Бродяга: Бродяга. Звёздные закоулки. Драку заказывали? - Эльхан Аскеров

зная, что перед ним всего лишь голограмма, давно уже начал считать его полноценным членом экипажа, независимо от кластера искинов, скрытого в самой защищенной части корабля.

– И что он будет делать, когда засечет противника? – подтолкнул Артем Доку к продолжению рассказа.

– Сбросит зонды, направив их в нужную сторону, а сам перейдет в режим ретранслятора. Мы будем видеть все, что станут показывать зонды в режиме реального времени, с учетом потери на прохождение сигнала.

– Погоди, разве зонды способны проводить сканирование на таком расстоянии?

– Я их немного переделал, – усмехнулся искин.

– Я смотрю, ты начал переделывать все подряд, – проворчал Артем, растерянно почесав в затылке.

– Люди многое держали в секрете, не развивая свои изобретения, – пожал Дока плечами. – Я просто пользуюсь моментом. Тем более что это идет нам на пользу.

– Ага. Если я правильно понял, то ты умудрился забраться в какой-то архив, – рассмеялся парень.

– Я успел скачать данные трех архивов, – озорно улыбнулся Дока. – Многое из добытого нам никогда не потребуется, но многие вещи мы можем использовать, раз уж так сложилось, что хозяев больше нет.

– Ты уверен? – спросил Артем, разом потеряв игривое настроение.

– Знаю, – вздохнул Дока. – Все архивы находились на планетах центральных миров. Их стерилизовали.

– Ладно. Все равно никому никогда не было дела до того, что происходит на фронтире, – отмахнулся парень.

– Всё, флайер вышел к нужной точке. Начался сброс зондов, – вдруг, сменив тон, доложил искин.

– А зонды ты тоже переделывал? – вдруг спросил парень.

– Конечно. Теперь у них и дальность действия выше, и у каждого имеется двигатель для маневрирования и пространственного позиционирования.

– А раньше не было? – не понял Артем.

– Все зависело от модели, – пожал Дока плечами. – Чем дороже, тем больше возможностей у прибора. У нас с тобой подобных проблем нет. Твоя идея работает.

– Это которая? – заинтересовался парень.

– Построить полностью автономный корабль. У нас почти получилось. Само собой, сделать что угодно мы не можем. Многие вещи нам недоступны или из-за сложности производства, или из-за отсутствия составных частей, но все необходимое для достойной жизни и защиты своего корабля мы имеем.

– И как долго мы можем находиться в объеме, в отрыве от любой планеты?

– С учетом всех имеющихся запасных частей и расходных материалов, мы можем двигаться в объеме порядка ста семидесяти пяти лет по среднему времени.

– Хренасе пельмень! – ахнул парень. – А сколько «Бродяга» прослужит без капитального ремонта?

– Если избегать серьезных механических повреждений корпуса, двести сорок три года.

– А так называемая усталость металла? – не унимался Артем.

– Данные обозначены с ее учетом. Всё, пошла картинка с зондов, – резко сменил Дока тему.

– Выводи на экран, – тут же потребовал парень.

– Выполняю. Похоже, мы не ошиблись. Но станция еще держится, – вздохнул искин, едва увидев первые кадры.

– Это все корабли инсектов? – спросил Артем, делая попытку увеличить изображение.

– С другой стороны тоже воюют. Семь кораблей против одной станции, – обозначил искин. – Возможно, есть несколько в стороне.

– Странно, что они сразу не стали применять свои деструкторы.

– Я тоже это отметил. Но получить более полные данные пока невозможно. Слишком велико расстояние. Что делать будем?

– Вон там, слева, внизу, какое-то скопление, – ткнул Артем пальцем в экран.

– Группа астероидов. Хочешь спрятаться за ними? – моментально понял его идею Дока.

– Их слишком много для нас, – вздохнул парень. – Но и просто уйти мы тоже не можем. Людей или распылят, или попросту съедят. Думаю, первое было бы предпочтительнее.

– С каких пор тебя стали интересовать обитатели таких баз? – удивился Дока. – Ты не хуже меня знаешь, что заправляют там обычно бывшие пираты. У обычных честных людей на подобное оборудование просто денег не найдется.

– Все помню и все понимаю, но сидеть и смотреть, как эти крокодилы-переростки будут жрать людей, я не смогу. Тем более что там наверняка есть дети.

– Беженцы, – понимающе кивнул Дока. – Такая вероятность действительно имеется. Возможность – семьдесят два процента.

– Забудь про проценты, – отмахнулся Артем. – Начинай просчитывать рисунок боя с учетом появления не замеченных нами кораблей.

– Выполняю, – кивнул Дока, замерев, словно статуя. – Тебе придется взять на себя управление щитом и противомоскитной обороной. Их слишком много для меня одного, – добавил искин, словно извиняясь.

– Работаем, приятель, – зло усмехнулся Артем. – И не вздумай сказать, что я должен держаться вне боя.

– Я помню, что тебе становится плохо после прямого управления техникой через нейросеть.

– Это будет потом, приятель, – оскалился парень, подтягивая к себе консоль.

* * *

Орудия били в режиме пулемета, а крейсер мотало по объему из стороны в сторону, словно носок в стиральной машине. Как Дока не сжег маневровые движки такими прыжками, Артем так и не понял, но в том, что «Бродягу» после боя придется серьезно ремонтировать, не сомневался. Во всяком случае, эмиттеры щита горели на обшивке пачками. Под конец, словив броней десяток плазменных зарядов, крейсер добил последний корабль инсектов, и Дока, подняв «Бродягу» над эклектикой боя, негромко проворчал:

– Похоже, справились.

– «Бродяга» сильно пострадал? – первым делом спросил парень, выдернув из разъема на предплечье шунт.

– Провожу проверку, – вздохнул Дока. – А ты сходи, умойся пока.

– Зачем? – не понял Артем.

– Затем, что ты сейчас на пьяного вампира похож. Вся рожа в крови, – ехидно усмехнулся искин.

Посмотрев на него удивленным взглядом, парень поднялся и, пройдя в санузел при рубке, растерянно уставился на свое отражение в зеркале. Он и не заметил, что во время боя умудрился прокусить себе нижнюю губу, а из носа текла кровь от общего перенапряжения. Так что физиономия у него и вправду была еще та. Бледная, с синюшными кругами под покрасневшими глазами, распухшей губой и размазанной по щекам кровью.

Умывшись, Артем сунул голову под кран, пустив холодную воду, и только спустя несколько минут почувствовал, как напряжение боя отступает, сменяясь усталостью и отупением. Умывшись еще раз, он вернулся в рубку и, упав в ложемент, коротко выдохнул:

– Докладывай. Сначала по нашим потерям.

– Ну, хорошая новость, что критических повреждений «Бродяга» не получил. Сбиты эмиттеры щита, но их уже начали менять. На носовых плитах брони имеются следы от попаданий, но ни одного пробития не случилось. Ну, еще пару маневровых двигателей поменять придется, но это не срочно. А так можем уходить в прыжок хоть сейчас. Правда, боеприпас к тоннельным орудиям серьезно растратили, но и это поправимо.

– Что-то я про «плохо» не понял, – растерянно проворчал Артем. – В нас лупили со всех сторон так, что пространство кипело, а ты мне про эмиттеры рассказываешь?

– Тема, ты опять забыл про дистанцию, на которой велся этот бой, – усмехнулся Дока.

– А как я могу про нее