Послесловие - Артём Александрович Коваль

– Понятно, – сказала Юна.

– Ещё одно. Стражи Сети различают движение. Быстрое перемещение они воспринимают как угрозу даже при наличии маркера. Идём медленно. Плавно. Без резких движений.

– Как рядом с диким зверем, – сказал Норин.

– Примерно, – согласилась Тао. – С той разницей, что зверь может передумать, а автомат – выполняет программу.

Тао включила передатчик. Тихий гул – на грани слышимости, скорее ощущение, чем звук. Маркер «своего» – сигнал, который шестьсот лет назад означал: я имею право здесь находиться.

Они двинулись вперёд. Медленно, как Тао велела, – шаг за шагом, фонари направлены вниз, чтобы яркий свет не спровоцировал реакцию. Юна считала шаги. Триста. Четыреста. Пятьсот.

На шестьсот втором шаге коридор расширился в зал, и фонарь Тао выхватил из темноты силуэт.

Страж стоял в двадцати метрах от них. Именно такой, как описывал Вессо: платформа на четырёх ногах, цилиндрический корпус высотой полтора метра, поворотная турель наверху. Корпус – матово-чёрный, без маркировок, без индикаторов. Ноги – тонкие, суставчатые, как у насекомого. Турель направлена в их сторону.

Юна остановилась. Сердце билось в горле. Рядом она слышала дыхание Норина – ровное, контролируемое. Тао стояла впереди, передатчик в вытянутой руке, как священник с реликвией.

Страж стоял неподвижно. Секунда. Две. Пять.

Потом на его корпусе вспыхнул огонёк – маленький, зелёный, на левой стороне. Ровный свет, без мерцания.

– Подтверждение, – выдохнула Тао. – Он принял маркер. Мы свои.

Юна позволила себе три секунды – закрыть глаза, сделать вдох, разжать кулаки. Потом открыла глаза и пошла дальше.

Страж проводил их поворотом турели. Плавным, нелюбопытным. Движение часового, который отметил проходящего с допуском и вернулся к своим делам.

За следующий час они встретили ещё четырёх стражей. Каждый раз – зелёный огонёк, подтверждение, плавный поворот турели. Тао шла впереди, и Юна видела, как с каждым разом напряжение в её плечах чуть-чуть спадает. Чуть-чуть, но заметно. Система работала. Маркер работал.

– Пять из шести, – тихо сказал Норин за спиной Юны. – Вессо описывал шесть стражей.

– Шестой может быть где угодно, – ответила Юна. – Патрульные маршруты подвижны. Может быть, он за следующим поворотом. Может быть, в другом крыле. Держим передатчик включённым.

На отметке сорок один они вышли к цели.

Глава 5. Находка

Зал был огромен – сто метров в длину, шестьдесят в ширину, потолок на высоте двадцати метров. В отличие от всего, что они видели до сих пор, здесь горел свет. Тусклый, голубоватый, исходящий из панелей на потолке. Свет Сети – ровный, лишённый теней, вечный.

В центре зала стоял Конструктор.

Юна видела фотографии Конструкторов – в архивах Хранителей, в базах данных Спайки, в записях старателей. Все они выглядели по-разному: Сеть производила каждый экземпляр под конкретную задачу. Этот был крупным – тридцать метров в длину, десять в высоту. Основная масса – монолитный блок серебристого композита, гладкий, без видимых швов. На верхней поверхности – ряды отверстий разного диаметра, от игольного до метрового. Передняя часть – раскрытая, как пасть: полость, в которую, вероятно, загружалось сырьё. Задняя – закрытая, с единственным прямоугольным проёмом, через который, вероятно, выходила продукция.

По бокам – панели управления. Десятки панелей, тёмных, спящих. И одна – светящаяся. Активная.

– Он работает, – сказала Тао. Голос был ровный, но Юна уловила в нём трещину – тончайшую вибрацию восторга, которую Тао не успела подавить.

Норин стоял и смотрел. Лицо его изменилось – впервые за всё время знакомства. Тонкая скальпельная улыбка исчезла. Вместо неё – что-то открытое, почти детское. Человек, который шёл к цели долго, упрямо, через деньги, карты и чужие жизни – и наконец увидел её перед собой.

– Подходим, – сказала Юна. – Медленно.

Они подошли к светящейся панели. Лингва – архаичная, как на станции 7714, о которой Юна слышала краем уха от торговцев на Барке: будто бы навигационный экипаж Спайки нашёл что-то в слепом коридоре. Слухи ходили уже месяц. Юна не вникала – у неё был свой рейс, своя добыча.

На панели горело:

ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ МОДУЛЬ 4471. СТАТУС: РЕЖИМ ОЖИДАНИЯ. СЫРЬЁ: ОТСУТСТВУЕТ. КАТАЛОГ ПРОДУКЦИИ: 14 772 НАИМЕНОВАНИЯ. ГОТОВ К РАБОТЕ ПО КОМАНДЕ.

– Четырнадцать тысяч наименований, – прошептала Тао. – Это полный Конструктор. С каталогом. Рабочий. С каталогом.

Юна поняла масштаб. Из четырёх рабочих Конструкторов, найденных за шестьсот лет, только один имел полный каталог. Остальные – обрывки, десятки наименований. Этот – четырнадцать тысяч. Машина, способная произвести четырнадцать тысяч различных вещей – от деталей механизмов до, возможно, компонентов других Конструкторов.

– Можно его извлечь? – спросил Норин. Голос деловой – мальчик спрятался обратно за скальпельную улыбку.

Юна обошла Конструктор. Тридцать метров в длину. Вес – невозможно оценить на глаз, но по размеру блока – тысячи тонн. «Игла» с её грузовым трюмом могла поднять триста тонн.

– Целиком – нет, – сказала она. – Не на «Игле». Сюда нужно пригнать тяжёлый транспорт. Или разобрать его здесь и вывозить частями.

– Разобрать Конструктор? – Тао повернулась к ней с выражением, которое Юна видела на лицах верующих при словах о кощунстве.

– Я сказала «или». Первый вариант – тяжёлый транспорт. Можно арендовать на Барке. Двести-триста энергокредитов. Плюс команда для разборки внешних конструкций и расчистки пути наверх – сорок два километра. Это несколько рейсов. Месяц работы.

– Месяц – приемлемо, – сказал Норин. – Деньги – есть.

– Тогда сейчас мы фиксируем находку, снимаем все данные, какие можем, и возвращаемся. Тао – сколько информации вы можете скачать с панели?

Тао уже работала – подключила свой анализатор к панели, пальцы бегали по клавишам.

– Каталог продукции. Технические спецификации модуля. Журнал работы – последние операции перед переходом в режим ожидания. Это всё умещается в мой планшет. Двадцать минут.

– Действуйте.

Юна отошла от Конструктора и оглядела зал. Свет, тишина, масштаб. Машина, ждущая шестьсот лет. Стражи, охраняющие её с бессмысленной преданностью. Весь этот колоссальный Остов – двести километров мёртвой верфи – ради одного работающего механизма в самой глубине.

Гедо спрашивал: зачем охранять тридцатиметровую машину двухкилометровым периметром? Юна стояла в зале и думала: а может, периметр охраняет весь зал. Весь зал – сто на шестьдесят метров. Зал, в котором стоит Конструктор, но который заметно больше, чем нужно для одного Конструктора.

Она направила фонарь в дальний конец зала. Луч упёрся в стену. На стене – ниши. Широкие, глубокие. Пустые.

Шесть ниш. Каждая –