Немезида Forever - Ирина Шайлина

Мы с Олей оставили ребенка с козлятами и пошли на разведку. В моем доме жить было невозможно — несмотря на то, что он казался целым, у него почти полностью рухнула задняя стена. Самым целым в деревне был дом бабы Лизы. У него даже двери не просели, не зря она когда-то хвалилась, что ее покойный муж был строителем от бога. Не врала. Все окна были прикрыты ставнями, а я вдруг подумала, что старики могут быть живы. Но неужели не заметили бы нашей возни? Я толкнула дверь, хотела было войти, но оттуда невыносимо дохнуло гнилью.

— Что там? — нетерпеливо спросила за моей спиной Оля.

— А ты не чувствуешь? Мертвые там.

— И где мы тогда будем жить?

— Здесь и будем. Остальные дома требуют ремонта, или вовсе никуда не годятся.

— А как же... мертвецы?

— Вынесем и похороним.

Я пошла за чемоданом и коляской, оставив Олю копать могилу. Вернулась, утопая в грязи лишь через несколько часов. На вершине холма земля была посуше, здесь, в низине, было натуральное болото. За время моего отсутствия Ольга углубилась меньше чем на полметра. Ребенок, укутанный в тысячу одежек, стоял возле козы с козлятами, которая с сосредоточенным видом жевала какие-то побеги. Я взяла лопату и стала помогать. Вскоре мы справились.

В доме были все четверо стариков. Видимо, когда начало трясти, оставшиеся дома пострадали, а беснующийся ветер собрал их именно здесь. Я сожалела, что они погибли, ведь именно у них, на этом так мало пострадавшем холме, были все шансы выжить. Но Оля авторитетно сказала, что и на корпоративе все пожилые умерли в первую очередь, без каких либо видимых причин. Затем мы, превозмогая рвоту, порой безуспешно, заворачивали стариков в простыни, и относили в общую могилу. После того, как мы ее закопали, Оля осталась выцарапывать на булыжнике имена стариков, а я, забрав ребенка, ушла готовить ужин. Двери и окна в нашем будущем доме мы распахнули настежь и так зафиксировали. Следующие дни тянулись монотонно. Мы обследовали все дома: продукты, одеяла и одежда стаскивались в наш дом. Мы смогли помыться, переодеться и выстирать нашу одежду. Старики в этой богом забытой деревеньке были запасливы, но нам этого вряд ли хватит надолго.

В общей сложности у нас вышло пять мешков картошки, большей частью мелкая, семенная. Картошку мы добывали тяжело, два погреба обвалились, но я, понукая Ольгу, толкала нас на подвиги. Множество банок различных солений и варенья. Было бы ещё больше, но большая часть разбилась. Умеренный запас консерв. Мясные продукты, к сожалению, испортились. Множество упаковок с крупами и макаронами. Так же были заварка, кофе, сахар, мука. Вышла солидная гора продуктов. Пугало то, что на нашем острове — вода все прибывала, дожди шли каждый день, и внизу уже было форменное болото, жить нам неизвестно сколько.

Погода не менялась: днем шел дождь, по ночам трещали морозы. Почти не было травы. Ту, что вырастала, сразу съедала Немезида и ее детеныши. Почки на уцелевших деревьях не распустились, что было вполне ожидаемо, учитывая температуру. Из очень приятных находок были четыре нахохлившиеся тощие курицы и петух. Они бродили в полуразрушенном сарае соседей, среди дохлых тушек своих собратьев. На куриц мы охотились два дня, отлавливая по очереди и перетаскивая к себе в сени, в которых для этого выделили половину площади. На улице было слишком холодно, куры могли передохнуть. Петух пришел сам. Теперь, входя в дом, мы первым делом ощущали крепкий животный дух. Оля морщилась, я принимала как неизбежное, а Мишка был счастлив. С тех пор, как мы стали жить в тепле, он заметно окреп. С удовольствием играл с козлятами, выпивал свою долю молока в день, начал кушать. Коза давала около трех стаканов в день, ее сосали козлята, да и жрала она что ни попадя. Два стакана доставались Мишке, а третий мы выливали в утреннюю кашу.

На календаре, который висел в комнате, мы отмечали дни. Обе сходились на том, что сейчас никак не меньше середины июня. Скорее всего и больше. А время все шло. В хлопотах и скуке поочерёдно, пролетел ещё месяц.

— Я так больше не могу, — сердито говорила Ольга, сидя на постели и расчесывая волосы. — Мы же как Робинзоны на дурацком острове! И остров-то у нас имеется, жалко только без пальм и вместо моря леденючая грязная жижа. Сколько можно? Наверняка в городе уже давно ведутся спасательные работы, а мы сидим тут, в этой глуши.

— Не кричи, — попросила я и зябко укуталась в одеяло. — Мишку разбудишь. В город хочешь? Ты забыла из-под кого я тебя достала, перед тем как в деревню увести?

Ольга отвернулась. Мы спали в одной комнате, с единственным уцелевшим окном. Я с Мишкой на диване, а Ольга на узкой кровати. Мебель для сна мы притащили из моего дома, старую пришлось выкинуть, точнее, пустить на дрова: она пахла мертвечиной.

— Каждый день одно и тоже: проснуться, зажечь долбанную лучину, как в пещерное время, доить козу, готовить жрать, успокаивать ребенка и собирать дрова. Надя, ты помешалась на дровах! У нас уже весь чердак ими завален, веранда, половина дома! Мы стащили в дом все дерево, которое нашли на этой горе! А тебе все мало!

— Оля! На улице конец июля. Наверно. Выйди на улицу — там лужи хрустят. Что ты думаешь, будет зимой?

— До зимы я отсюда выберусь!

— Ну-ну, — кивнула я. — Удачи. И отвернулась к стене.

Мне было не до ее капризов. Меня глодала мысль, чем мы будем кормить коз. Сейчас они худо-бедно кормились сами, пробивая ледяную корку копытами и жуя жухлую траву. В доме, где были куры, мы нашли зерновые корма, и все перенесли. Там же была приличных размеров куча сена, которую мы тщательно укрыли, дабы не отсырела. Но этого было мало. Кого-то из козлят надо было убить, чтоб не переводить корм. Или обоих. Я никак не могла решиться. Козлята, как говорила Ольга, были чрезвычайно милы и необычайно очаровательны. И Мишка мне кажется выправился только благодаря им. Сон уже не шел, я недовольно вздохнув принялась одеваться. Колготки, трико, свитер, валенки. Так мы ходили дома. Мишка тоже проснулся, я торопливо его одела, пока не побежал к своим козлятам босиком. Нам в очередной раз повезло, в многочисленных шкафах бабы Лизы, спасибо ей, мы нашли целую кучу вещей, которые таскали ее внуки, а затем