Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

И дядя, хайрен Игренаэш. Высокий, с широкими плечами, длинными белоснежными волосами и такой же белой кожей, он производил впечатление очень строгого учителя. Красивое лицо с правильными чертами, насыщенно-голубые глаза, почти бескровные неулыбчивые губы и нежные пальцы. Иерхарид передёрнулся, вспомнив, какими ласковыми могли быть его руки. Он ведь любил дядю. Любил и верил, что тот является самой надёжной поддержкой отца. Сочувствовал, когда видел тоску, мелькающую в глазах хайрена при взгляде на женщин.

Три химеры — учитель и два ученика. На них было радостно смотреть. Полный любви к жизни Орид, красивый и влекущий Иргад и строгий, рассудительный, пусть и немного холодноватый хайрен Игренаэш. Способные, талантливые и очень смелые.

По образам трёх мужчин побежала трещина, и они померкли, помрачнели.

Все трое мертвы.

Сперва Иргад, потом якобы «хайрен Игренаэш», следом Орид, а затем уже по-настоящему хайрен Игренаэш. Всем отрезали головы. Для химер такая насильственная смерть вполне обычна.

На сердце стало ещё тяжелее. Так прекрасно было прошлое и как отвратительно всё завершилось.

— И они хорошо ладили между собой? — Майяри никак не могла понять, что же её зацепило в рассказе хайнеса. Смутное волнение, предчувствие разгадки тревожило её.

Иерхарид вздрогнул, выныривая из воспоминаний, и, видя искренний интерес девушки, покорно ответил:

— Очень хорошо. Иргад пользовался особым покровительством хайрена Игренаэша. Только перед самой смертью Иргада в их отношениях появилась какая-то напряжённость, но вроде бы дядя не одобрял рвение своего ученика на поприще борьбы с преступностью. Он его берёг. Аизела, жена дяди, тоже была из рода Харый.

— Жена?

— Они развелись.

Иерхарид стянул верхнее одеяние и набросил его на девушек, как одеяло.

— Она слишком любила лезть в дела дяди, а ему это не нравилось. Я предполагаю, что она что-то узнала о его планах… возможно. И сама это не поняла, иначе бы дядя стал вдовцом, — помолчав, мужчина добавил: — Но сам он как-то сказал отцу, что она слишком амбициозна и хочет того, что получить невозможно.

— И она жива?

— Нет, умерла более трёхсот лет назад. Не знаю, что там случилось, но у неё не выдержало сердце. Вроде что-то ужасное. Я всего несколько лет как стал хайнесом и разбирался с беспорядками. Но она не поддерживала связь с дядей. Была очень обижена на него. Он же за её судьбой следил. Тогда мне казалось, что это оттого, что он чувствовал что-то к ней, сейчас же считаю, что он просто боялся. Но не думаю, что те события связаны с нашей историей, — мужчина окинул взглядом зверинец и замер, смотря на огромного хищного зверя, не сводящего с него пламенеющих звёздчатых глаз.

— Но есть кто-то из вашего прошлого, кто знает так много о вашей сестре. Или кто-то из вашего окружения много знает и много болтает.

— В моём прошлом было много тех, кто любит болтать.

Майяри выбралась из объятий подруги и, усевшись, осмотрелась уже с большим вниманием. Ярость тварей её ничуть не пугала, а они сами вызывали удивление. Причём не очень-то сильное: с гавалиимской живностью им не соперничать.

— Кто это? — девушка вопросительно посмотрела на хайнеса как на самого взрослого и знающего в их компании.

Тот отрицательно мотнул головой.

— Ни с чем подобным ранее не сталкивался.

— Здесь есть и малыш, — Лирка кивнула на клетку, где шипел и плевался от ярости детёныш с глазами разного цвета: красным и голубым. Озноб прошёлся по спине, и девушка поторопилась отвернуться, но потом вновь, словно её что-то манило, посмотрела на зверёныша.

— Что-то с ними не так.

Иерхарид втянул носом воздух, глаза опять слегка пожелтели. Майяри попыталась нащупать магию — а она здесь должна была быть, — но лишь ошейник слегка потеплел, что тоже неплохо: значит, есть что сдерживать.

— Господин, — взгляд девушки упёрся в пол, в многочисленные письмена, покрывавшие его, — вы…

— Я видел.

— Но ведь это символы алфавита хайрена Игренаэша, — Майяри возбуждённо подалась вперёд, жадно приникая лицом к решётке. — Господин Иерхарид, почему вы считаете, что прошлое, история с Сумасшедшим хайнесом, никак не связано с нынешними событиями? Везде, его символы встречаются нам везде.

— Яри, мой дядя не имеет отношения к… — бывший хайнес осмотрел помещение, — к этому. Мой дар… — оборотень на несколько секунд умолк и напряжённо взглянул на Лирку, — мой семейный дар позволяет мне видеть будущие события. Весьма туманно и при соблюдении множества условий… Он несовершенен… Нет, я не прорицатель, это скорее можно назвать обострённой интуицией. И этот же дар позволяет мне понимать, кто замешан в каких-то событиях. Если правильно задать вопрос. Впрочем, помогает он не всегда… — мужчина помрачнел, затем нервно улыбнулся. — Когда я задаю себе вопрос, мёртв ли хайрен Игренаэш, я чувствую, что он мёртв. И мой отец тоже. Они не могут быть участниками этих событий. Но я согласен, что это кто-то из старых знакомых, который знает очень многое и пользуется этими знаниями.

— Давайте подумаем, — Майяри прижалась лбом к решётке. — Есть кто-то, кто хорошо знает ваше прошлое, отношения в вашей семье и различные события. Вероятно, он хорошо знал хайнеса Озэнариша, иначе как бы он обманул вашу сестру. Этот кто-то также может использовать алфавит хайрена Игренаэша. Сам хайрен был очень скрытным и никому свои знания не передавал… Тёмные! — девушка сердито зашипела. — Я не могу поверить, что он совсем ничего не рассказывал своим ученикам. Зачем тогда вообще брать учеников? Кто ещё имел доступ к его разработкам? После смерти хайрена же пытались разобраться с защитой дворца.

— С защитой дворца пытались разобраться уже при мне. И я попросил помочь учителя дяди, господина Ахрелия, с которым ты имела знакомство.

Главный хранитель санаришской сокровищницы? Майяри удивлённо приподняла брови. Хотя действительно, кому, как не бывшему учителю, разбираться в творениях ученика.

— Но он не смог подобрать ключ к алфавиту. А больше никому я это дело не доверил.

Майяри опять вперила взгляд в печати. Видя готовые работы с использованием алфавита хайрена Игренаэша, она могла бы уловить принцип совмещения символов между собой, если бы знала о предназначении печатей. Отметила знаки из других алфавитов, которые выступали связующими звеньями. Всё же хайрен Игренаэш был гениален. Создать такую