Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

в долине Покоя после прохода водяной лавины, да моста «Радуга», то теперь глазам Виктора предстало первое изделие, безусловно, произведенное по новейшим космическим технологиям. Только сами свойства металла заявляли о себе однозначно: тут такого не сделают. Оставалось только изучить выгравированную инструкцию и разобраться в многочисленных дублирующих друг друга системах блокировки.

Язык значительно отличался от общего галактического, но не настолько, чтобы специалист с высшим интерактивным образованием в нем не разобрался. Гораздо большую головную боль поначалу вызвали вопросы воздействия на замки. Систем оказалось не меньше шести, и для их разгадки пришельцу понадобилось бы как минимум несколько недель чистого времени. Но это только в том случае, если бы они были задействованы последовательно, выстраиваясь в определенной очередности. На счастье, все оказалось во много раз проще: все мудреные меры защиты просто дублировали друг друга. Так, по крайней мере, гласила выгравированная на твердейшем сплаве двери надпись. То есть если бы человек не смог открыть дверь с помощью одного ключа, то мог легко попробовать свои умения и сообразительность со вторым ключом. Здесь были и углубления для всей ладони, и отверстие только для пальца, где наверняка замерялись все энергометрические данные организма. Имелось устройство для считывания сетчатки. Одна система задействовалась простейшим набором цифрового кода, другая – набором буквенного словосочетания, еще одна представляла из себя сложный игровой экран с ребусами на сообразительность. То есть попасть внутрь при желании мог любой высокообразованный человек с хорошо развитым воображением. Из чего впоследствии родился один, весьма важный вывод: создатели и строители дворцового комплекса ни в коей мере не были против допуска внутрь посторонних людей, они были только против нечаянного проникновения внутрь диких или недостаточно образованных обитателей этого мира. Что сразу ставило под сомнения все предварительные догадки по поводу кораблекрушений или создания здесь тайной базы агрессивно настроенных сепаратистов.

Неизвестно, какими системами пользовался Гранлео, но Виктор решил сразу пойти по пути решения разгадок на архаичном экране. Благо опыт был: в виртуальных компьютерных играх у него пропало добрых несколько лет юношества. Вначале было довольно трудно, да и работать пришлось почти два часа в жутком напряжении, стоя. Поэтому короткое присутствие на открывающемся балу воспринималось как отдых для затекших от неудобного положения мышц. Виктор полюбовался на самую прекрасную девушку этого вечера, в сторону «куколки» Мааниты даже не поворачивался, сделал принцессе несколько комплиментов, нашептал ей на ушко про свои первые успехи в разгадке открытия двери, пригубил первый тост, произнесенный его величеством Громом Восьмым и вновь поспешил к вожделенному объекту номер три. По пути отдавая приказы своим денщикам, чтобы любого человека с докладом они пропускали сразу на его новое рабочее место.

Потом монаху приспособили стул на удлиненных ножках, установили упор для ног, и дело пошло с большим комфортом. Ко всему прочему, можно было еще и разговаривать попутно с визитерами. Адмирал Ньюциген поначалу никак не мог разобраться, слышит ли высший проповедник, колдующий возле магического окошка, его слова. Но со временем, когда получил несколько очень своевременных и уточняющих вопросов, успокоился: его слушали с должным вниманием. А рассказать бравому моряку было о чем.

Изначально флотилия имела задание обогнуть Кряжистый угол и с ходу устремиться к паромной переправе в проливе Змеиный. Та находилась в пределе видимости с околиц Шулпы и по предварительным расчетам тоже вполне легко могла быть захвачена неожиданным ударом. Увы, только на мосту «Радуга» атака получилась результативной. А приблизиться к переправе вообще сразу не удалось. Причем основных причин оказалось две.

По первой из них дальнейшему продвижению в пролив Змеиный помешали озверевшие стаи кашьюри. Кровожадные хищники бросались на корабли так массово, с такой остервенелостью и бесстрашием, что одна яхта пошла ко дну, и большинство матросов из ее экипажа погибло. Конечно, соль оказалась просто спасительной. Без нее от всей флотилии остались бы только обломки обшивки. Но ведь и ее запасы небезграничны. Поэтому адмирал принял благоразумное решение отступить. Причем сделал это вдоль берега Второго Щита.

Вторая причина, по которой не удалось высадить даже мало-мальски мизерного десанта на берег – это крутизна того самого берега на правой стороне пролива и жесткий контроль над всей прилегающей к парому территорией. Там находилась чуть ли не полноценная армия. Как чуть позже выяснилось, на данном участке Второго Щита стоял крупный город, в котором жили не только погонщики рабов, но и базировалось сразу три полных корпуса карателей. Такая потребность в сильной армии на том берегу обусловливалась слишком частыми попытками тамошних королевств выйти из подчинения империи. Вот этим карателям и приходилось денно и нощно усмирять непокорных вассалов Гранлео.

Ситуация, с одной стороны, очень положительная, потому что стоило лишь появиться у побережья Второго Щита первым кораблям Союза Побережья с Первого Щита, как все королевства, баронства и княжества всколыхнулись в едином порыве. А когда узнали и о великой победе в Чагаре, и гибели императора Сангремара, то отборные боевые полки двинулись вдоль побережья к паромной переправе.

К сожалению, многотысячные корпуса карателей оказались подготовлены к любой атаке даже многократно превосходящего их по численности противника. Примыкающий к парому город был защищен такой внушительной стеной, что взять ее даже несколькими отчаянными штурмами не удалось. Ко всему прочему, обороняющие успели притянуть к своей пристани оба парома и намертво их ошвартовать у пробитого сквозь горы тоннеля. Штурм с той стороны выглядел полной бессмыслицей хотя бы из-за высоты бортов паромов из неизвестного металла – около восьми метров. То есть флотилия, к которой присоединились и четыре корабля-вестника, ничем не могла помочь при нападении как на город, так и непосредственно на переправу. Скорей всего осажденные имели очень большой запас продуктов в своем распоряжении и могли эффективно обороняться месяцами.

Поэтому Ньюциген поставил перед собой задачу пересечь условную черту паромной переправы и приблизиться в Шулпе. Для этого он загрузил все корабли под завязку отменной солью и ранним утром приблизился к провисающим через пролив тросам. Вначале всем казалось, что для преодоления этих искусственных преград придется тросы взрывать. Они почти ровной линией провисали над поверхностью воды, только слегка касаясь ее в середине. С захваченной своими войсками стороне подход был неудобен, да и концы тросов ныряли в дыры в отвесных скалах. Поэтому решили рвать посередке. Рассыпая щедро перед собой соль, вперед двинулась одна из яхт. Но как только стали устанавливать заряды на первый