить, кто мог выйти на коллекционера раньше нас. А вы держите меня в курсе, если что-то узнаете о Хранителе.

— Взаимно, — сказал я.

Разговор был закончен. Линия Осколков зашла в тупик сразу с двух сторон. Но я знал наверняка, что это временно. Тот, кто играет против нас, рано или поздно себя проявит. Ведь у нас на руках как минимум три осколка из семи.

И тогда можно будет продумать следующие шаги.

А пока что надо заняться работой.

* * *

Я добрался до студии. Там кипела жизнь, мой маленький коллектив вовсю работал каждый над своей задачей. Лёха почти каждый день оттачивал навыки на латексе. Вика занималась рекламой.

А меня к себе подозвала Марина.

— Артём, есть разговор, — заявила она. — По продвижению нашей студии!

— Слушаю, — подошёл к ней.

— Конкурс, — Марина выдержала эффектную паузу. — Мы запускаем в соцсетях конкурс. Люди присылают свои истории и идеи для татуировок со смыслом. То есть не просто какой-то рисунок из интернета, а сами продумывают интересные эскизы. А победитель получит скидку пятьдесят процентов на сеанс у тебя.

Я обдумал предложение. Затраты минимальные, а выгода очевидная.

— Это привлечёт новых подписчиков, — продолжала Марина. — Даст несколько гарантированных записей. А заодно это будет отличный контент для Вики. Истории людей всегда цепляют, а тут они ещё и сами будут продумывать, что их истории отражает.

— Это интересное предложение, — кивнул я. — Давай запустим, только с Викой детали продумай. Победителя буду выбирать лично я, предупредите участников. И ограничение по времени дайте, например на две недели.

— Так и задумано! — просияла Марина и умчалась к Вике.

Через минуту они уже сидели вдвоём над телефоном, сочиняли пост, спорили о правилах, выбирали картинку для анонса. Они хорошо сдружились, и мне это очень нравилось. В коллективе должна быть здоровая дружеская атмосфера.

У меня самого сегодня было несколько записей, ни в одной из них не оказалось начертания.

А ближе к вечеру в студии началась суета.

— Ну что, — Марина уселась в кресло и решительно убрала волосы за ухо. — Я готова.

Похоже, начало этой истории я упустил.

— К чему готова? — подошёл я.

— К проколу, — пояснила мне Марина. — Вика сегодня впервые попробует прокол на живом человеке. На мне.

Вика стояла рядом и заметно волновалась.

— Прокол на мочке уха, — сказала она мне. — Один из самых простых. Марина как раз хотела себе вторую серёжку.

Я ободряюще улыбнулся девушке.

— Тогда действуй, — сказал я.

Она действовала на удивление собранно. Вымыла руки, надела перчатки, обработала инструмент и мочку уха. Затем аккуратно разметила точку прокола и показала Марине в зеркало.

— Здесь нормально? — спросила она. — Подойдёт?

— Идеально, — кивнула Марина.

— Тогда не дёргайся, — сказала Вика. — Как тебе лучше, неожиданно или на счёт три?

— Давай неожиданно, — Марина зажмурилась.

Я стоял в стороне и не вмешивался, только наблюдал. Вика справлялась сама, уверенно, чётко, по всем правилам. Игла прошла ровно, Марина даже не поморщилась. Ещё несколько секунд, и в ухе блеснула новая серёжка.

— Всё! — объявила Вика. — Смотри результат!

Марина повернулась к зеркалу, придирчиво осмотрела результат и улыбнулась.

— Красота, — заключила она. — Я почти ничего не почувствовала. У тебя лёгкая рука, Вика.