Моя фиалковая ведьма - Марина Адлер

– Кто же вы такой, раз видели ведьм и магов, Эрбос? – спросила я, игнорируя явную лесть и скрывая растерянность.

– Всех полукровных фейри обучают распознавать магию у людей. Еще будучи детьми, мы учимся на живых магах и ведьмах.

Я выдохнула:

– Мне показалось, что вы можете оказаться Инквизитором.

Эрбос громко рассмеялся, и от широкой улыбки под уголками губ стали видны две едва заметные маленькие ямочки. Эта совсем незначительная деталь делала его образ настолько живым и привлекательным, что я и сама стала улыбаться вместе с ним.

– Миллиора, вы проходили проверку и должны знать, как выглядят Инквизиторы. Неужели я похож на кого-то из них?

Я вспомнила устрашающих громил, которые практически ворвались к нам в дом, и поняла – он ничуть на них не похож. Или мне хотелось в это верить?

– Ну-у, – задумчиво протянула я, оценивая его внешность. – Если на вас надеть черные одежды, плащ с капюшоном и добавить шляпу, в каких они обычно ходят, то вполне можете сойти за одного из них.

Эрбос с полуулыбкой прилег на покрывало и явно наслаждался тем, как я его рассматриваю, прикидывая, подойдет ли он на роль Инквизитора.

– На самом деле все эти шутки зашли слишком далеко. Всем своим существом я презираю убийства людей, которые обладают магией. Они не выбирали рождаться со способностями. Гибнут даже маленькие дети. Это… просто ни в какие ворота, такого просто не должно быть…

Я впервые так категорично высказалась о правилах, установленных в Королевстве, при Эрбосе и сразу посмотрела ему в глаза, ожидая реакции. Он скользнул взглядом по моей опершейся руке, затем – к талии, обтянутой тканью платья, задержался на распущенных волосах, лишь слегка убранных по бокам двумя заколками, и вернулся к лицу. Его оценивающий взгляд словно впивался в каждую деталь и поглощал их одну за другой. Эрбос тяжело сглотнул и наконец ответил на мои рассуждения.

– Да, способы не допустить кровосмешение весьма жестокие, но они обеспечивают безопасность нашему королю.

«А нужен ли нам этот ваш король? Пусть бы уходил в свой мир и оставил нас в покое», – хотелось сказать мне, но я согласилась, молча качнув головой. Осознавая, что феец никогда не поймет меня.

– Миллиора, – неожиданно требовательно обратился он ко мне. – Вам на вид не больше двадцати. С унаследованным именем, состоянием и таким милым личиком вам бы не составило труда выйти замуж, даже несмотря на необычный цвет глаз, выделяющий вас среди остальных человеческих женщин. Но вижу, вы не стремитесь к этому. Даже больше – не хотите.

Я закатила глаза и отвела взгляд – этот вопрос мне задавали слишком часто, и он успел поднадоесть. Ведь обретенное наследство и правда могло перекрыть мой недостаток, но я практически не выезжала за пределы поместья.

– Не хочу быть чьей-то собственностью и подчиняться правилам мужа. Лучше уж побыть свободной, пока есть такая возможность, пусть и ненадолго.

Я тяжело вздохнула и перевела взгляд на Эрбоса – его лицо стало таким, каким, пожалуй, могло быть только у настоящего Инквизитора.

– Ты с кем-то помолвлена? – быстро спросил он.

– Нет-нет, вы не так поняли, – тихо рассмеялась я, – но сводный брат, мой опекун, настаивает на моем скором замужестве. Отказаться по весомым причинам я не могу, а потому в течение пары месяцев, которые он мне выделил на поиски мужа, я должна буду найти некого мужчину для официального брака.

– Официального брака… – повторил мои слова Эрбос. – Мне кажется, Миллиора, что в твоей задумке есть хитрость.

– Вы слишком проницательны. И слишком рано перешли на «ты», но вы правы. Я заключу фиктивный брак, если выйдет, и буду жить, как и прежде. Это же не противоречит законам, так?

Феец хитро улыбнулся.

– Какая же ты интересная особа, мисс Аддерли, – задумчиво проговорил он, даже не думая обращать внимание на мое замечание. – Любая другая девушка уже через месяц после кончины старого опостылевшего мужа нашла бы себе утешение в ком-то.

Я возмутилась заявлению фейца.

– Что вы имеете в виду?

– Ничего, лишь сужу по реальным примерам из жизней людей. Но я хотел с тобой поговорить не про это. У меня есть предложение, которое даст тебе возможность не выходить замуж, как ты и хотела. А я, в свою очередь, смог бы повлиять на твоего опекуна, чтобы он не смел от тебя этого требовать. Поверь, Миллиора, он без проблем оставит в покое молодую вдову: мой статус и влияние слишком велики, чтобы иметь смелость мне перечить…

Взгляд Эрбоса потемнел и стал хищным, как у ястреба, заметившего добычу. Плохое предчувствие разлилось страхом в груди, а сердце бросилось вскачь. Я торопливо огляделась, ища свою лошадь – та жевала траву неподалеку. Эрбос понял, что я хочу сбежать, и, пользуясь моим замешательством, в мгновение ока оказался рядом, приобнял меня за талию. Я подняла на мужчину глаза, сейчас наши лица были непозволительно близко, и его дыхание касалось моих губ. Я зря поверила в доброту Эрбоса, зря ему доверяла. Вот только уже было слишком поздно сокрушаться…

– Не спеши отказываться, маленькая бабочка, ведь твоя судьба напрямую зависит от моих дальнейших слов.

– Не трогай меня! – попыталась вырваться из чересчур крепких объятий фейца, но он и не думал отпускать меня. Лишь сильнее потянул на себя одной рукой, заставляя потерять равновесие и упереться ладонями в его грудь.

Другая рука мужчины легла мне на шею, подныривая пальцами под волосы и практически смыкаясь на ней. Паника затопила с головой, меня бросило в дрожь, ведь даже если я закричу, здесь никто меня не услышит.

«Глупая… Глупая Миллиора. Теперь тебе точно конец», – отругала я себя мысленно.

– Не стоит бояться меня, я не желаю тебе зла. Для начала выслушай что скажу, – ласково проговорил Эрбос, приблизив свои губы к моему уху, задевая нежную кожу на лице жесткой щетиной. – Я предлагаю тебе взаимовыгодные отношения, при которых ты получишь все, чего пожелаешь, и даже больше: не только свободу от брака с каким-нибудь мужланом, но и исполнение любой твоей просьбы, любого каприза, касайся он денег или общественного признания…

При этих словах феец мягко поцеловал меня в шею, заставив вздрогнуть от неожиданности. Я снова попыталась его оттолкнуть, но он не сдвинулся даже на миллиметр, его напряженное тело под моими руками было словно высечено из камня. Такое же тяжелое и невыносимо сильное. Он с легкостью уложил меня