Венчанные звездами. Второй шанс для сейлы - Ольга Райская

Для сегодняшнего вечера она выбрала простое белое платье в пол. Без вышивки и украшений, но подчеркивающее нежные изгибы молодого тела, маленькую упругую грудь, плоский живот, узкую талию и бедра, чуть шире, чем предпочитали юнцы, но… Как же она была хороша! Словно богиня спустилась с небес, снизойдя до смертных. Керг реагировал на нее остро, бесконечно благословляя свою интуицию, которая именно на этот прием подсказала ему надеть широкий удлиненный пиджак. Благодаря этому, его возбуждение от вида наргарийки осталось никем незамеченным.

- Граф, - тихо обратился к послу Керг, - мне просто необходимо познакомиться с той девушкой!

- С которой, Гроу? Покажите мне ее, и мы решим вашу проблему, - усмехнулся он.

- Юная леди в белом платье у стола с напитками, - тихо произнес Керг.

Почему он вдруг заговорил о знакомстве? Генерал Гроу сам удивился своему внезапному порыву, а посол – Годамир Бо, вообще, посмотрел на него так, словно первый раз видел. Пауза длилась недолго. Уж кем-кем, а дураком граф не был. Он понял, что речь идет не о деле, а о личной просьбе, поэтому широко улыбнулся и направился к одному из присутствующих здесь сенаторов.

- Дорогой друг, - воскликнул Годамир. - Право слово, я потрясен! Очарован! Женщины Наргари – это настоящий клад. Столь же бесценные и прекрасные, как алмазы пояса астероидов у ваших колоний.

- Вы правы, - любезно откликнулся сенатор – невысокий, худощавый старик, все еще крепкий и сохранивший военную выправку. – В этом зале лишь сейлы, а они не просто клад, они достояние Наргарийской республики, в полном смысле этого слова.

- Прошу простить мою дерзость, но не могли бы вы меня представить той восхитительной девушке в белом платье?

Пожилой сенатор смутился и кашлянул, виновато оглядевшись. У Керга, наблюдавшего за этим диалогом, сердце пропустило удар. Ему показалось, что наргариец собирается отказать послу, но мужчина все же улыбнулся и произнес:

- Вообще, знакомить с сейлами мужчин – это моветон. Особенно, если они не республиканцы. Но вам, мой друг, повезло. Я хорошо знавал деда и отца этой девушки, а сейчас иногда веду некоторые дела с ее дядей. Эту девочку я еще совсем недавно качал на коленях. Правда, за последнее время все изменилось, - сенатор рассмеялся. – Или колени у меня уже не те, или девочка выросла.

- Так я могу рассчитывать на ваше содействие? – вновь обратился к нему посол.

- Можете-можете, - очень по-доброму отозвался пожилой наргариец и улыбнулся очень искренне и открыто, потому что увидел, что сейла в белом платье направляется в их сторону.

Она напоминала легкое перышко, подхваченное летним ветерком. Ее движения были настолько плавны и естественны, что Керн невольно засмотрелся на незнакомку. Сейчас, когда девушка подошла ближе, он смог разглядеть, что глаза у нее не голубые и даже не синие. Их цвет больше напоминал расплавленное серебро или предгрозовые тучи.

Дыхание перехватило. Никогда в жизни генералу Гроу не доводилось видеть женщины привлекательнее. И вроде бы сейла была далека от идеала, но в ней чувствовалось нечто такое, что манило и притягивало как самым мощным из магнитов. А когда, подойдя к графу и сенатору, она улыбнулась, отважный воин Версерийской империи позабыл как дышать. В голове осталась лишь одна мысль: «Моя! Любой ценой – моя!»

- Расслабьтесь, генерал! – легонько толкнул его в бок посол. – Вы просто пожираете ее взглядом, а это неприлично. Нам с этими проходимцами-республиканцами еще переговоры вести.

- Переговоры это ваша стезя, граф, - едва слышно ответил ему Керг. – Моя работа начитается тогда, когда вы – дипломаты, потерпите полное фиаско.

- Тогда вам можно уже приступать к подготовке, - слишком серьезно произнес собеседник, хотя Гроу и сам чувствовал, что дело идет к войне, и договориться с наргарийцами вряд ли получится.

- Юни, золотая моя девочка, - поприветствовал старик сейлу. - Ты хорошеешь день ото дня. В последнюю нашу встречу я видел перед собой малышку, а теперь пленительнейшую из женщин.

- Рада вас видеть, сенатор Кьёрн. Желаю вам и вашей супруге здравствовать еще долгие и долгие лета, - произнесла девушка. Ее голос был нежен и звонок, словно весенняя капель.

У генерала появилось непреодолимое желание единолично завладеть вниманием сейлы. Керг прикрыл глаза, досчитал до семи и попытался успокоиться.

- Все мы смертны, дитя мое! – наргариец похлопал девушку по руке. – Мы с моей Соарой давно готовы к путешествию туда, где ждут нас наши предки.

- Вы нужны республике, сенатор, - серьезно ответила сейла. Ни на посла, ни на Гроу она не смотрела, и варсы почувствовали себя лишними.

- Мое время в этом мире стремительно истекает, - печально усмехнулся старик. Но вспомнив о находившемся рядом Варсарийском после, перевел на него взгляд. – Дорогой граф, позвольте вам представить дочь моего почившего друга Юниту Айвери. Бесценное дитя, позволь тебе представить посла Варсарийской империи Годамира Бо, хоть это и противоречит нашим традициям.

Керга покоробило повторное за вечер упоминание о невозможности знакомства с сейлой. Варсы находились на Наргарии уже неделю, и что-то он не заметил, чтобы правила этикета хоть как-то отличались от тех, к которым он привык на родине. На любом рауте дам спокойно представляли собеседникам, и никаких недоразумений это не вызывало. Может, все дело в том, что девушка сейла?

Все, что касалось загадочного культа богини Сейлуриан, казалось ему странным, поскольку коренным образом отличалось от того, к чему Гроу привык.

- Весьма рад познакомиться с вами, леди Юнита, - произнес граф, учтиво поклонившись девушке.

Сейла коротко кивнула послу. Руки для поцелуя, как предписывали обычные правила этикета, она не протянула и, казалось, тут же совсем утратила интерес к варсу. Граф недовольно поджал губы и отступил.

«Юнита – самое чудесное имя для самой великолепной женщины!» - подумал генерал Гроу в эту минуту. Керг никогда не считал семя романтиком, но рядом с Юнитой все его чувства обострялись.

Девушка словно услышала его мысли и внимательно на него посмотрела. Пристально, изучающе. Серые глаза всматривались в его – карие. Казалось, что сейла смотрела прямо в его душу и видела насквозь.

Слабого духом такой напор, несомненно, испугал бы, но только не отважного воина, боевого генерала и участника множества космических баталий.

- Сенатор!