Эхо твоих мыслей - Селестина Даро

Фенрис увидел в моих глазах понимание и улыбнулся, а затем отпустил мое лицо. А я внезапно почувствовала, что мне стало холодно.

— Удивительно, но за все это время я и подумать не могла, что Фенрис — тоже Рис… Получается, ты — Рис? Рис — эхо из моих мыслей?

— Извини. Я должен был сказать тебе раньше…

— Подожди, но я ведь все время думала, что ты — это Дарис.

Я горько рассмеялась. Подумать только! Сколько всего я успела приписать Дарису. Слов, поступков…

— Не знаю, сможешь ли ты меня простить. Но надеюсь, что хотя бы выслушаешь…

«Я хочу помочь тебе разобраться во всем».

«Я не тот, кем ты меня считаешь», — зазвучали в моей голове воспоминания.

«Даже когда ты будешь злиться на меня, как сейчас, или даже хуже, я не уйду».

Я сложила руки на груди. Меня непреодолимо тянуло обратно к Фенрису. Пусть вновь возьмет мое лицо в свои руки, пусть смотрит на мои губы так, словно хочет меня поцеловать… Но вместо этого Рис грустно усмехнулся и, прислонившись лбом к решетке, начал тихо рассказывать:

— Знаешь, он ведь подружился со мной. Вошел в доверие ко всей нашей семье. Дейтерия ведь не знала, какой он на самом деле. Никто из нас не знал. И Дейтерия добровольно замуж за него пошла. И когда в день ее свадьбы с ним, в Безымянный день, мой отец умер, я не заподозрил его. Хуже того, он сказал, что отца еще можно спасти. Нужно уговорить остальных королей поделиться своим дыханием. Лишь один выдох от каждого из тринадцати королей, и он будет жить. А ещё я всегда мечтал о магии. Я хотел иметь способности, но в Аркадии они были лишь у королей. Я не желал смерти своему отцу, не хотел получить магию так. Но Руан его отравил, и дар моего отца перешел ко мне. Я уговорил остальных королей спасти моего отца. Каждый из них должен был подойти к витражу в древнем храме и подышать на стекло, согрев его своим теплом. И каждый из них сделал это, чтобы вернуть моего отца к жизни. Черная Лошадь должен был поделиться своим дыханием последним. Но он всех нас обманул. Вместе с дыханием он забрал у всех королей Аркадии магию и вечность. Мы стали смертными. Узнав про обман, подданные королевства Бузины подняли восстание, и тогда Черная Лошадь убил их всех. А потом поднял их из мертвых, как и моего отца. Правда, меньше чем через неделю мы вновь попытались дать Черной Лошади отпор, и за это он уничтожил отца. Это была показательная казнь. Девять панфир изрубили его своими крыльями на мелкие кусочки…

По щеке Фенриса покатилась слеза. Я опять подошла вплотную к нему и взяла его за руку. Другой рукой он смахнул слезу. Я прикоснулась рукой к его белым шелковистым волосам, надеясь, что не запачкаю их углем. А потом меня пронзило второе откровение за день. Даже целых два.

— Дарис — твой брат? А Дейтерия — твоя сестра? Дейтерия — сестра Дариса?

— Была, — сухо ответил Рис.

Боги, почему я раньше не могла до этого додуматься! Их волосы…

— Мои приближенные сообщили мне, что Руан стер Дарису память, — продолжил Фенрис. — С тех пор Дарис и не знал, что Дейтерия — наша сестра. Но Руану доставляет