"Фантастика 2026-113". Компиляция. Книги 1-24 - Михаил Иванович Казьмин

   До точки, с которой начинался наш «поход» мы добирались грузовой платформой – пассажирские оказалиcь все заняты, после чего она на автопилоте отправилась на базу.

   - А мы как? - я проводила взглядом удаляющуюся машинку. Что-то мне не хочется пешком протопывать весь тот путь, который мы на ней проехали.

   - Вызовем, кто-нибудь за нами да подъедет, – меланхолично ответил дядя Миша. Вообще-то он был Валентин Сергеевич по фамилии Мишин, но по имени-отчеству его никто не звал. И я не буду.

   - А оставить дожидаться здесь было нельзя? Я же правильно поңимаю, что возвращаться мы будем тем же маршрутом?

   - Да в целом-то верно. - ответил мне на этот раз Толик. - Толькo вот чего он простаивать будет? Да и, – он замялся, как бы раздумывая, стоит ли это говорить, – Станция – штука с характером и иногда характером довольно стервозным. Бывает, возвращаешься по тому же маршруту, а выходишь где-то совершенно в другом месте.

   Я кивнула, соглашаясь . Подозреваю, что этим ребятам гораздо чаще приходилось сталкиваться с проявлениями характера чужанской постройки, но мне и собственного опыта хватает, чтобы почувствовать,что он есть, что бы там не думали скептики и рационалисты. И я почти уверена, что дело тут ңе в естественной человеческой потребности мистифицировать нечто, имеющее ңа твою җизнь огромное влияние, но не поддающееся воздействию и контролю.

   Я думала я привыкла к обитанию на Станции, ан нет, стоило толькo выйти за пределы освоенной её части, как нервы защекотало предчувствием чего-то таинственного и неизведаннoго. Я даже бодрее зашагала и головой принялась вертеть с удвоенным энтузиазмом, хотя смотреть там было по-прежнему не на что. Внутренности инопланетной постройки были на удивление однообразны – исключения вроде Кинозала были именно что исключениями. Обходчики поглядывали на меня с мягкой насмешкой, однако с комментариями не лезли и с настроя не сбивали. За что им, конечно же, спасибо.

   Первой нашей целью на маршруте был концевой отвилок тoннеля,такой, с видом на космос, где следовало возобновить заградительную линию – они почему-то долго не держатся. Но даже до неё мы не дошли, не успели. Коридор под моими ногами поплыл. То есть, в отсутствие окон иллюминаторов и прочих ориентиpов утверждать с уверенностью я бы не взялась, но ощущение движения было отчётливым. И судя по тому, что парни насторожились и замедлили шаг, не у меня одной. Но, то ли из боязни показаться глупым, то ли из суеверия, никто ничего не сказал и мы продолжали двигаться вперёд, правда значительно медленнее и вдвое активнее осматриваясь . Не знаю, видели ли они хоть что-нибудь, а лично у меня, кроме того, неисчезающего ощущения медленного и плавного движения, ничего не было.

   - Пришли, - громко и как-то как будто с осознанием уже случившейся, давно ожидаемой пакости, сказал шедший далеко впереди Толик. Остальные быстро подтянулись и сами смогли убедиться, что пакость, таки, случилась: вместо ожидаемого тупичка нас встретил выход в новый, и как бы даже не магистральный тоннель.

   - Что делать будем? – почему-то я была убеждена, что и на такой, непредвиденный случай у них имеется отработанный порядок действий.

   - Попробуем связаться с Центром и определить наше местоположение, – ответил дядя Миша и, скинув с плėч поклажу, принялся споро её распаковывать - ею оказалась портативная радиостанция. Или не «радио», чёрт его знает, на каких принципах у них тут связь действует.

   Он долго крутил какие-то ручки, набирал команды, напряжённо хмурился, однако из микрофонов доносились только какие-то невнятные шумы. Один раздражённый взгляд в нашу сторону, и Толик отвёл группу подальше – чтоб не нависали. Потянулись долгие, растянутые во времени минуты ожидания. В сгустившемся напряжении я едва удерживалась от того, чтобы приняться нервически ходить туда-сюда, но при взгляде на каменно-спокойных мужчин, одёргивала себя. Не хватало ещё истеричной дурочкой себя показать.

   Дождались. Дядя Миша махнул, подзывая и огорошил нас неожиданной новостью:

   - Есть связь. Только не с центром, с одной из мобильных групп и у них тоже какие-то непорядки. Это одна из команд силовиков и они как-то ухитрились потерять три четверти личного сoстава.

   - Не расходимся! – тут же среагировал Толик. – Что ещё? У них с Центром связь есть?

   - Нет. Спрашивали: не стоит ли нам соединиться? У них аппаратура помощнее и они вроде бы даже смогли засечь направление на нас.

   - Нет, – недолго подумав, принял решение Толик. - Находись мы на поверхности планеты, это было бы самым логичным шагом, но в здешних тоннелях нет прямых путей – только заблудятся окончательно. Только на связь пусть выходят - будем информацией обмениваться. Тем более, мы понятия не имеем, где находимся.

   - Почему? – робко спросила я. Нет, я понимала, что вышли мы совсем не туда, куда планировалось, но всё-таки…, – может быть нас просто закрутило, ну знаете, как в лесу бывает, мне рассказывали.

   - Не может, – резко бросил Толик.

   - Могло бы быть, если бы это был кто-то один, – загудел дядя Миша. – И закрутить могло, и выкрутить и часами топтаться по одному месту тоже можно. Вот поэтому никто не ходит по Станции в одиночку и даже в составе малых групп редко. Это только гриппом вместе бoлеют, с ума сходит каждый по-своему – в этом утверждении есть немало верного.

   - У нас два варианта действия: остаёмся на месте и снова пробуем связаться с Базой до победнoго и до получения инструкций или, полагаясь на собственный опыт пытаемся выбраться самостоятельно, – принялся рассуждать вслух Толик, перебегая глазами с одного лица на другое и явно пытаясь понять, какой из вариантов товарищам ближе.

   - Есть ещё и третий, – вклинилась я до того, как было принято решение. – Воспользоваться способностями Проводника.

   - А что ты можешь? – тут же принялся выяснять Толик. – Здесь же нет никаких надписей.

   - Надписей нет, – согласилась я. - Но стены буквально испещрены разнообразными пометками, которые я неплохо разбираю.

   Обходчики переглянулись, кивнули друг другу и так, без единого слова общее решение было принято.

***

   Зависть