Похищенная в летний полдень - Мария Самтенко

Мария Самтенко

Похищенная в летний полдень

Пролог

В котором происходит зловещее похищение среди бела дня

— Девушка, извините, как пройти в булочную?

Оборачиваюсь: дракон в человеческом облике, высокий, темноволосый, загорелый. Симпатичный, даже очень — волосы обрезаны чуть выше плеч, черная безрукавка поверх белой рубахи ладно обтягивает тело. Лицо приятное, улыбчивое.

Только вопросы он задает странные.

Скажите на милость, какая булочная? Та, которая за моей спиной? Киваю на вывеску и хочу уже отвернуться, но дракон не отстает.

— А вы — дочь господина Вьори? — уточняет он, и, дождавшись кивка, расплывается в улыбке. — Вы с папой — одно лицо!

Комплимент не очень, учитывая, что у отца трижды сломанный нос и борода лопатой.

А разговор странный. Будь я в какой-нибудь подворотне, уже бежала бы со всех ног. Но нет, мы на рыночной площади: нагретая солнцем мостовая, магазинчики, туи в кадках, соленый ветерок с моря, толпа отдыхающих с разноцветными зонтиками… и дракон.

Смотрит синими глазами и улыбается во все зубы:

— А скажите… — пододвигается ближе легким скользящим шагом.

— Не подходите, или я закричу, — шепчу ему и отступаю к булочной. Спиной вперед, чтобы не выпускать подозрительного дракона из виду.

Чутье меня еще ни разу не подводило.

А вот наблюдательность — регулярно!

Мощные руки обхватывают меня сзади, к лицу прижимается остро пахнущий платок.

Вырываюсь, чихаю… корзина с выпечкой падает из рук, ноги становятся ватными, а тело наливается истомой, как после целого дня на жарком пляже.

Эй! Какой пляж! Я же там еще не была! Я же только вчера сюда приехала! Спасите! Помогите!

— Ой, вам, кажется, нехорошо! — синеглазый дракон оказывается рядом, заглядывает мне в лицо. — Вы уронили корзинку!

— Солнце напекло голову, так бывает, — басят сзади. — Ничего, мы проводим домой.

Чья-то рука сует мне корзинку, а другая, огромная лапища надевает мне на голову соломенную шляпку размера на два больше нужного. Обзор сокращается. Пальцы норовят разжаться и выпустить корзину.

Надо идти! Куда… куда-то. На пляж! Точно! Такой же был план!

Несколько шагов, а потом меня подхватывают под локти, журят, что ушла погулять без присмотра. Перед носом снова оказывается платок.

Апхчи!

Зачем я куда-то иду? Полежу тут, на теплой мостовой! Отдохну, а то на работе сплошные стрессы.

Стрессы и дебилы.

— Тише, Мила, не падай, сейчас дойдем до кареты… — шепчут мне в ухо, обдавая приятным хвойным ароматом дорогого одеколона.

Хочется сказать, что я не Мила, но лень. Как и идти — в итоге дракону приходится закинуть мою руку себе на плечо и тащить.

— На большом воздушном шаре мандаринового цвета, — пою я себе под нос, пока мы куда-то идем, — мы с драконом улетим за летом…

На задворках сознания вертится мысль, что это, вроде как, похищение, но орать и сопротивляться мне лень. Я же приехала отдыхать!

О, а вот и карета! Куда мы поедем, на пляж?

Дракон забирается внутрь, заносит меня, укладывает на сиденье, головой на свои колени. Закрываю глаза. Наконец-то никуда не надо идти!

Карета трогается. Голоса рядом бубнят, что две экспозиции платка — это многовато для такой юной девушки, как бы не начались проблемы с дыханием.

— Кирст! — командует бас. — Расстегни ей платье, мало ли что!

Сильные руки аккуратно поворачивают меня на бок и обнаруживают… правильно, шнуровку спереди по последней столичной моде.

Прикосновения жарких нервных пальцев вырывают из сладкой дремы. Дракон поворачивает меня то так, то этак, отважно, но безуспешно сражается с лентами, изображающими последних стражей девичьей чести (которой у меня не сказать чтобы много).

Наконец Кирсту удается совладать со шнуровкой. На воздух выскальзывает грудь. Упс, перебор. Конструкция платья позволяет носить его без белья, вот я и не стала, по случаю лета-то.

— Ты зачем ее раздел, идиот⁈

— Ты же сам сказал…

— Дурак! Ее нельзя трогать! Хочешь, чтобы заказчик откусил тебе голову⁈

Теплые нервные пальцы снова пляшут по моей обнаженной коже. Кирст путается в шнуровке и бормочет извинения каждый раз, когда случайно касается моей груди. Наконец ему удается кое-как стянуть платье, видимо, перепутав абсолютно все. Не туго и ладно. Посплю.

Перед тем, как отдаться сонной неге, думаю о том, как интересно начинается отпуск.

А потом…

— Вы! Пингвиноголовые идиоты, кого вы украли⁈

Глава первая

Выясняется, что драконы могли бы получше смотреть, кого похищают. Кирст

Кирст

— Кирст! Кого ты похитил? Где были твои глаза⁈

Глаза, ха. Где были мои мозги, когда я позволил двоюродным братьям уговорить меня в этом поучаствовать⁈ Здравствуйте! Отметили выпускной, да так, что я поклялся крыльями, что помогу этой троице украсть девицу за выкуп!

«У нас с этим индюком Вьори старая вражда, его дочь нас узнает, а тебя нет», — сказали они.

Половину отцовского долга пообещали простить, даже не весь! Но вчера это казалось нормальной сделкой.

Интересно, можно ли как-то отозвать клятву крыльями, если ее дали под влиянием гномьего эля?

Только претензии по качеству этого сомнительного заказа совершенно не обоснованы. Вот девушка, лежит себе на диване и тихо сопит под действием препаратов. Вот «техническое задание» с описанием и даже с рисунком.

Вытаскиваю его из кармана и сверяю: портретное сходство имеется. У меня даже сомнений не возникло. А надо было?

— Хомяку понятно, что это не Мила Вьори! — разоряется дядя Лорен. — Той девятнадцать, а этой под тридцатник!

Даже не знаю, что и сказать. Девушка в тридцать не похожа на старую, сморщенную каргу, перепутать несложно! И возраст «жертвы», насколько я помню, мне никто не назвал. Мы подошли к нужной булочной, дождались девушку в сиреневом платье, я даже спросил, дочь ли она купца Вьори. Ну кто же мог знать⁈

— Слушай, ну сам бы и похищал, — вполголоса бросаю я, потому что долг долгом, а самоуважение тоже терять не надо. — Напомню, что я тут не живу и в глаза не видел вашу Милу. Со мной были Гай и Орис, они…

— Пингвиноголовые идиоты, кого вы украли⁈ — а это уже адресовано моим горе-сообщникам. Да еще и так громко, что похищенная девушка глубоко вздыхает и открывает глаза.

— Не ори, Лорен! — спохватываюсь я. — Разбудишь!

Поздно! Девушка садится на диванчике, сонно хлопает ресницами. Потягивается, и…

— Платье!

Сваливается, конечно. Проклятая шнуровка! У меня совершенно нет опыта. Когда похищенная лежала, все было хорошо, но стоило ей сесть…

Лорен смотрит на нас как на извращенцев,