Ведьма. Треугольник судьбы - Любовь Фомина

Любовь Фомина

Ведьма. Треугольник судьбы

Глава 1

«Ну наконец-то, — звучит незнакомый голос, но никто из девочек не реагирует. Я оборачиваюсь и никого не вижу. — Знакомиться будем, мисс Мейерхольд?»

Чужих нет, девочки говорят о своем и не обращают на меня никакого внимания. Кажется, у кого-то скоро случится паническая атака. Или я сошла с ума?

Первым делом я проверяю кулон на шее, но там болтается лишь пустая цепочка, которую я зачем-то нацепила обратно. Стало слишком привычно, что на шее болтается что-то мешающее.

А голос… Он больше не повторяется. Может мне показалось? Или именно эти последствия Кристиан имел в виду: кто с ним переспит, получит магию, но сойдет с ума. Вряд ли. Слишком много чести зазнавшемуся охотнику.

— Неужели я тебя пугаю, — вновь раздается голос с нотками усмешки. А я опять кручу головой и пытаюсь понять источник звука. Не сразу, но до меня доходит, что я никого не найду. Все происходит в моей голове и только там. Магия подпалила мозги, не иначе.

Раздавшийся голос в моей голове оказывается весьма строгим. Почему-то на это я обращаю внимание в первую очередь, а уже только потом задаюсь вопросом: откуда вообще в моей голове чей-то голос? То есть… А вдруг это не сумасшествие, вдруг найдется другое объяснение, более логичное. В таком случае, нужно идти к Кристиану, только он сможет мне помочь, как бы неприятно это ни звучало.

— Милый Кристиан тебе не поможет, — отвечает голос на мои мысли.

— Ты кто? — Думаю я про себя, быстро поняв, как общение будет строится.

— О, мы вернулись к тому, с чего начали! Я так люблю новые знакомства! — Вроде радостно, но очень зловеще отвечает голос. Вот только меня не напугать. Если это всего лишь говорящий вирус в мозгах, то он не причинит мне вреда.

— Так кто ты?

— Меня зовут, ну допустим, Ванесса. Ты — Арина, это мне известно.

— Ванесса? А случаем не та самая ведьма, которая…

— Да, да, — обрадовавшись, перебивает меня голос, — это я. Знаешь, вечность такая длинная, — драматично вздыхает она, — но ты кажешься весьма интересным собеседником.

— Кристиан знал, что так будет? — Перехожу я сразу к делу, не желая разводить тут дружеских любезничаств.

— Разумеется. Это и было его корыстным мотивом — избавиться от меня.

— И он промолчал.

— Ну, деточка моя, ты сама не спрашивала. — С некоторым укором отвечает голос.

— Как будто мой вопрос что-то бы изменил, — падаю я обратно на подушку от тяжести мыслей. — Кристиан очень скрытый, он редко что-то рассказывает о себе или изливает душу.

— У него была непростая жизнь.

— А ты мне можешь рассказать, что с ним произошло?

Голос громко начинает смеяться, заливисто, без стеснения. В ушах начинает фонить.

— Я не хочу про него говорить. Зато о тебе — с удовольствием. У нас впереди много работы. Ты должна, — выделяет она главное слово своего посыла, — обучиться магии, стать лучшей, непобедимой.

— Мне это не нужно.

— Очень нужно. Со временем я тебе успею надоесть, и ты захочешь избавиться от меня. И это даже получится! Вот только обращение с магией должно быть идеальное.

— Значит, есть возможность не делить мою голову на двоих?

— Все верно.

— Ладно, такая мотивация мне подходит.

Только я свешиваю ноги с кровати, как меня замечает Деба. Она сразу же обращает всеобщее внимание ко мне. Девочки оборачиваются, но молчат. Однако в их глазах читаются вопросы на вполне логичную (и ожидаемую мной) тему.

— Арина, почему ты не рассказала никому, что пойдешь на бал с преподавателем? Мы бы не стали осуждать, да девочки? — Оборачивается она на них, и все начинают слаженно кивать.

— Это было незапланированно. Просто так получилось.

— Ага, и платье нашлось случайно! — Подливает масла в огонь гномка.

— Все верно. — Медленно моргаю я, заменяя этим движением кивание головой. Не очень хочется трясти ей, вдруг еще гостью не в те мысли затрясу.

Девочки, словно один слаженный механизм, собранный против меня, начинают докапываться, задавать неудобные вопросы и пытаться подловить меня на чем-то, сами не понимая, на чем именно. Я стараюсь спокойно отвечать на их вопросы, что-то объяснить, не вдаваясь в подробности, но это не помогает. Вопросов становится все больше, а сами формулировки острее.

— А знаете что! — Не выдерживаю я. От эмоций даже подскакиваю на месте и подхожу к ним ближе. — Да, я была на балу. Да, я была с Кристианом. Нет, вы все правильно услышали, не с преподавателем, а с Кристианом. Можете осуждать меня сколько хотите, сплетничать за спинами, бросать косые взгляды, но я не стану вам подыгрывать. Я пошла на бал со своим другом и оправдываться за это перед кем-то не вижу нужным. Если вам интереснее обсуждать мою жизнь, чем свою, то мне вас просто жаль. Еще вопросы будут?

— Н-нет, — в разнобой отвечают все до единой и даже Деба, которая пялится на меня, как на совершенно чужого и незнакомого человека.

— Отлично. — Ставлю я руки на пояс с чувством выполненной работы. — У нас занятия когда начинаются?

— Так… через месяц, — отвечает гномка, которая является подругой другой гномки.

— Сейчас каникулы, — поддакивает ей первая.

— Арин, — наконец оживает Деба, — сегодня все по домам разъезжаются. К вечеру Академия опустеет. Я же говорила тебе, приглашала к себе погостить, но ты отказалась. Я думала, ты с Иниром поедешь…. — Тупит она глаза вниз, понимая, что сказала лишнее. Была бы это беседа тет-а-тет, то другое дело, но перед главными сплетницами Академии не стоило так намекать на некоторую сложность и неоднозначность моей личной жизни.

— А в Академии остаться не вариант? — Обращаюсь я исключительно к Дебе, ведь с остальными все понятно. Они сидят вокруг моей подруги и держат за руки, чтобы та никуда не ушла, подкинув им еще почвы для сплетен.

— Нельзя … никак, — мотает Деба головой.

— Проблемка… — Задумываюсь я на миг и тут же разворачиваюсь, прощаясь с девочками поднятой вверх рукой.

С Иниром я ехать не хочу, он опять начнет убежать меня в том, какая хорошая у него семья, как он меня любит, и что жениться (в мире-то без разводов) не страшно. Если поеду с ним, то наберусь еще больших проблем. Мое желание, а точнее нежелание, касательно брака никуда не делось. Да еще и эта ночь с Кристианом вносит свои коррективы. Ну как я посмотрю в глаза Иниру, поющему серенады о любви, когда