Скамейка Полли - Юрий Лермонтович Шиляев

в густую траву и крепко уснул. Сколько времени спал — мы не знаем, да и не к чему это. Боги — они спят, сколько хотят, и просыпаются когда им угодно. А крылатые сандалии, хоть и скучали, но терпеливо ждали, когда проснётся их хозяин. Чтобы развеять скуку, они покачивались на ветке, иногда взмахивая крылышками, и радовались хоть какому-то движению.

Молодой бог потянулся, зевнул и обрадованные сандалии, рванулись к нему. Но их хозяин даже не проснулся, он просто повернулся на другой бок. Именно этот момент выбрала большая любопытная сорока. Она, как будто не проявляя интереса, опустилась рядом. С минуту смотрела куда-то в сторону, всем видом показывая, что ни сам спящий, ни уж тем более, его блестящая обувь ей не интересны. Потом птица склонила головку на бок, словно хотела убедиться, действительно ли владелец этой яркой вещи спит. Сандалии, усыпанные драгоценными камнями, переливались на солнце всеми цветами радуги. И сорока не удержалась. Она ухватила клювом узелок завязанных тесёмок и быстро-быстро замахала крыльями. Воровка хотела спрятать добычу в гнезде, где уже скопилось много красивых вещей. Там были и серебряные ложки, и перстеньки, и монетки, и просто яркие кусочки стекла и металла. Глупая птица ничего не знала о волшебстве, она даже представить не могла, что сандалии имеют совсем другое мнение по поводу собственного местонахождения. Они взмахнули крылышками и рванулись назад, к хозяину, потянув за собой сороку-воровку. Сорока сначала опешила, но, возмутившись, собралась с силами и потянула добычу к гнезду. А так, как силы их были примерно равны, неизвестно, чем бы закончилась эта возня в воздухе. Но, как часто бывает, в конфликт вмешалась третья сила.

Человек, собиравший в роще сухие ветки, услышал шум, кинул камень, и попал сороке в бок. Птица, рассерженно застрекотав, выпустила добычу. Сандалии упали вниз, прямо в ручей, откуда их вытащил другой человек — он сидел на берегу ручья с удочкой. Мужчины вместе подошли к молодому богу, и тот сразу понял, что случилось.

— Почему? — поинтересовался Айвен. — Как он понял, если они ему ничего не сказали?

— Вот глупый, — снова фыркнула Джипси. — Телепатия.

Айвен промолчал. Он не знал, что означает это слово, но спрашивать не стал, решив, что выяснит всё сам, когда попадёт домой. Поэтому просто спросил:

— А что было дальше?

— А дальше молодой бог предложил самим выбрать награду за помощь.

Тот, что метнул камень в птицу, сказал:

— Разве можно просить награду за помощь? Ничего мне не надо.

— Хорошо, — ответил молодой бог, — иди с миром, добрый человек. Я запомню твои слова и, если вдруг, когда-нибудь, тебе придётся туго, я с радостью помогу.

Человек поклонился и ушёл — ему ещё предстояло набрать две вязанки хвороста до обеда.

— А когда же будет про караоке? — топнула ножкой нетерпеливая девочка. — Дедушка, мне вообще непонятно, как караоке могло оказаться там, где было волшебство и живые боги?

— А разве бывают мёртвые боги? — удивился Айвен, но старик не ответил на его вопрос, не давая увести в сторону нить повествования, и продолжил:

— А ты что хочешь за свою помощь? — Спросил бог второго человека.

Рыбак, хоть был смущён ответом дровосека, всё же попросил награду:

— Меня никто не слышит, — сказал он. — У меня очень тихий голос и я не участвую в праздниках, потому что не умею петь. А мне так этого хочется!

И дал ему бог караоке…

— Ну вот, так и знала! — возмутилась Джипси. — А там было электричество? А розетки, куда включать приставку? А микрофоны?

— Там было волшебство, — напомнил ей Айвен. Он решил не обращать внимания на мудрёные словечки, которые так и сыпались из зарвавшейся девчонки.

— Не буду даже придумывать, как выглядело, и уж тем более работало караоке в то давнее время. — Старик улыбнулся, точно зная, что Джипси начнёт выяснять весь технологический процесс, и как ей не объясняй, что технологии в чудесах нет, она всё равно будет докапываться до сути. — Просто молодой Бог дал рыбаку какой-то предмет, который исправлял фальшивые ноты и делал голос этого человека невероятно красивым, звучным и приятным на слух. Надо ли говорить, что рыбак очень скоро стал желанным гостем на всех праздниках и вечеринках? Его слушали, затаив дыхание. Его так щедро одаривали, что он и забыл, как когда-то ловил рыбу и радовался, если удавалось продать её.

— Но ведь это обман! Ведь на самом деле у рыбака не было ни слуха, ни голоса, ни музыкального образования!

Старик улыбнулся.

— Ты прав, малыш, — сказал он, обнимая мальчика. — Но люди верили, что боги одарили рыбака талантом. В конце концов, он и сам поверил в это.

— Как хорошо я пою, у меня золотой голос! — вскричал он однажды, глядя на караоке. — Мне не нужна эта глупая игрушка!

И забросил караоке в ручей.

— А дальше случилось то, что неизбежно должно было случиться, — скривилась Джипси. — На следующем концерте его закидали тухлыми помидорами, потому что он не смог доставить публике удовольствия!

— Да уж, — впервые согласился с ней мальчик. — Сам-то он ничему не научился.

— Ну а чему будете учиться вы, Айвен Джошуа Чемберс? — Спросил старик. — Тому, как быть хорошим бароном?

— Ага, бараном, — прыснула девочка.

— Будьте уверены, мисс, что петь-то я научусь всенепременно, — ответил Айвен, совсем не обидевшись. Он что-то понял. Что-то, что ещё не мог выразить словами, но очень и очень важное…

Карету тряхнуло, и Айвен Джошуа Чемберс открыл глаза, но воспоминания накатывали волнами, будто продолжая сон…

— Ну всё, пора домой, — сказал тогда его пожилой тёзка.

— Но… куда? — Айвен растерянно оглянулся.

— Вот глупый, — фыркнула девочка. Ты глаза закрой — и иди. Глаза всегда что-то приметное ищут, какую-то указку. А если не ждать указок, то глаза не будут мешать выйти на правильную дорогу. Нет, ну ты посмотри на него, дед — не знать таких простых вещей! Он всё-таки дурачок-чок-чок!

И она рассмеялась.

Айвен послушался — закрыл глаза и отступил на шаг. Он хотел проучить девчонку, доказав, что ничего у него не получится, а она просто обманщица. Но как-то неуловимо изменился воздух и по лесу эхом покатились крики:

— Айвен! Айвен! Айве…

Как потом оказалось, его искали четыре