Звёздный отряд. Точка входа в аномалию - Саша Прудиус

и энергией разрушения, — голос Зорана звучал глухо, с какой-то усталой болью, если это вообще можно назвать голосом. — Чем больше мы атаковали их, тем сильнее они становились.".

Картина битвы сменилась сценой полного разгрома. Корабли Хранителей один за другим рассыпались в пыль под ударами антиматерии. Другие просто исчезали — их глотали чёрные дыры, открытые кораблями врага.

"Мы были не готовы и проиграли, — спокойно сказал Зоран. — Выжили немногие. С тех пор мы отказались от оружия и войны навсегда: дали Обет и перестроили самих себя. И теперь мы действительно не можем отнимать жизни. Это не гордость. Это единственный способ не кормить Тьму собственными руками и остаться в живых как расе".

Изображение исчезло и в стену снова вернулся туман.

Некоторое время я молчал и переваривал увиденное, которое ну никак не хотело укладываться в голове.

Это что же получается, Великая раса Хранителей Галактики оказалась побеждена? Даже поверить трудно.

— Значит, вы просто сдались? — тихо спросил я.

Зоран посмотрел мне в глаза:

"Нет. Мы не сдались, а изменили стратегию."

Мне показалось, что в его ментальном голосе зазвучали стальные нотки:

"Мы поняли ошибку. Нельзя победить Тьму её же оружием или чистым оружием Света, которое она пожирает".

Он подошёл вплотную ко мне:

"Нужен воин с душой творца. То есть тот кто понимает ценность жизни так же глубоко, как мы. И при этом чтобы он был способен действовать решительно там, где мы бессильны. Мы дадим тебе свою силу и каплю силы Темного Порядка. Именно такой гибрид и способен противостоять им".

Он положил свою четырёхпалую руку мне на плечо.

"Твоя раса уникальна, — мысль Зорана стала более мягкой, почти отеческой (если у него, конечно, были дети). — Вы прошли через страшные войны на своей планете сами с собой. Вы знаете цену разрушения как никто другой".

Я вспомнил рассказы деда о Великой Отечественной войне 41-45-го годов. Вспомнил хроники Хиросимы и Нагасаки (которые нам показывали как пример бесчеловечности капитализма). Даже в двадцать первом веке видел много бесчеловечного. Он был прав.

"Но вы также первыми вышли в космос не ради захвата ресурсов или уничтожения других видов, — продолжал Зоран. — Вы вышли туда ради познания. Ради того самого любопытства. Ваш Гагарин был первым настоящим Хранителем-гибридом вашей планеты."

— Почему я ничего не слышал о вас ни в этой, ни в прошлой жизни? — спросил я. — Там не было ни вас, ни Тёмного Порядка.

Зоран на мгновение замолк. Свет в его глазах потускнел.

"Потому что там был Гагарин и ты не открыл дверь", — сказал он.

— То есть? — уточнил я.

"Гагарин погиб, но его смерть не была напрасной. Он успел активировать защитный контур — Щит. Гагарин закрыл Землю от Тёмного Порядка. Надолго, как мы думали. Ваша планета стала невидимкой. Безопасной и тихой".

— А в этой жизни? — спросил я, хотя уже догадывался.

"В этой жизни ты изменил свой выбор. Возвращение в прошлое породило причинный резонанс. Щит Гагарина утратил целостность. Тёмный Порядок вновь зафиксировал этот мир и уже стягивает силы для нового броска.

— Значит, Гагарин умер, защищая Землю, а я её подставил, просто получив второй шанс? — горько усмехнулся я.

"Не подставил, — твердо сказал Зоран. — Гагарин показал, что вы достойны защиты. А ты покажешь, что вы достойны спасения. Рано или поздно, щит все равно бы дал трещину. В твоей первой реальности это произошло бы гораздо позже. Но твой перенос в прошлое запустил новый отчет".

— В первой реальности… — повторил я. — Выходит, вы можете перемещаться и во времени?

"Прыгать на много лет или веков мы не можем, как и не ходим сквозь века, но мы способны разорвать пространственно-временную привязку объекта, и восстановить её в иной точке континуума, в пределах нескольких Земных часов. Это требует коллапса локального участка реальности, как и его пересборки. Энергетическая цена большая и требует уйму ресурсов, которые часто не можем себе позволить. Но зато мы способны открывать завесу прошлого, потому что прошлое никуда не девается, каждое событие оставляет вмятину на ткани пространства-времени. Это как, — Хранитель задумался на мгновение, а потом продолжил, — как след на песке, только песок этот что-то вроде квантовой пены, след которой не смывается никогда. Мы просто научились его читать. С будущим немного сложнее, — Зоран чуть наклонил голову, словно подбирая слова. — Это не один след, а миллион едва заметных теней, которые ещё не стали реальностью. Наша система видит и анализирует их все, а на выходе выдает более яркие тени. Можно назвать их вероятностями или развилками, — то, что случится с большей вероятностью всегда ярче, а то, что почти невозможно едва мерцает. Мы не знаем будущего наверняка. Но умеем читать его тени. Именно так и увидели что произошло в другой твоей реальности и проанализировали, что там бы щит Гагарина стоял еще тысяча двести тридцать два года".

— Так вот почему вы все знаете обо мне. О моей прошлой реальности, — сделал вывод я. — То есть, получается, мое перемещение произошло спонтанно и незапланированно? Меня отправили в прошлое не ваши технологии?

Зоран наклонил голову. Его золотые глаза, казалось, смотрели сквозь меня.

"Ты умер, Алексей. В тот момент, когда сердце остановилось, твоё сознание… вспыхнуло и перенеслось. Мы не имеем ни малейшего понятия почему так произошло"

— Значит, я сам…

Хм… Но как?

"Ты создал дверь и сам в нее вошел. Это точка аномалии, и нам не ведома причина отклонения", — ответил Зоран.

— Именно поэтому вы решили на этот раз взять меня в качестве своего испытуемого?

Зоран убрал свою руку.

"Да. Но не только поэтому".

Он снова активировал экран-проекцию стены. На ней появилось моё лицо крупным планом:

"Твой психологический профиль идеален для нашей цели, — пояснял Зоран. — Высокий интеллект, но при этом развитая эмпатия (сострадание). Отсутствие патологической агрессии (ты не получаешь удовольствия от насилия), но при этом есть воля к защите слабых (например, твой поступок с девочкой во дворе в детстве)".

— Вы видели даже это?

Он видел как когда-то давно я