Хрупкий сосуд 3 - Ольга Анатольевна Чумаченко

Аллан пришёл пораньше, а она как раз собралась почистить зубы и лечь спать, тоже пораньше. Знала, что сначала он пойдёт искать её на лужок. Озорная улыбка расцвела на женском лице. Глаза заблестели. Много ли надо женщине для счастья. Включила она кран, налила масел и пены в джакузи, включила, чтобы забурлило всё, принялась раздеваться. Будет сюрприз.

— Ева, — через какое-то время поисков заглянул небесный в комнату жены.

— Я тут… — откликнулась девушка из ванной комнаты. — Заходи, я не очень занята.

А мужчина и не думал спрашивать разрешения, входить ли ему. Ева ещё выговорить не успела, чтобы можно, как дверь распахнулась.

— Привет! — зашёл мужчина с сияющей улыбкой на лице, присел на стоявший в помещение стульчик, помахал перед сидевшей в воде девушкой, облокотившейся на край круглой ванны локтями, небольшим плотным конвертом. — Плясать будешь?

— И не только плясать, — улыбнулась в ответ девушка.

Ева уже знала, что в конверте — её информационный браслет — документ на свободное передвижение. Значит, он сегодня, заехал и получил его. Молодец! Но для начала, девушка отодвинулась на противоположную сторону, тем самым предложив мужчине присоединиться к ней.

Никакого стыда она не испытывала, ни перед кем оправдываться не собиралась в своём распутном поведении с Алланом. Он сам ей в мужья напросился. «Не виновата я, он сам пришёл». Как-то так!

Обтерпевшись полотенцем, Ева попросила мужчину помочь ей закрепить на запястье новый аксессуар, рядом с уже имеющимися тремя. И с какой-то иронией подметила, что каждый из браслетов это мужчина в её жизни. Если брачный браслет Ната завораживал своей красотой, и имел функции ключа доступа к информационной системе «колоса». То два других, смотрелись строгими металлическими украшениями, чуть выпуклыми к середине. В одном браслете была заложена информация о том, что она являлась женой Соломона Северного, и то, с её слов, и с подтверждения дознавателей, что с ней случилось. Плюс, медицинские документы прилагались. И там же пряталась флешка. Во второй, хранилось всё о её детях и о Шайте. Всё, что связано с тёмным семейством. И Ева не боялась, что кто-нибудь узнает, что её браслеты не совсем украшения. Знала, что надо уметь снимать с таких браслетов надёжно закодированную информацию. И, как говорили полудраконы, они сами бы хотели посмотреть на тех, у кого это получится. И теперь информационный браслет…

— Теперь, солнце моё, — сделала Ева невинную моську, — поговорим о деньгах. Я пролистала каталоги, посмотрела в интернет магазинах, что сколько стоит. Приценилась, так сказать. И могу приблизительно сказать, сколько мне надо, чтобы купить самое необходимое — это первое.

Аллан даже удивился, он ожидал, что она попросит гораздо больше. Но… ох уж это «но». Хотя, он сам понимал, что Ева не собирается оставаться с ним надолго. Думал, вот-вот она осмотрится и найдёт себе другого мужчину. Поэтому и хочет взять самое необходимое. Куда ему понять? Он же уверен, что живёт на самой лучшей планете, в красивейшем городе, в самом развитом обществе, и сам он самый-самый-самый. Мечта!

Ну, недовольно поморщился мужчина, что девушка могла бы не говорить, о посещении салона красоты и неких магазинов. Решил он уже, что даст ей свою банковскую карту. (Одну из карт). Ту, снятия денег на которой жёстко им контролируется. Прежде чем совершится какая-либо покупка с её помощью, даже за оплату простого кофе в кафе, к нему с банка будут приходить оповещения (даёт ли он согласие на оплату такой-то такой покупки), которые, если что ему не понравится, он одним нажатием кнопки может отменить. А Ева то не в курсе. И он решил не предупреждать её о своём надзоре за ней. Он всемогущ!

— Вот, — достал довольный мужчина из своего портмоне банковскую карту, покрутив её между пальцев. — Бери и не о чём не думай. Тут достаточно!

Ева задорно улыбнулась. Подумала, что это лучшее, что он мог ей предложить. Ошиблась она, решив, что Аллан скряга. Потянулась, но не к карте, а мужчине. «Мало мне…»

Ева пораньше разбудила своего «котика», почесала ему за ушком, почмокала в брюшко, потёрлась о тёплый бок. Просыпался Аллан всегда тяжело, так что она даже удивлялась, как он вообще на работу без неё успевал. Ну, откуда ей было знать, что его мама, которая названивала сыну каждый вечер, всегда интересовалась, во сколько ему надо быть на работе, и если что приезжала у утра пораньше к нему на квартиру, чтобы собрать его. А теперь удивлялась, что сын сам отзванивается ей ни свет ни заря, желая доброго утра.

— Вставай, соня, — прошептала Ева мужчине в ухо.

Проводив своего мужчину на работу, девушка снова легла в постель, радостно потянулась в огромной кровати: сегодня её жизнь опять немного изменится и, как она считала, в лучшую сторону. Она теперь не будет чувствовать себя затворницей за высоким забором, которую Аллан совершенно не желает выгуливать. Поняла, что он — господин, в какой-то мере, стесняется её. Зря, что ли он ей все уши прожужжал, что является потомственным чиновником и принадлежит высшему обществу. А она — из грязи в князи, — намекнул разок, должна быть ему благодарна. Ева только ухмылялась его напыщенности. И благодарна была ему лишь за то, что удовлетворяет её женские желания и хватит с него. А в остальном, она просто снисходительно к нему относилась: кто он ей? Своего рода, случайный попутчик? Ждала Ева, что вот-вот явятся за ней её тёмное семейство полудраконов, и этого высокого небесного мужчину она будет вспоминать только с хорошей стороны, как нежного и ласкового «котёнка».

Не вытерпев, Ева созвонилась с администратором салона красоты, заказала несколько процедур на утро следующего дня. Встала, позавтракала, надела яркий спортивный костюм и вышла на прогулку. Подростком на пробежке она сама себе представлялась, ну и другими людьми, понимала, имена так идентифицируется.

Девушка шла по широким, засаженным цветущими кустами, улицам и вдыхала чуждый аромат просыпающегося города. Давно она не дышала настолько сухим воздухом. Высоченные здания, широкие площади, парковочные места, чуть ни с посадочную полосу для самолётов. И яркое солнце, смущённо выглядывающее то из-за одного здания, то из-за другого. Утро обещало быть жарким, а обед — знойным.

За месяц Ева прекрасно выучила карту города, в котором проживало около пятидесяти миллионов «человек». Люди-человеки, как ни странно, но местные, какие бы они не были, причисляли себя именно к ним — к людям.

Осматриваясь по сторонам, она