Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов

кинематографа. Главным образом, потому что европейская сторона берёт на себя значительную часть расходов и готова выкупить права на демонстрацию будущего фильма в Европе. Платить они будут в валюте, если кто-то не понял. Более того, недавно пришёл запрос на приобретение прав на прокат «Брака по расчёту» в ряде стран Западной Европы. Это, наверное, просто везение «молокососа», как обозвал режиссёра товарищ Романов?

— Но позвольте, — попытался возмутиться уничтожаемый чиновник, — Почему я ничего не знаю о запросе иностранцев? Это, безусловно, достижение. Только не нужно спешить и преподносить это, как неожиданную победу. Советские фильмы с успехом продаются и демонстрируются в десятках стран. Обсуждаемый здесь Мещерский, точно не имеет к этому никакого отношения. Над этим трудятся десятки людей и это только их заслуга.

— Что касается вашего незнания, то разбирайтесь с Совэкспортфильмом. Может, вас известили, но вы сочли эту новость недостаточно важной, — Фурцева продолжила выступать в своём жёстком стиле, — Насчёт экспорта советского кино, предлагаю не лицемерить. С Индией мы обмениваемся фильмами, как и с некоторыми другими дружественными странами. По линии СЭВ свои расчёты. Другие государства расплачиваются продукцией или услугами. Реальных денег в валюте мы получаем крайне мало. Здесь же европейцы очень заинтересованы и готовы платить. Может, товарищи напомнят, какой советский фильм ранее пользовался подобным спросом у капиталистов?

В зале повисло молчание. Товарищи усиленно делали вид, что заданный вопрос их совершенно не касается. Кузнецов сидел красный как помидор, находясь в полнейшей прострации. Но это было ещё не всё. Слово снова взял глава КПК.

— Товарищ Кузнецов, — Пельше очень сухо обратился к замминистра, — Ситуация ясна и мы вас больше не задерживаем. Я предлагаю выслушать другую сторону конфликта. Тем более что от Алексея Мещерского поступила жалоба в комитет, который я возглавляю. У кого-то есть возражения?

Все участники заседания промолчали. Они исподтишка кидали взгляды на выходящего Кузнецова. Сказать, что он выглядел ужасно — покривить душой. Старый аппаратный боец прекрасно понял, что это конец его долгой карьеры. А для присутствующих он стал просто списанным предметом, как старый разбитый горшок. Если товарищ Пельше вмешался в дискуссию подобным образом — значит вопрос решён на более высоком уровне. Дураков в зале не было. Все прекрасно понимали, что сейчас лучше молчать и голосовать за правильное решение, которое до им скоро предложат.

Глава 10

Сижу в коридоре Минкульта и ожидаю вызова. В этом крыле здания министерства я ещё не был. Особых архитектурных новаций не наблюдаю, кроме, закрытой двери, перед которой я расположился. Хоть стул вынесли, уже хорошо. Не такую встречу я ожидал от родного государства по возвращении домой. Ещё и непонятная статья в «Комсомолке», которую я только что прочитал. «Большие амбиции маленького человека» — под таким названием вышла статья о моём вояже в Канны. Особо не ругали, даже снизошли до перечня наград, которые завоевал фильм. Только зачем-то вытащили на свет моё шоу с красной дорожкой, ещё и намекнули на систематические пьянки с гулянками. А это точно не красит советского гражданина. Вот здесь журналист по фамилии Яковлев изрядно поиздевался. Не знаю, почему меня прополоскали именно в печатном органе ЦК ВЛКСМ. Комсомол я уже перерос, и вроде большой мальчик. Хотя понятно, откуда ветер дует, и это не добавляет мне хорошего настроения. Вроде причин для паники нет, но внутри меня хорошо так потряхивает.

Странно, но сам фестиваль и успех отечественных фильмов в советских СМИ особо не обсуждали. Только наша союзница Светочка написала достаточно интересную статью в «Советской Культуре». Ещё было несколько заметок в «Известиях», «Труде», нескольких газетах попроще, и упоминание на радио. Жду, чем порадует «Советский экран», а то хочется, знаете ли, прочитать оценку своего труда от профессионалов. Ведь поработали мы неплохо, и дали критикам с коллегами много пищи для размышлений. Сама ситуация выглядит странно. Я привык, что в моём времени успехи страны за рубежом принято превозносить, даже если эти заслуги мнимые. Здесь пропаганда тоже умеет работать, объясняя народу, в какой замечательной стране он живёт. Да и разного рода достижения обычно принято восхвалять. Может, дело в том, что хватает иных событий? Недавно открылась Всемирная выставка в Монреале, о которой начали трубить в момент моего отъезда. СССР должен удивить мир своими достижениями, по крайней мере, так писали в газетах. Плюс мероприятия, связанные с Днём Победы, до сих пор освещались в прессе. Только здесь я узнал, что монумент Неизвестному солдату был открыт 8 мая этого года. В общем, хватает важных событий, кроме как обращать внимание на какого-то режиссёра и его фильм.

Ещё не совсем понятна реакция Фурцевой. Министр позвонила Бритикову, а не мне лично, вроде поздравила, и всё. Я сначала расстроился, но потом решил подождать и не делать скоропалительных выводов. Для меня до сих пор загадка, как работает советская бюрократическая система. Плюс конфликт с Кузнецовым, что не мог не отразиться на отношении ко мне со стороны чиновников.

Мысленно возвращаюсь на несколько дней назад.

* * *

В Шереметьево меня встречал Самсон. Я, грешным делом, думал, что будут журналисты, но глубоко ошибался. Хотя в Москве уже должны знать о нашем успехе. Может, здесь ещё не принято встречать триумфаторов с шумом в прессе и интервью прямо у трапа самолёта? Или наш успех подобного не заслуживает?

Хорошо, что у меня здесь есть настоящие друзья! Серёга долго жал мою руку и весь светился от радости, будто это он получил приз. Далее он опомнился и начал помогать грузить чемоданы в багажник. Заодно забрали Акмурзина, чей дом располагался по пути. Агапову и Серову встречали, да и не влезли бы мы все в небольшой автомобиль.

По дороге Самсон не успокоился и буквально затерзал нас вопросами. Ринат наверняка облегчённо выдохнул, когда мы доставили его до дома. Дальше пришлось отбиваться в одиночестве.

— Завтра сможешь за мной заехать? Надо будет прошвырнуться по магазинам и кое-чего купить, — прерываю попытку очередной серии вопросов.

— Так вторник на дворе — рабочий день. Тебе разве не надо на киностудию? — недоумённо воскликнул Сергей, который работал по своему графику, — И какие магазины после Франции? Ты, небось, целый мешок подарков привёз?

Не рассказывать же другу, что часть валюты я отдал коллегам. Остальные деньги положил в банк. Дабы не привлекать ничьё внимание, сделал вид, что выданные командировочные закончились. На попытки Серовой и Акмурзина сунуть мне денег, ответил отказом. У меня есть сертификаты, полученные за календари. Спокойно схожу в «Берёзку», куплю всё, что нужно. Лично мне не