Кризис в Урлии - Карл Шрёдер

он, будто его настоящий работодатель — это НПО. Однако же все, чем занималась его команда в последние несколько дней, служило интересам Канады, и равным образом — на благо местных жителей.

Дальше Соколоу молчал, пока они совершали ритуал прохода через периметр безопасности вокруг ночного рынка. Вокруг автобуса с жужжанием носились рои дистанционно управляемых насекомых114; водитель открыл дверь, чтобы впустить нескольких. Одно из них зависло над головой Соколоу. Тот знал, что сейчас сканируется его сетчатка, а другие биометрические сенсоры115 сравнивают его и Ора с имеющимися у них профилями. Через минуту рои отступили, и ворота открылись, чтобы пропустить автобус. Через миг Соколоу покинул транспорт вместе с остальными и вошел во временную штаб-квартиру CHERT в Урлии.

Сперва, прибыв в Урлию, он не знал, чего следует ожидать, но наверняка — того или иного рода контролируемого хаоса. Сейчас в больших арочных бетонных галереях, где обычно располагались торговцы, было в основном тихо. Хотя здесь собралось много людей и механизмов, в общем движении наблюдалась организованность. Все находилось на своих местах; очереди были упорядочены, и какие бы медицинские кризисы здесь ни случались — они протекали не у всех на виду. Из мансардных окон сверху обильно лился свет, а обширное пространство делилось перегородками на кабинеты без потолка. Соколоу никогда не приходилось видеть такого скопления роботов116: подъемники, автоматические каталки, веретенообразные диагностические аппараты и даже робопомощники117 размерами с ребенка и с дизайном, вдохновленным мангами118. В большинстве они простаивали: их работа была выполнена, CHERT запущена в действие.

Его персональной нательной сети (personal bodily network, PBN - англ.) был выдан доступ безопасности к оверлеям(пер.6) CHERT (несмотря на то, что устанавливалась эта сеть скандально известным хакером), поэтому он мог видеть все метки и иконки статуса119, парившие там и тут в помещении рынка. Кто-то проводил сортировку в окружающей толпе, и каждые несколько секунд в поле зрения выскакивала очередная иконка120, обновляющая статус того или иного пациента. Метки значков критического состояния выдвигались вперед, и из-за перегородок или колонн появлялись носилки или инвалидные кресла, с висящими над ними метками, будто пузырями с репликой в каком-нибудь комиксе.

За разгрузочной платформой наблюдал худой как щепка мужчина: румяный, с англосаксонскими чертами лица, но одетый в поношенную местную одежду. Когда Соколоу подошел ближе, мужчина отвел голову в сторону, смотря мимо него — хмуро разглядывая Ора и других вышедших из машины, явно недоумевая.

— Кого-то ищете? — спросил его Брайан. На мужчине не было AR-очков, что в подобной ситуации ставило его в невыгодное положение.

— Мне сказали, что на этом транспорте будет прибывать падре Соколоу, — ответил мужчина.

— Это буду я.

Мужчина моргнул. Соколоу вздохнул. Он знал, что тот увидел: мягкий, слегка полноватый юноша, чья топорщащаяся форма и непринужденная манера не вязались с его умениями как опытного организатора. Когда Соколоу надевал излюбленные им поношенную футболку и джинсы, его часто принимали за программиста — обстоятельство, часто оказывавшееся полезным во многих кругах, в которых он вращался. Очевидно, однако, что здесь, в Урлии, это впечатление создаст определенные трудности.

Всего секунда потребовалась собственной системе AR Соколоу для распознания лица121 худого мужчины, так что он протянул руку и сказал:

— Вы, должно быть, Абида Пертви, мой новый секретарь.

— Д-да, — ответил краснолицый секретарь, явно не зная, что подумать о своем новом боссе. Он пожал Брайану руку, со всей очевидностью пытаясь сообразить, что сказать дальше.

— Я вижу, что у нас в шесть часов служба, — сказал Соколоу, — и что на этот вечер вы назначили пару консультаций личному составу. Обстановка вроде этой часто травмирует психику, и я, конечно, рад, что вы проявили инициативу и организовали их.

— О, это, — сказал Пертви. — Ну, да, прошло всего несколько дней, но для некоторых из солдат это первое назначение, и они кое на что насмотрелись… в общем, это оказалось тяжело для них.

— Конечно. — Соколоу улыбнулся ему. — Вы жили здесь с самого основания города, как я понимаю?

— Да, да, жил. — Пертви догадался улыбнуться. — Поначалу я был консультантом по архитектуре.

— Тогда в ближайшие несколько дней мне совершенно будет необходима ваша помощь.

Десаи обнаружила, что лежит скорчившись в дверях Румеева кабинета, и малопонятно было, как она оказалась здесь.

По всей комнате клубились темные пыльные вихри. В углу зашевелился Хазир Румей. Все еще чувствуя странную отрешенность, она словно со стороны наблюдала за собой, как по-крабьи пробирается к нему и быстро осматривает на предмет серьезных травм, отдавая себе при том отчет, что постоянно что-то бормочет. Ее взгляд метался туда-сюда, выхватывая случайные предметы на засыпанном крошевом полу и избитой штукатурке стен. Она протянула руку и осторожно подобрала черный осколок длиной примерно с палец. Перевернула его, продолжая что-то бормотать. Затем ее сознание резко прояснилось: ее системы все еще находились в автоматическом оборонительном режиме перехвата управления действиями.

Подполковник тряхнула головой, и контроль над телом и чувствами вернулся снова к ней.

— Доктор Румей. — Она схватила его за руку. — Вы в порядке? Давайте убираться отсюда к черту.

Румей открыл глаза, и она увидела, что он начинает осознавать окружающее.

— Мой стол, — пробормотал он на пушту. — Он прикрыл нас. — Затем он нахмурился. — Ничего не слышу.

Она снова похлопала его по руке и указала на собственное ухо, качая головой, хотя слышала все прекрасно. Ее барабанные перепонки были искусственными122 и упрочнены — небольшой бонус после первого попадания под обстрел в Зефре123 в Центральной Африке. Она вытерла пыль с лица и осторожно высунула голову из-под обломков.

Десаи попыталась получить доступ к системе городских камер, чтобы определить местонахождение нападавших, но не смогла получить изображения. Нательная сеть подполковника работала, поэтому она увидела, как ее собственные солдаты вырываются из парадных дверей яйцефабрики и занимают позиции за военными транспортами — но ракурс с их шлемов был единственным, которым она сейчас располагала.

У сержанта его собственная система ДопИнт незамедлительно зафиксировала ее внимание. Сержант доложил:

— Наблюдаю неприятеля. Стрелять или преследовать?

Она видела значки микро-БПЛА[БПЛА], рассеявшихся по улице, и теперь были доступны изображения с них. Из двери в задней части здания на противоположной стороне улицы вываливалась небольшая группа людей; сержант, видимо, был уверен, что сможет держать их в поле зрения с помощью БПЛА.

— Преследовать, — скомандовала она. — Мы наверху окей.