Химия кошек - Павел Ткачев

стали так часто пролетать мимо меня и батона? Гордая собой, я ушла с подоконника и запрыгнула на холодильник.

Некоторое время все было тихо. Они же видели, как я играю с хлебом. Что не так с этими голубями? Я ждала, и лишь мой подергивающийся хвост выдавал нетерпение. Внезапно под крышей промелькнула тень, и послышался шум. Клюнули на мою приманку?

Но снова тишина.

И вдруг большой жирный серый голубь сел на карниз. Я вжалась в поверхность холодильника, силясь слиться с тенью. Безмозглая тупица крутила головой и рассматривала приманку. Ну неужели вы такие никчемные и не понимаете, что от лакомства вас отделяет стекло! Вот же, наверху щель! Но голубю надоело сидеть, и он спорхнул. Мне захотелось от обиды и злости разорвать обои.

Я спрыгнула с холодильника и вернулась в комнату. Эстер в котоинтернете за это время сошла с ума.

 Эстер:

Ртуть?

 Эстер:

Ты где?

 Эстер:

Ртуть, ты жива? Я боюсь за тебя.

 Эстер:

Ртуть, пожалуйста, ответь!

 Ртуть:

Да тут я. Попробовала приманить птиц хлебом. Одна клюнула, но не смогла догадаться залететь в щель и улетела.

 Эстер:

Ты меня напугала! Может, подождать? Они не глупые. Если увидели, то обязательно прилетят.

 Ртуть:

Ну да…

 Эстер:

Голуби очень осторожные. Знают же, что в доме живет кошка. Но уверена, жадность возьмет верх.

И тут из кухни послышался шорох. Мангустом я метнулась назад, бросив ноутбук, и прошмыгнула под барную стойку у стены. Моя жертва пыталась устроиться на откинутой для проветривания створке, но, видимо, зацепиться лапами не получалось. Голубь исчез. Дуновением ветра я оказалась под столом, пока он пропал из виду. Я была незаметной, словно призрак. Снова зашелестели крылья. Голубь наконец проник в отверстие и сел под потолком. Оглянулся, изучая кухню. Ищет опасность, то есть меня. Дурачок. Твоя смерть у тебя под клювом, а ты и не видишь!

Взмах крыльев, и уродливые лапки коснулись подоконника. Попался! Тупая жадная тварь принялась клевать хлеб. Безмолвным ручьем я переместилась ближе к окну, прокравшись вдоль батареи. Здесь не надо спешить. Времени у меня много. Каждый шаг выверен и аккуратен. Я видела, как его хвост мелькает сверху. А иногда показывается и голова. Вот опять мелькнули топорщащиеся перья, глупая птица повернулась спиной к комнате и увлеклась крошками, окончательно потеряв осторожность.

Я врываюсь на подоконник беззвучно, словно серый полосатый ангел смерти, и нависаю над голубем. В моих глазах изумрудные молнии. Голубь с шумом срывается в сторону оконной створки, но хитрое сооружение из пластика и стекла устроено так, что выбраться сложнее, чем попасть внутрь. Птица врезается и летит в противоположную сторону, на кухонный шкаф. Одним прыжком я оказываюсь наверху, бегу между горячими трубами гуделок. Голубь снова срывается и летит к окну. Нет! Здесь очень высоко, но жалеть себя некогда, из-под потолка я прыгаю на стол и от него же отталкиваюсь. И в последний момент вцепляюсь зубами в крыло, когда птица уже почти просунулась на волю. Перья летят на пол. Жертва рвется из пасти, что уже не отпустит ее. Я чувствую, как шумит кровь в моих ушах, замечаю, каким резким и зернистым становится мир вокруг, вижу тени предков вдоль стен. Они пришли почтить великую охоту.

Я дергаю головой, хрустят косточки, и птица с клекотом ужаса низвергается на пол. Она пытается отползти, взлететь, но боль в сломанном крыле скручивает. Я опускаюсь рядом. Вы знали, что когти кошек ядовиты? Поэтому царапины, нанесенные нами, у человека заживают долго, а маленькие зверьки умирают от одной засечки. Лучшее оружие то, что убивает само по себе, – я опускаю лапу на грудь голубя. Почему ты не смеешься надо мной? Почему не дразнишь?

За окном собираются его дружки и с ужасом наблюдают за бойней. Я медленно разворачиваюсь и показываю им их товарища. Медленно и нежно – вот как забирают жизнь!

Что-то я увлеклась…

В общем, когда этот кусок перестал трепыхаться, я схватила его зубами и потащила в комнату. Пришла пора провести ритуал. Но за всей этой охотой я не услышала самого главного.

– Ртуть! Что тут произошло?! – в ужасе воскликнула Яна. – Это что, перья? Твою мать, отдай птицу!

Яна бросилась за мной. Я юркнула с голубем в ванную, но тут цепкие человеческие пальцы схватили меня за хвост. Перевернувшись на спину, я выпустила добычу из пасти. Яна резко подтянула меня к себе, протащив по полу до самой стены. Когда я оказалась на лапах, птица уже была в ее руках.

Глава восьмая, в которой наступает драматичный финал

Яна бросила голубя в мусорку и завязала синюю шелестелку. Она долго мыла руки, а потом засобиралась с птицей на улицу. Все мои усилия псу под хвост. Яна, натягивая кроссовки, причитала, что я могу заразиться от грязной птицы. Заразиться! Как будто нам не грозила смерть этой ночью!

Но некогда было расстраиваться из-за неудачи. Как только дверь за моим человеком захлопнулась, квартира пришла в движение. Со всех сторон полезли щупальца, зубастые рты и множество глаз. Послышался грохот – Бугг-Шаш обрушил все жалюзи на окнах, погружая мой дом во тьму.

– Думаешь, ты такой умный, песья отрыжка! – крикнула я и бросилась в коридор. Там на стене выключатель, и я планировала зажечь свет. Высоты моего прыжка достаточно, чтобы нажать на кнопку.

Но как только я приблизилась к цели, из стены вынырнула черная липкая рука и заслонила спасительный пластиковый квадратик. Со всех сторон, из всех пятен на стенах медленно выползали проклятые призраки прошлого. Тут же передо мной набух огромный маслянистый пузырь, в котором я узнала искаженного голубя. Его словно пережевали, проглотили, а потом срыгнули обратно. Я цапнула его изо всех сил, но голова мертвой птицы только неестественно запрокинулась назад.

Призраки принялись теснить меня на кухню. Они неуклюже волочились, словно текли вдоль стен. Один зловеще раскинул руки, чтобы меня схватить, но я нырнула под стол, и призрак врезался в холодильник, измазав его черным месивом и завязнув. В попытке отлипнуть он даже открыл дверцу.

Только сейчас я заметила, что под столом поджидал здоровенный зубастый рот, готовый меня сцапать. Я стремглав метнулась в другую сторону и по щупальцам забралась