Сбой реальности. Книга 7 - Михаил Юрьевич Попов

миской тоже, уют и тепло этого места согревали мою душу. И суп тот же, что и днем, но все такой же вкусный. В этой обстановке мое положение не казалось таким бедственным. Хотя я и понимал, что это самообман.

— Привет, Майкл. — Сказал Гаррет, совершенно незаметно появившийся у меня из-за спины и усевшийся напротив. — Моби долго тебе еще голову морочил?

Я кивнул, показывая свое местное «удостоверение искателя», лежащее на столе.

— Моби, это тот сотрудник канцелярии? — Уточнил я для понимания.

— Ага. — Кивнул он. — Ему и будешь свои находки сдавать.

Я кивнул.

— Но я не за тем пришел. Ты готов к принятию решения? — Спросил он, чуть понизив голос.

— Сначала ты меня выслушай, Гаррет. — Прервал его я.

— Излагай. — Он вскинул бровь.

— Видишь ли, не выйдет из меня для тебя компаньона. И в группу твою я не вольюсь.

— Черт, белые тебя перекупили чем-то, да?..

— Нет, послушай и не перебивай. Рано утром я отправлюсь в провал. И наверх уже не вернусь. Нет у меня времени. Ни двух недель, ни даже недели. Если дна за три дня не достигну — сгину. Так что, спасибо тебе за все, что ты мне объяснил, и с чем помог. Я это очень ценю. Ты хороший мужик, Гаррет.

— К чему такая спешка, Майкл? — Искренне удивился он, сложив руки на столе замком.

Я помахал Аннушке рукой, и жестом показал ей цифру «два».

— Мне нужно то, что лежит на дне. От этого зависит очень многое.

Глава 4

Проснулся я от того, что где-то под окном жалобно заскрипела телега. Сухие доски кровати в таверне впивались в спину, а перина была куцей, совершенно не дарующей чувства расслабления и мягкости. Даже моя первая ночевка посреди леса на валежнике и сухой траве была, казалось, комфортнее. Но сам факт того, что я отдыхал в тепле и сухости, невольно возвращал меня в воспоминания о своей квартирке в Нью-Шеоте. Я перевернулся на бок, уставился в стену напротив и прислушался к себе.

Сегодня.

Часов нет, так что я, по ощущениям, провел тут около полутора суток. Может чуть больше, мне совсем непонятно, отличается ли здесь ход времени, а спросить напрямую нельзя. Я сделал все так последовательно, как сумел — и подготовился, и набрался сил, как физических, так и моральных. Мне это по плечу. Я справлюсь.

— Притормози! — Сказал мне Гаррет вчера. — Всем нужно то, что там лежит, но годы идут, и ни у кого до сих пор не вышло!

— Может, это чушь, просто легенда для простачков? — Позволил себе засомневаться я, отхлебывая пенный напиток, похожий на слегка проспиртованный лимонад.

— Может… но мы не поднимаем тут эту тему. Верим и ищем. И жертвуем собой во славу Провала, в попытках найти. — Ответил Гаррет, скривившись от неприятной мысли.

— Как я уже говорил, вариантов у меня нет. Либо найду, либо сдохну пытаясь.

— Я был бы и рад помочь тебе чем-то, но все, что я могу — пожелать успеха и дать тебе вот это. — Гаррет вынул из поясной сумки нож, в хорошо отделанных кожей ножнах. Протянул его мне.

— Спасибо… но все же мне не ясно, с чего ты мне помогаешь? Ты ведь понял уже, что компанию я тебе не составлю.

— Ха. Я-то спущусь через две недели. И найду твои останки. Но с ножом, вероятно, протянешь подольше. А помогаю… ты торопишься?

Я отрицательно покачал головой.

— Хочешь верь, хочешь нет, но когда-то давно, я еще мелким был, в нашем городе появился человек. Такой же, как ты, не от мира сего. Старый, как черт. Нелюдимый был.

Я заслушался, ополовинил кружку.

— Так.

— Тоже спешил. Вниз норовил, почти сразу и отправился, как только в наших краях появился. Он и рассказал про легенду Абсолют, что ждет удачливого и сильного на дне.

Интересные вещи он рассказывает.

— Так вот, он рассказал всем, на главной площади, что лишь достойному уготовано отыскать величайший дар. И спустился. Спрыгнул! Представляешь? Лебедки тогда еще не было.

— Прямо таки спрыгнул? Не расшибся?

— Кто ж его знает. Но тело мы так и не нашли, сколь не пытались.

— И все же не возьму в толк. Я тут каким местом?

— Потому и сказал, хошь верь, хошь нет, но слишком уж он на тебя похож был. Приделай тебе бороду и морщин, как будто ты мандарин переспелый, вылитый ты.

Я сел на край кровати, пошарил по карману брюк и высыпал на ладонь остатки монет. Звон бедности. Если комната с ужином стоила три монеты, то моих четырех хватит на день, может два запаса пищи. Самое то, чтобы не теряться в раздумьях, где в провале сыскать съестное. На большее рассчитывать было бессмысленно, ведь я тут так или иначе не задержусь.

Аккуратно разложил свои вещи на кровати — веревка, подаренный вчера нож, пара тряпок, годящихся на бинты, бурдюк с водой, еще пустой и высохший. Инвентаризация. Все казалось каким-то ненадежным, будто я собирался не в смертельно опасное путешествие, а на лужайку у дома в соседнюю лесополосу. Но это то, чем я богат, и не пользоваться благами, доставшимися мне от местной администрации, было бы глупо.

Основательно собравшись и закрепив на рюкзаке все, что могло понадобиться быстро, я спустился вниз, в общую обеденную залу. Анна — тут как тут, та самая девчонка, что с утра до вечера таскает кружки и суп. Вчера она выглядела уставшей, особенно когда подвыпившая компания разгорячилась и потребляла все больше, но сегодня с ней вновь все в порядке. Волосы собраны в косу, белая рубаха навыпуск, жилет из кожи какого-то неизвестного мне зверя, с зеленоватым оттенком.

— Доброе утро. — Сказал я, и голос мой прозвучал хрипловато.

Она приветливо взглянула на меня и улыбнулась.

— И вам. Что-то будете?

Я высыпал на стойку перед ней свои монеты, показывая, что не слишком богат.

— Мне бы в дорогу немного еды. Что-нибудь недорогое. Сухари, может, или что найдется. И, если есть вода, я бы наполнил свой бурдюк.

— Конечно. Сегодня отправляетесь? — Приняла она от меня мои копейки и пустую тару для воды.

— Да. Надеюсь, нам еще удастся увидеться. — Меланхолично сказал я, зная, куда отправляюсь.

— Уверена, так и будет. Подождите пару минут. — Испарилась девушка в технической зоне, а я остался стоять, лицезрея с утра пораньше полностью пустую таверну.

Пока она выполняла мой заказ, я стоял и чувствовал себя как школьник перед экзаменом. Все вроде бы готово, все проверил, но именно сейчас кажется, что