Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

Но как бы там ни было, а моих тяжких дум кажется никто не заметил, народ погрузился на корабли и мы двинулись в путь. Возможно полёт когда-нибудь перестанет дарить мне те яркие эмоции, что я испытываю всякий раз, когда мы мчимся над землёй под свист ветра, но явно ещё не сегодня. То же самое можно сказать и о моих хирдманах с вирдманами, что судя по лицам вновь испытывали бурю восторга, летя вперёд. Если конечно говорить о ветеранах, а не о присоединившихся к нам в этом году ассонах, что продолжали испытывать изрядную толику опаски к такому способу передвижения. Ну да ничего, привыкнут.

Между тем путь нам в этот раз был известен, мы не петляли, не блуждали и не искали каких-либо вариантов, ближе к вечеру прибыв к останкам нашего ледяного форта, который зимняя погода мягко говоря не пощадила. Летом здесь ещё худо-бедно можно жить, но в сезон штормов на Фростхейме властвуют ледяные бури, что могут заморозить человека на бегу, а потом стесать с его костей затвердевшую плоть ледяным крошевом. У оазисов тепла ситуация конечно получше, но не сказать, чтобы намного. В доказательство этого можно было взглянуть на стены форта, от которых мало что осталось. Зато ледяная плита вполне себе уцелела, насекомые не нарыли в ней туннелей, как доложил Бран, который её в своё время и морозил, а потому мы смогли безбоязненно приземлиться, начав нехитрую подготовку ритуала.

Спустившись с драккаров, мы расчистили в центре нашего старого пристанища ледяную площадку, на которой быстро начертили ритуальную схему под взглядами Хакона и Эйнара, подающих инструменты. В идеале бы подобные вещи конечно делать на чём-то постабильнее и прочнее замёрзшей воды, но по всем расчётам прочности поверхности должно было хватить. Я же, лишний раз всё перепроверив, поинтересовался у Брана:

— Готов?

— Давно — коротко, но ёмко ответил полуэльф.

— Тогда не смею мешать — улыбнулся я.

— Вот уж спасибо — ответил мне вирдман усмешкой и сел по-турецки в центре ритуального круга.

Мы же отошли чуть в сторону, не желая вмешиваться, но готовые в случае чего поделиться энергией или охладить ледяную плиту, чтоб та не начала подтаивать. А Бран начал ритуал, заготовленный нами за зиму, благо мы заранее знали о своих планах на лето. Мана потекла от парня в рисунок, а тот начал передавать её в ледяную плиту. Сначала она разгладилась от торосов и остатков прежних стен, снег с неё пропал и поверхность под нашими ногами стала напоминать каток. Но спустя пару секунд лёд приобрёл насечку, после чего из него стали расти новые стены с башнями и лестницами, позволяющими подниматься наверх. Я же застыл в восхищении от того, что видел — магия не переставала быть для меня прекраснейшей из наук и важнейшим из искусств, а сейчас сама эстетика картины буквально разила моё сердце стрелой Амура. Среди прочего, создавая ритуал, мы пытались сделать лёд прочнее, вкладывая в него волшебу. Причём предела совершенству тут в принципе не было, ведь известны даже клинки из зачарованного льда и посохи ледяных магов из него же, которые не уступают стали в прочности и не тают столетиями. Но работает это нормально только при отсутствии во льду примесей и пузырьков воздуха. А потому сейчас вокруг нас поднялись практически прозрачные стены из застывшей воды, что чище слезы. А вслед за ними появились несколько иглу, которые также были включены в ритуал, но взяты нами скорее на пробу. Из прошлой жизни я знал, что эти штуки точно должны работать, не зря же эскимосы в них жили, но однако лучше было сначала проверить теорию практикой, а потом уже отказываться от палаток.

— Впечатляет — задумчиво произнёс Хакон, огладив подбородок с короткой бородой. Свежее пополнение о своих планах мы не предупреждали и они могли основывать свои предположения только на заковыристой ритуальной схеме, где точно понятно только то, что речь о магии льда.

— Насколько прочны стены? — задал через секунду после слов сотоварища вопрос Эйнар.

— Пока что не сильно лучше обычного льда и мы более полагаемся на их толщину. Однако вы с Хаконом сегодня будете заняты тем, что укрепите их рунами — улыбнулся я — Если всё пройдёт нормально, то это место может стать сугубо временным нашим пристанищем, однако даже такое должно быть надёжным.

— Кто ж спорит — хмыкнул рыжебородый. Несмотря на не самый покладистый характер, прямые приказы он не оспаривал, хотя было заметно, что ведя драккар целый день вирдман успел устать — Сделаем.

— Куда ж вы денетесь — в тон ему усмехнулся я — Пока давайте решим вопросы с лагерем, пожрём, да займёмся делами.

Возражений не поступило, так что мы вскоре отъелись за целый голодный день горячей похлёбкой с мясом, а потом начали работу по благоустройству и не только. Всё-таки помимо прочего требовалось развернуть ту же алхимическую лабораторию и делать это пришлось мне, а не Иви. Но так или иначе все дела оказались вскоре переделаны, смены караула распределены и мы наконец смогли лечь отдыхать перед новым тяжёлым днём, который грозил нам как опасностями, так и новыми заманчивыми перспективами.

Утром же наиболее хорошо снаряжённая часть хирда встала у трёх драккаров, а я произнёс короткую речь:

— Парни, вы прекрасно понимаете куда мы отправляемся и зачем, всё уже было обговорено несколько раз. Просто напоминаю, что в Вальхаллу мы всегда успеем, а сейчас нужна слаженная работа. Высаживаемся на деревья и проверяем их по очереди, прикрываем вирдманов, во всё подозрительное сначала стреляем из арбалетов, а потом задаём вопросы. Всем всё ясно?

— Да. Как всегда. Сделаем — отозвались бойцы. Хоровых выкриков из серии «Так-точно-товарищ-хедвиг» у нас в традиции как-то не существовало.

— Ну и славно. А теперь по драккарам, время поработать, пока свежачки охраняют лагерь. Вперёд!

Возражений не последовало, хотя пополнение и особенно новые вирдманы провожали нас несколько завистливыми взглядами, будто мы не навстречу опасности идём, а бухать и по бабам. Иной менталитет, иная культура, иное отношение к тому, что нужно сидеть в комфорте и бить баклуши пока другие работают и рискуют головами. Впрочем всё это не просто так взялось, активные и рисковые у нас обычно обходят премудрых пескарей и лентяев, если конечно не сворачивают себе шею по дороге. Но даже так они получают вечность в чертогах Всеотца,