"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

— Уж не Леопольдом Груфманом его зовут? — перебил я Гвинплея.

— Именно так. А ты догадлив для того, кто ничего не помнит, — улыбнулся Плант. — Мой хозяин не очень‑то доверяет тебе и Гоевину. Тем более что что-то пошло не так. Ты должен был покрутиться, легенду обыграть. Народ взбаламутили, что сбежал совершенный солдат. Такой рас­клад. Тобой должны были заинтересоваться определенные круги, оппозиционные власти. И захотеть тебя заполучить. Здесь все удалось. Прошло как по маслу. А дальше Гоевин должен был подстроить твой визит в офис охотников. Он намеревался спрятать тебя в шоу. Так прошло первое шоу. Оно тут же было показано по кабельному телевидению. Необычайно высокий рейтинг. Только лицо твое экранное заменено, так что на лавры телезвезды можешь не рассчитывать. Второе шоу. Груфман настоял, чтобы я участвовал в шоу — это было справедливо. Гоевин согласился…

Я ничему не удивлялся. Я слушал молча. Я был готов к такому повороту событий.

— Ты должен был участвова…

— Почему ты напал на мозг туземцев? — перебил я. Плант осекся, настороженно посмотрел на меня и признался:

— Я дико ненавижу всю эту мерзость. Не сдержался. Как представил, что в логово плыву, тут же решился его уничтожить, пускай даже при этом погибну.

— Продолжай. По теме, — потребовал я.

— Ты должен был участвовать в третьем шоу. Этого времени хватило бы, чтобы совершить переворот, и власть полностью оказалась бы в наших руках.

— Зачем вам нужен переворот, если вы и так находитесь у власти? — не понял я.

— Вся шестерка находилась в высшем эшелоне власти, — подтвердил Гвинплей.

Значит, и я также один из верхушки. Интересно, какой пост я занимал. Ничего не помню.

— Однако власть у нас демократическая. При интерактивных выборах. Голосование по любому вопросу. Ужас. Нас и в высшие слои Галактики разумных не принимают только из-за этой мути. Никто из негуманов, мрази этой, не понимает, что такое демократия. Я, кстати, тоже.

— Что тоже? — передразнил я. — Мразь?

— Нет. Тоже не понимаю, — отмахнулся Плант. — Вон избрали пьянчужку на пост президента и довольны. Плебс и президент‑марионетка. Мы решили привести к власти императора. И Совет при императоре из пяти человек.

— Кто метил на роль императора? — с усмешкой поинтересовался я.

— Думаю, что вся шестерка. Этот вопрос никто пока не решил, — Гвинплей развел руками. — Ты должен был участвовать в третьем шоу, но про твое местоположение пронюхали. Не знаю уж как. И подготовили две акции. Если не первая, так вторая, — должны были выманить тебя из логова. Акция первая — похищение твоей телки. Но Гоевину удалось тебя уломать на шоу, да еще он подбил тебя предоставить ему право уладить все проблемы. Вторая акция вышибла из седла всех. Захват Библиотеки. Кто мог подумать, что исламисты положат такую уйму народа, чтобы заполучить тебя?..

— Им нужна моя ДНК, чтобы создать армию моих клонов, — пояснил я.

— Они поверили, что ты совершенный солдат? Я, конечно, не утверждаю, что это не так. Только на какую-то часть. Никакого проекта по созданию сверхчеловека не было. Это был единичный эксперимент над тобой. Он удался. Второй акцией им удалось тебя выманить. Хотелось бы знать, как они сумели отыскать твое логово?

— Среди приближенных Гоевина был один человек из механмэнов, — поделился я информацией.

— Груфман подозревал это. Поэтому все, кто сотрудничал с нами, проверялись.

— Видно, недостаточно, — заметил я.

— Возможно, — согласился Гвинплей. — Но хоть «первоземельцы» и старались тебя заполучить, им это не удалось. Они сами не догадываются, что не более чем марионетки. Ими управляют. Во главе «первоземельцев» стоит человек. Один из шестерки. Он баламутил воду со своей стороны. Гоевин со своей. Груфман с другого бока. А ты внутри системы. Ты — Вирус, Ларс Русс. Вирус, который должен сеять смуту в обществе. И тебе это удалось. Теперь настала пора вернуться. Все готово к перевороту. Что называется, все ждут тебя.

— Какое отношение имеет к заговору президент Шутов? — полюбопытствовал я.

— Это электронное чудище? — Гвинплей рассмеялся. — С ним был заключен договор. Все готовилось к перевороту на Амбере, а ему пообещали власть над всей планетой.

— Осталась последняя неясность: почему тебе доверяет Груфман, если ты не входишь в шестерку заговорщиков?

— Потому что я заинтересован в том, чтобы мой отец стал императором, — доверительно сообщил Гвинплей.

— Твой отец? — переспросил я.

— Да, мой отец. Леопольд Груфман, — подтвердил Плант. — Может, теперь ты уберешь пушку?

Я вернул «Аргумент» в кобуру.

— Когда ты намерен возвратиться? — спросил Плант.

— Я прибыл сюда на корабле Торговой Палаты. За нами прибудет шлюпка через два дня. Мы намеревались отдохнуть.

— Мы?

— Я и моя команда, — пояснил я. — Так что несколько дней мы вынуждены провести здесь.

— К черту. У меня свой корабль на космодроме. Он ждет команды на взлет. Я прилетел с этой… — Гвинплей кивнул в сторону бездыханного тела Сливович. — Немедленно загружаемся и летим.

— Я поднимусь в номер и предупрежу друзей, — согласился я.

— Встретимся в вестибюле гостиницы.

Я встал из кресла и, не оборачиваясь, покинул номер. Что-то мне не нравилась история, рассказанная Гвинплеем Плантом. Все вроде изложено складно и правдоподобно, но внутреннее чутье нашептывало, что правды в рассказе наберется от силы на треть. Хотя я нисколько не сомневался, что Гвинплей верит в свою версию. Заговор; мое в нем участие; руководство Гоевина; Леопольд Груфман и Плант — все сходится, но только что-то еще стояло за моим узелком в памяти. Что-то, что никак не хотело всплывать на поверхность. По указанию Гоевина и, может, с моего согласия мне сделали операцию. Значит, Гоевин в состоянии восполнить информационные пробелы. Так что пока мне с Плантом по пути. Осталось убедить в его союзничестве Крысобоя и Ренату.

Я вышел из лифта и направился к номеру.

Если же заговор в самом деле существует, какое место в нем я занимаю? Когда-то я его поддерживал, но после операции я изменился. Поддержать?.. В чем преимущество Империи перед демократией? Империя, как и единоличное правление, нужна тогда, когда государству приходится доказывать право на присутствие на мировой арене. Когда в мире образуется баланс сил, Империи перетекают в демократии. Ныне же, когда Землю не