"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 - Николай Алексеевич Некрасов

глаза. В отражении его маски я увидел свое лицо, словно в кривом зеркале. Искаженное кривой усмешкой с ужасом и решимостью в глазах. Странно, но в отражении на мне не было боевого шлема.

Тварь прыгнула. Я тут же пришел в движение. Отпрыгнул в сторону, выстрелил, но залп прошел мимо твари. Она двигалась стремительно. Я не успевал за ней. Она нанесла удар своими лапами пиками в то место, где я стоял, но там меня уже не было. Я снова отпрыгнул и выстрелил. И снова, и снова, и снова. Мы начали какой-то безумный, непредсказуемый танец смети.

Кармий в то же время сдерживал натиск порождений веера. Их количество стремительно увеличивалось. С такими волнами нам не справиться в одиночку. Здесь требуется полноценный отряд штурмовиков, а лучше несколько отрядов. Тогда мы смогли бы прикончить тварей, зачистить периметр и уничтожить родильную машину — веер. Но нам некому было помочь. Не то что отряда, ни одного дополнительного бойца.

Ткач обрушился на меня со всей своей мощью. Он бил лапами по пространству, где я находился. Я с трудом уворачивался от его ударов. Если ему удастся хотя бы задеть меня, то это будет смерть. Он просто раздробит мои кости, сдерет с меня кожу вместе с броней, выльет всю мою кровь на землю из рваных ран, оставленных его конечностями. Пока я держался, но насколько долго меня хватит я не знал.

Кармий прикончил последнюю тварь волны, развернулся и всадил в тварь залп из плазмогана практически в упор. Ткач утробно заревел, вздыбился на задние лапы, покатился по земле и забился в агонии. Похоже, нам таки удалось его достать. Но вот он снова поднялся на лапы и кинулся в последнюю, обреченную на провал атаку. Я встретил его мощным залпом из плазмогана. Сбил его с ног и добил двумя выстрелами в упор. Тварь забилась в агонии и вскоре затихла дымящейся головешкой.

— С волной покончено, но будет новая волна, а затем еще и еще. Пока они нас не прикончат. Защитные службы артефакта не успокоятся, пока не справится с угрозой, которую мы представляем, — сказал Кармий.

— Что делать?

— Нужно не ждать новую волну. Надо уничтожить черный ящик.

— Я уже пробовал, но он не поддается, — ответил я.

— Давай вместе.

Черный ящик продолжал неподвижно стоять у ног Хирурга, покрытый изумрудными трещинами, из которых черные мазутные потоки поднимались к окнам веера. Трещи на поверхности ящика разрослись, трансформировав его из идеального куба в вытянутое инопланетное яйцо, из которого вот-вот вылупится что-то ужасное, куда пострашнее монстров из родильных окон веера.

Хирург смотрел на нас глазами провалами и не двигался. Я вообще начал сомневаться жив ли он. В том что он не человек, а порождение инопланетной жизни я уже не сомневался. Хирург смотрел на нас как на обреченных. Он видел наше будущее и совсем не сомневался в ином исходе, кроме как нашей гибели. Он был самоуверен в себе. И это злило, пробуждало смертельный гнев.

Я открыл огонь по черному ящику. Кармий тут же поддержал меня огнем. Черный ящик залихорадило. Он впитывал в себя энергию наших плазмоганов, но она не причиняла ему никакого вреда. Только больше черных потоков поднималось вверх в родильные окна веера, из которых уже полезли новые твари.

Это был новый вид монстров, но созданных одним и тем же безумным создателем. Вытянутые змееподобные тела их были словно склеены из фрагментов человеческих тел и страшных, искаженных ужасными гримасами лиц. Твари, извиваясь, ползли к нам, издавая звуки, похожие на стоны сотен человеческих голосов.

— Идрис меня раздери! — крикнул я. — Что это за мерзость?

— Кажется, веер раскрывает второй уровень защиты. Новые монстры, куда опаснее, чем Ткачи Пустоты. Скоро он начнет открывать третий уровень и тогда нам придет окончательная амба. Ткачи с этими тварями покажутся нам детским утренником в садике.

Если не удается уничтожить черный ящик издалека, может удастся прикончить его в упор.

Из последних сил я рванул к нему. Твари не успели мне помешать. Оказавшись рядом, я воткнул ствол плазмогана прямо внутрь изумрудной трещины, которая источала черную патоку вверх, и выстрелил. По поверхности черного ящика прошла судорога. Мне на секунду показалось, что он живой. Движение черных маслянистых потоков вверх остановилось. Веер тоже замер, родильные окна, казалось, парализовало. Неужели, нам все-таки удалось победить Хирурга и остановить раскрытие Звездоскопа.

— Кажется получилось! — крикнул я.

— Не обольщайся! — ответил мне Кармий. — Это еще не конец.

Хирург еще минуту назад напоминавший памятник самому себе пришел в движение. Он поднял руки вверх и резко опустил вниз, словно пытался отшлепать воздушное пространство перед собой.

И тут же земля вокруг нас стала вспучиваться, раздираемая тварями, пробирающимися из самых ее глубин. Пространство вокруг нас заполнилось страшным холодом, от которого ужасно заныли зубы.

— Хирург меняет физику пространства. Мы больше ничего не можем сделать. Надо уходить. Его не остановить.

— Мы почти прикончили ящик.

— Нет. Мы его окончательно активировали. Наши заряды убыстрили процесс. Уходим, пока еще не поздно.

Пространство вокруг нас стало покрываться огненными язвами, словно кто-то прожигал ткань реальности с изнаночной стороны. Сквозь образовавшиеся дыры проступала абсолютная, беспросветная чернота. Бездна. Ничто.

— Отступаем! — приказал Кармий.

Меня не нужно было упрашивать. Я развернулся и побежал. Кармий бежал за мной. Мы оставляли позади меняющий пространство вокруг артефакт.

Я не знаю сколько времени заняло у нас это бегство. Казалось, оно длилось целую вечность. Позже я не мог вспомнить даже дороги, по которой мы бежали, через какие пространства и реальности мы пробирались, оставляя позади Хирурга и заработавший на полную мощность инопланетный артефакт Звездоскоп Го.

Наконец мы оказались на вырицкой дороге, где начинался наш штурм цитадели Хирурга.

Куда-то подевалась моя штурмовая броня, да и Кармий выглядел обычным советским гражданином.

— Осталось очень мало времени. Звездоскоп перестраивает реальность, создавая пространственный карман, в который он поместит мироздание майетов, а заодно и Землю. Начнется полная изоляция. Нам пора. Мы больше ничего не можем сделать, — сказал Кармий.

— Что значит пора? — спросил я.

— Я ухожу назад, возвращаюсь на Родину. Ты разве не со мной? — удивился Кармий.

И тут я задумался, что такое для меня Родина. Бресладская Империя, которая отняла у меня семью, родную планету и все чем я дорожил прежде, или новый мир с названием СССР, в котором я чудом оказался. И я понял,