Полет алого дракона - Галина Дмитриевна Гончарова

– Временно уезжаете? Ритка, ты вообще как? У тебя же врачи!

– Плевать я на них хотела, – отрезала Рита, закидывая сумку на транспортер. – Все равно они мне ничего хорошего не скажут, так какая разница!

– А если тебе хуже будет?

– Не будет. Май, прикрой меня, приеду – все расскажу. Даже два раза.

Далина кивнула носильщику, и на ленту отправились еще шесть чемоданов.

– Ладно, скажу, что ты лечиться уехала. На воды. Пойдет?

– Вот и отлично. Родителям я сама наберу, если они вообще заметят, что меня нет.

– Ритуля…

– Проехали и пережили, – отмахнулась Рита. – Позвоню, честно-честно.

И направилась к стойке, показывать сумочку.

Майя помахала подруге рукой и развернулась обратно.

Москва!

Завтра она поедет обратно, а сегодня можно погулять. И по магазинам, и по выставкам, и отец просил кое-куда зайти… ах, Москва! Есть в этом городе неизъяснимое очарование, затягивающий ритм и вечная загадка. Если Москва запала тебе в сердце – она уже никогда не отпустит. В такие города влюбляются сразу – и на всю жизнь. Майя собиралась погулять всласть, повидаться с пушкинским дубом, перекусить в уличном кафе…

Ах, московская осень!

Что в тебе такого, чем ты так притягиваешь? Вползаешь в сердца и остаешься в них навечно метелью красно-желтых листьев на старинных бульварах? И хочется поймать листок и сохранить себе на память, и серое небо летит над головой, такое легкое и бездонное, и люди, как листья, летят мимо…

Летим!

– Змеиное урочище.

Костя недаром лазил по всем форумам, источникам, проверял в библиотеках и по газетам, списывался с местными уроженцами.

Непростое это было место. Связаны с ним были местные мифы и легенды накрепко. Местные жители свято верили, что поблизости жил Змей Горыныч. И сказок про это в ближайшем городе было видимо-невидимо. Сувенирка всякая, истории. И про Горыныча, и про целое племя змеев, и про чудовище, которое в пещеру выводок увело, чтобы не истребил их местный богатырь Добрыня. Только почему-то не Никитич, а Змеевич.

И про украденную дочь купеческую, красивее которой отродясь на Руси не было.

Везде свои сказки есть, только кто их сейчас слушает? Это ж не аниме или модная манга, это свое, родное, вот и морщит молодежь спесивые носы, фыркает на стариков. И теряется самое ценное – память поколений.

Далина, прищурившись, разглядывала тайгу. Самолет летел спокойно, крыльями не вибрировал. Странно, конечно, лететь вот так, внутри огромной железяки, но если все здесь так делают? И никто не боится. Далина тоже не боялась. Сама она и на крыльях бы добралась до места, но нести детей пока возможности не было. Не те силы.

Вот и летели все вместе, Костя полет переносил нормально, Рита дремала, маленькая Василиса немного капризничала, но у мамы на ручках было тепло и спокойно, так что ладно, она потерпит. Поест и поспит, как правильный ребенок. А потом опять поест и поспит.

Стюардесса пару раз подходила, интересовалась, что и как, но помощь практически не требовалась.

Вот и аэропорт. Небольшой и достаточно далеко от города, но такси нанять всегда можно. А тут и не нужно, Наташа приехала их встретить на небольшом фургончике, как раз всем поместиться хватило.

– Располагайтесь, я у соседа машину одолжила, – улыбалась Наташа во весь рот.

Далина подняла брови:

– Как дела? Как муж?

– Ты представляешь, посадили. За хулиганство.

– Че-го?

– А он в голом виде по городу бегал, про ящеров орал, разбил что-то, машину повредил… короче, суда еще не было, но он пока сидит. Я к нему уже сходила, предложила договориться по-хорошему, так Ромка на все согласился.

– И?

– Разведемся, квартиру поделим, продадим, я на свою половину что-то куплю у себя в поселке. Это, конечно, небыстро, но справлюсь. И алименты он платить будет.

– Ну так отлично же!

– Конечно! – Наташа вся светилась от радости. – Я вам там пирогов напекла, не знаю, с чем вы любите, но я с ягодами сделала, с яйцом и луком, с капустой, с грибами…

– Я все люблю, – сказала Далина. – Рита, а ты?

– И я, – согласилась Рита. – Обожаю!

– Потолстеть не боишься? – чуточку подколола Наташа.

Рита в джинсах и куртке, с бейсболкой и длинным хвостом рыжих волос выглядела совершенно обычной. И не казалась невероятной красоткой.

– Мужики не собаки, на кости не кидаются, – отмахнулась Рита.

Боишься! Да к ней наконец-то аппетит возвращается! Она пироги готова без остановки лопать, и это так здорово! Как же хорошо быть здоровой! И если в благодарность за здоровье надо просто покружить голову какому-то дракону… Сам напросился, дорогуша! Два раза!

Валентин оглядел свою комнату. Дашка… стерва! Родного отца прогнать! Денег не дать на выпивку! Но что он, не мужчина, что ли? Хочет выпить – и выпьет! И денег найдет, и самогонку купит! Знает он места! А дружки…

Э, нет! Эта пьянь рваная только квасить горазда! А как чего купить да принести к столу, так не дождешься! А он человек культурный, он на заводе целым мастером был! Не абы что! Вот хочет выпить в одиночестве и выпьет! Где тут у Дашки стаканы были?

Валька, дрянь, сама подохла и девчонку против него настроила! Это ж надо! Родного отца из дома выгонять! С такой дочерью и разговаривать противно! Была б дома – точно не пришел бы, стерва как она есть!

Продуктов Даша никаких не оставила, только крупы, а их варить надо, так что пить пришлось без закуски. Да и много ли надо было Валентину?

Заснул он на Дашиной кровати, даже не разуваясь. А среди ночи проснулся, помочился прямо в окно, не желая никуда выходить, поежился от холодного воздуха, створку захлопнул. Закурил и даже не заметил, что после окурок из его пальцев выкатился и полетел под кровать… Много ли надо старым доскам, чтобы затлеть, а потом и загореться, и разгореться?

К моменту, когда полыхнуло как следует, Валентин спал крепким сном. Барак вспыхнул весело и задорно. Кто-то успел выскочить сам, а вот Валентина спасти не успели. Да не особо и старались, честно-то говоря. Видно, на роду ему такое написано было…

Последний инструктаж был проведен ночью в квартире. Хотя чего там инструктировать? Для Далины было все просто. Слушаться ее, далеко не отходить, если что – визжать громко, бежать к ней. Все. Остальное она сделает, если бы ей дали