Блистательные - Стивен Бакстер

Стивен Бакстер

Блистательные

Ксили — 17, Дети судьбы — 4

Перевод: © Фурзиков Николай Порфирьевич

Origin: http://samlib.ru/f/furzikow_n_p/baxter_resplendent.shtml

Создан: 26/04/2024, изменен: 26/04/2024, 1313k

Роман: Переводы

Посвящается моим дедушкам, рядовому Фредерику Уильяму Ричмонду, 20-й батальон Королевского полка ("Ливерпульские приятели"), 1914–1917 гг., и старшему ротному сержанту Уильяму Генри Бакстеру, королевская Шропширская легкая пехота, 1903–1919 гг.

Меня зовут Люру Парц.

Я родилась в 5279 году нашей эры, так когда-то люди считали время. Теперь я прожила так долго, что эти даты не имеют никакого значения. Мы потеряли годы, потеряли их порядки величин.

Тем не менее, я все еще здесь.

Я родилась на Земле. Но тогда Земля не принадлежала людям.

Она принадлежала нашим завоевателям, кваксам.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ВОЗРОЖДЕНИЕ

БРАТЬЯ И СЕСТРЫ ПО ГРУППЕ

5301 г. н. э.

До того, как Люру Парц вызвали в офис Джимо Кана для выполнения нового сложного задания, она никогда не считала свою работу разрушительной.

Кана стояла перед окном-порталом, естественное освещение которого выдавало ее высокий статус в Управлении искоренения. Красно-золотой свет заката отражался от информационных табло на стенах офиса. За круглыми плечами фараона Люру разглядела блестящие выдутые из силиката купола жилых кварталов агломерации, обрамленные сине-зелеными каналами.

А на туманном горизонте корабль кваксов, сплайн, кружил над оккупированной Землей, вращаясь, как огромный глаз. Там, где он пролетал, поднималась бурлящая волна земли, травы и сломанных деревьев.

— Никогда, — пробормотала Кана. — Ты никогда не думала об этом с такой точки зрения, как разрушение. Правда? Но мы уничтожаем данные, Люру. Вот что значит "Искоренение". Эрадикация. Уничтожение с корнями. Ты никогда не задумывалась об этом?

Люру, которой не терпелось вернуться к работе, не знала, что ответить. Если это и был какой-то новый метод оценки, то он был неясен, а стратегия Кана — неочевидна. На самом деле, ее возмущала необходимость выслушивать это туманное философствование от Кана, которую большинство людей считали затхлой реликвией, мешающей бесперебойной работе Управления. Среди друзей и настойчивых соперников Люру даже подчинение фараону считалось препятствием для карьеры. — Я не совсем понимаю, к чему вы клоните.

— Тогда подумайте о библиотеке, над которой вы работаете, под Соллед-Лайк-Сити. Говорят, что в библиотеке хранится древо предков каждого мужчины, женщины и ребенка на планете, вплоть до момента оккупации. Вы или я могли бы проследить нашу личную историю на тысячи лет назад. Подумайте об этом. И ваша задача — уничтожить это. Разве это не заставляет вас чувствовать себя, по крайней мере, — Кана выразительно развела маленькие ладошки, — неоднозначно с моральной точки зрения?

Кана была невысокой, коренастой, ее голову покрывал серебристо-белый пушок. Люру, у которой была выбрита голова, не знала никого, у кого были бы волосы — конечно, побочный эффект антивозрастной терапии (АВТ). Кана как-то сказала Люру, что она так стара, что помнит времена, предшествовавшие самой оккупации, двухсотлетней давности. Для двадцатидвухлетней Люру эта мысль была пугающей.

Она задумалась над тем, что сказала Кана. — Я даже не знаю, где находится "Соллед Лайк Сити" — или был раньше. Какое это имеет значение? Данные — это просто данные. Работа — это просто работа.

Кана расхохоталась. — С такой моральной пустотой, как у тебя, ты далеко пойдешь, Люру Парц. Но не все такие гибкие в своих взглядах, как ты. Не все являются поклонниками искоренения. За пределами агломерации ты столкнешься с враждебностью. Ты видишь в очищении приятное интеллектуальное упражнение, а они видят только разрушение. Знаешь, они называют нас ясофтами. Я помню более старый термин. Квислинги.

Люру была озадачена. Почему она говорила о внешнем мире? Снаружи было место оборванцев и бандитов. — Кто называет нас ясофтами?

Кана улыбнулась. — Бедная маленькая Люру, такая уединенная жизнь. Ты ведь даже не помнишь восстание, не так ли? Друзей Вигнера…

— Восстание было подавлено за пять лет до моего рождения. Какое это имеет отношение ко мне?

— У меня для тебя новое задание, — оживленно сказала Кана. — Ты знаешь Саймата Сувана?

Люру нахмурилась. — Пару лет назад мы были в одной группе. — И, если коротко, любовниками.

Кана пристально посмотрела на нее; Люру почувствовала, что она знает все об их отношениях. — Суван уехал из города год назад.

— Он стал оборванцем? — Люру не была особенно шокирована; Саймат, при всем своем обаянии, всегда был раздражительным, трудным, непоследовательным.

— Я хочу, чтобы ты поговорила с ним о его исследованиях сверхтяжелых элементов… Нет, не это. Все это не имеет значения. Я хочу, чтобы ты поговорила с ним о том, как свести к минимуму боль и смерть для него самого и для других. Видишь ли, он оказался на пути.

— Не думаю, что мне подходит это назначение, — сухо сказала Люру. — Мои отношения с Сайматом остались в прошлом.

Кана улыбнулась. — Прошлом, о котором ты предпочла бы забыть, в своем маленьком искоренении? Но из-за этого прошлого он, возможно, прислушается к тебе. Не волнуйся, это не повредит твоей блестящей карьере. И я знаю, что связи между братьями и сестрами по группе не так прочны. Они не предназначены для этого. Но ты могла бы убедить этого мальчика спасти себе жизнь.

— Я знаю, что ты сурово судишь меня, Люру, меня и других фараонов. Просто помни, что наша цель — всегда сводить к минимуму страдания. Вот почему я работаю в этом месте. Моя и твоя работа — быть посредником при режиме кваксов. Отношения человечества с завоевателями ухудшились после восстания Друзей. Без нас все было бы еще хуже. Вот почему, — медленно произнесла она, — я сожалею, что обращаюсь к тебе с такой просьбой, именно к тебе, Люру.

— Не понимаю.

Кана вздохнула. — Конечно, не