«Фантастика 2025-138». Компиляция. Книги 1-20 - Владимир Владимиров

2) Как сообщил анонимный источник, на нашей станции есть картели, причастные к убийству президента. Это не срочная новость. И даже вообще не новость. Такие картели есть на любой станции.

3) Лицемеры и спекулянты рассуждают о человечности! Вот уж кому бы не мешало вначале приобрести толику оной!

Но все затмит напряженная и заслуженная победа мажорки в гонках пилотов. Она готовилась долгие годы и для нее не нашлось, совершенно случайно, лучшего экспериментального двигателя, который за баснословные деньги приобрел жених. Вот вам образец честной и достойной конкуренции, где все решают твои личные качества, а вовсе не богатство!

Вы уже смеетесь, котятки, над этой тонной сарказма?

Мажоры не смогли проявить себя в одном и решили оторваться в другом, но теперь подошли к делу основательно, было подкуплено все: судьи, участники, репортеры.

Бедняжка Каллидора Кейн имела все шансы на победу. Но нет, в последний момент уступает свой дрон той самой мажорке! Почему? Деньги решают.

Вы спросите, как устроен наш мир чистогана и наживы? А вот так и устроен — подмажь, где надо, и ты победишь, даже если не летал ни разу в жизни.

Белый кролик

Глава 31. Диспут о человечности. Финал

Станция Клондайк

Май 21, 2523 г.

Это канал #StarVoice, меня зовут Альберто Херейро.

Как-то раз, разговаривая с ученым, доктором наук, я задал вопрос: чем отличается навигатор, способный пилотировать корабль в варпе, от обычного человека? Может, у него есть особый ген или белок? Или необычное устройство мозга? Или еще какой-то признак?

Ответ меня удивил и поразил. Никакого отличия нет, кроме того, что человек сам хочет летать в варпе. Точно также и мы, исследователи фронтира, отличаемся от иных людей только тем что хотим быть тут, летать к новым звездам и планетам.

То есть мы — просто люди. Но где тот предел, когда человек еще остается человеком? Можно ли изменить себя (духовно и физически) так, что перестанешь быть человеком? Что вообще такое — человек и человечность?

Мы хотим услышать не просто ответы, а мнения людей, у которых есть желание исследовать фронтир, идти вперед, отодвигая границу изведанного. Мы задали три вопроса о человеке и человечности разным людям нашей станции. Среди них были ученые и астронавты, представители крупного бизнеса, деятели религиозных конфессий. И сейчас мы пригласили пять экспертов, обсудить те ответы, которые нам дали ранее.

Итак, я представляю экспертов!

Дон Альберто сделал паузу. Дело происходило в казино «Флорида», игровой зал был освобожден от столов и заполнен рядами стульев. На авансцене находилось пять кресел и четыре человека.

Альберто Херейро:

— Ода Таканояма, корпорация USC. Прошу аплодисменты!

(крупный и массивный мистер Таканояма встает и делает церемониальный поклон, зал хлопает)

— Во-вторых, это Янош Хольберг, который почему-то сидит среди гостей. Прошу вас выйти на сцену под эти аплодисменты!

(мистер Хольберг проходит на сцену)

— Далее, с нами Капитан корабля «Артемида» Кейтлин Картер.

Кейтлин Картер:

— Просто Кейт.

Альберто Херейро:

— Договорились. Следующего эксперта, по его просьбе, я представлю максимально просто: механик Дач (аплодисменты). И, наконец, с нами представитель церкви космианцев, Элиза Фернан.

(делает поклон под аплодисменты)

— Сейчас я кратко введу вас в курс нашей дискуссии. Разным людям на этой станции мы задавали один и тот же набор вопросов, все они относятся к тому, кто такой человек? В какой момент человек может перестать быть человеком? Мы получили ответы, проанализировали их и выбрали самые распространенные варианты. Сейчас мы хотим с вами, как с людьми авторитетными в своей области, обсудить не вопросы, а ответы. Давайте начнем.

(в общем профиле появился экран, на котором возник первый из вопросов и варианты ответа на него)

Альберто Херейро:

— Вопрос был такой: «До какой степени вы считаете допустимым изменение природы человека? Какие изменения может… должен! … претерпеть человек, чтобы вы перестали его считать человеком?». Как я уже сказал, мы обсуждаем не вопрос, а ответ. Ответы были следующие: все опрошенные эксперты в той или иной мере сказали, что изменения возможны. Явной границы — нет. Для начала кратко я спрошу каждого — граница есть или нет? Давайте начнем с вас, Элиза.

Элиза Фернан:

— Я считаю так: большинство религий Земли утверждают, что Бог создал человека по своему образу и подобию. Наделил свободой воли и свободой выбора. До тех пор, пока человек сохраняет свободу воли, он является человеком. И это не зависит ни от каких изменений… человек может не иметь ничего из этого: ни мутаций, ни имплантов… Но, если он несвободен в своем выборе, его нельзя назвать человеком.

Альберто Херейро:

— Свобода воли — это граница?

Элиза Фернан:

— Да.

Альберто Херейро:

— Спасибо. Теперь перейдем к Капитану Картер. Кейтлин, прошу вас!

Кейтлин Картер:

— Смотрите, мне кажется, тут есть два аспекта. Первый из них — научный: разграничение видов определяется достаточно просто. Когда существо перестает иметь возможность размножаться с собственным видом, оно перестает быть представителем этого вида. Отсюда следует: если человек изменил себя настолько, что нет возможности успешно воспроизводить потомство с другими людьми, например, ДНК перестали быть совместимы, то он перестает быть человеком с научной точки зрения.

Альберто Херейро:

— А какой второй аспект?

Кейтлин Картер:

— Второй — аспект социума. Если говорить в этом плане, где есть Человек с большой буквы, Душа и прочие подобные конструкты, то на мой взгляд кто такой человек определяет общество. В этом я согласна с капитаном станции.

Альберто Херейро:

— Кейтлин, (редактор поднял палец для выразительности вопроса) граница — это секс?

Кейтлин Картер:

— Не секс, а размножение. Вы занимаетесь сексом только чтобы заиметь детей?

Альберто Херейро:

— Ну… обычно это так делается.

Кейтлин Картер:

— Что ж, у вас, видимо, очень скучная жизнь! (шушуканье в зале, редкие хлопки, переходящие в частые)

Альберто Херейро:

— Спасибо за ваш ответ. Мы поняли, что, во-первых — размножение, а во-вторых — люди сами должны определять, кто есть кто. Верно?

Кейтлин Картер:

— Все так. Социум назначает свои критерии, законы морали. Общество две тысячи лет назад было совершенно иным, чем оно есть сейчас.

Альберто Херейро:

— Спасибо, Кейтлин. Теперь я подойду к Ода Таканояма. Перед тем, как я попрошу ответить на вопрос,