Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

Я решительно пересекла зал, схватила рыжие космы и дёрнула:

— Ты что делаешь, мерзавка⁈ — прорычала в раскрасневшееся лицо.

— Эй, эй! Руки! Отпусти девку.

— Это моя служанка! — крикнула я, обернувшись на помрачневшие лица. Музыка стихла. — Хочу — выпорю, хочу прогоню.

— Простите, сударь, — жалобно мяукнула Кара, всхлипнув. — Я ничего плохого не делала, только танцевала…

— Отпустил её, ну.

Какой-то чернобородый верзила двинулся на меня. Да как он смеет, мерзавец! Я сдвинула брови и унизила идиота взглядом.

— Не надо за меня заступаться, — захныкала Кара. — А то он и вас выпорет. Господин любит пороть до беспамятства… Мою сестру он насмерть запорол…

Что⁈

— Да ты…

— А ну-ка, господин хороший, отпусти девку.

Мрачные рожи. В глазах — ненависть. В руках ножи, палки или ничего, просто руки стиснуты в кулаки. Кулачищи. Я отпустила Кару и попятилась. Сердце подскочило куда-то к горлу. Бесстыжая девка бросила на меня озорной, торжествующий взгляд и снова заныла:

— Нет-нет, господин так-то добрый. Позавчера он даже покормил меня. Дал целый кусок хлебушка. Это ничего, что с плесенью. И насилует не всегда, а только трижды в неделю…

— Она врёт! — завопила я. — Да я тебя на конюшне выпорю, Кара!

— Не надо, пожалуйста! Я никому не расскажу, как вы моего маленького братика до смерти забили, честно…

Кара натурально разревелась, размазывая слёзы по щекам. Чернобородый выдохнул, лицо его потемнело от гнева.

— Значит так? — прорычал он, схватил меня за горло и поднял над полом. А ведь я довольно высокая!

Я захрипела, пытаясь объяснить, что меня оклеветали.

— А давайте мы его сами выпорем как следует? — пропищал кто-то слева.

Мир стремительно краснел. Вцепившись в кисть врага, я попыталась разжать его пальцы, но это было бесполезно, их точно выковали из железа.

— Не дело это — сеньоров пороть, — глубокомысленно выдал мне захватчик. Я попыталась кивнуть, но даже это действие оказалось недоступно, я могла лишь дёргать ногами. — Наш маркиз Карабас не одобрит этого. Я просто сниму с него шкуру. Как со свиньи. Кожевник я или кто?

Я попыталась ударить его ногой в… куда-нибудь. Ногу пронзила боль. Кожевник размахнулся мной и отшвырнул в стену. Боль пронзила и затылок. Я захрипела, пытаясь вдохнуть хоть глоток воздуха. Чернобородый засучил рукава. Каждая из его ручищ была шире моей талии.

— Не надо! — закричала я.

Вернее, мне очень хотелось закричать, но из горла вырвался лишь сип. И бульканье. За что они меня ненавидят⁈ Я же… Я зажмурилась, закусила губу. Я — королева, я не должна плакать и просить пощады. Даже, если мне будет больно, даже если меня убьют… А до заката ещё далеко, и Арман меня не спасёт…

— А ну расступись! Прочь.

Я спасена? Кашель стиснул горло, тошнота скрутила желудок.

— Пьер, уйди по-хорошему, — не оборачиваясь посоветовал чернобородый.

— Гляди… она ж… девка, — выдохнул кто-то из толпы.

Дружный вздох и бессмысленные возгласы. Я подняла руки и коснулась головы. Да, берет слетел, и волосы рассыпались по плечам.

— Я же говорила, что Кара лжёт, — выдохнула устало.

— Так это ж… кто ж знал… да как же?

Кожевник грязно выругался. Затем стянул шапку, угрюмо потупился:

— Простите, госпожа, мы думали вы того… Ну это…

Мир перед глазами прояснился. Я даже смогла увидеть, что злость и ненависть на их лицах сменилась страхом. Ещё бы! За такие дела маркиз по головке их не погладит.

— Я не буду вас наказывать, — прохрипела им. — Помогите встать.

Кожевник поднял меня, словно ребёнка или куклу. Отряхнул. Неловко попытался нахлобучить берет.

— Не надо, — выдохнула я и поморщилась от ноющей боли в висках.

— А где девка-то? Вот же тварюга…

— Как вы себя чувствуете? — вперёд протиснулся невысокий, плотный лысый тип. — Что тут вообще произошло?

Стражник. Ну или командир стражи. Мужики расступались перед ним, снимали шляпы, прятали глаза.

— Ничего, что стоило бы вашего внимания, — заверила я, сплёвывая горьковатую слюну.

— Эти свиньи обидели вас, госпожа? Я отправлю их на виселицу.

— Нет. Мы немножко повздорили. Не более. Эй, хозяин! Всем выпивку за мой счёт.

Возгласы благодарности, извинения, смущённые бормотания, восторг. Я выдохнула, расправила воротничок, приветливо кивнула всем.

— А за чьё здоровье-то пить? — спросил кто-то писклявый.

Я оглянулась. Рыжий коротышка-гном.

— За здоровье маркиза и его невесты, — и подмигнула дружески.

Если это маркизат Армана, то мне нельзя настраивать его людей против себя. В конце концов, я вроде как замуж собираюсь за милашку-лягуха. И вот эта слава «поротильницы» несчастных девушек и мужиков мне ни к чему. Я — добрая. Почти как Осень.

— Невесты? О, Её Высочество Эллен всё же вернётся к нам? — не понял гном.

— Нет, — таинственно улыбнулась я. — Зачем вашему господину невеста, которая бросила его в тяжёлый момент? У него появилась совсем иная, добрая и славная девушка.

На их грубых загорелых лицах появилось задумчивость.

— А кто же его невеста? — Пьер, стражник, сдался первым.

Мне захотелось закатить глаза.

— Я, конечно.

И, когда я уже уходила наверх, вслед раздались крики восторга. Ну наконец-то сообразили!

В комнате я снова закрутила волосы, положила остаток хлеба в суму, взяла лягуха и направилась было на выход, но затем сообразила, что в комнате Кары остался не съеденным обед. Пригодится. Зашла и обомлела.

Кара сидела за столом и уплетала за обе щёки кашу с мясом. Оглянулась. Взгляд стал жалобным и испуганным:

— Вы не будете меня убивать? — пробубнила нахальная девица с набитым ртом.

— Хотелось бы, — прошипела я. — Ты что устроила⁈ Меня чуть не…

— Так ведь не! А вы первая начали. Зачем схватили меня за волосы? Это очень больно, между прочим!

Вот те на! От подобной безнадёжной наглости я потеряла дар речи. Но мне всё ещё была нужна помощь этой девки.

— Собирайся. Нам пора выезжать.

— Я вас боюсь! — заныла девчонка.

— Тогда оставайся здесь.

— Как же я останусь? Вы меня бросите? Одну, среди чужих людей?

Я прищурилась. Прошла к столу, села напротив служанки, облокотилась, чуть приподняла брови и внимательно посмотрела в лицо рыжей стервы.

— А зачем ты мне, Кара? Ты ленива. Только и норовишь, что отлынуть от работы…

— Лошадей распрягла и накормила я…

— Ты можешь ударить в спину, подговорить против меня незнакомых мужиков…

— Но вы первая схватили меня за волосы…

— Пялишься на мужчину, который мне нравится…

— Что и посмотреть уже нельзя?

— Так скажи мне, для чего ты мне нужна, Кара? Мы