Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

— Я же большую речную ящерицу поймал! — хлопнул он себя по лбу. — Красивая, зубастая! Водил на поводке по палубе, потом отпустил. Бездельничал, как в санатории! Пару кило набрал, отличный рейс.

— Надеюсь, всё прошло без происшествий? — спросила Екатерина.

— Ни к чему они. Я вообще приключений боюсь. Приключения по пути к месту назначения сталкеру противопоказаны, — назидательно сказал он, строго глядя на отрока.

Отрок не согласился, но кивнул.

— В Шанхае отправился в наше консульство, передал уважаемому Валерию Валерьевичу Стогову адресованный ему пакет, деньги… — он кивнул на стул, где совсем недавно стояла сумочка с золотыми червонцами, уже пересчитанными и оприходованными. — От него вам тоже привет, ещё и письмо передал! Хорошие люди, мы вместе пельмени лепили. Сто штук налепили и съели! Потом вернулся на причал, и погнал дальше, ну, вы в курсе.

— Деревню людоедов капитан показывал? — спросил Дино.

— Помощник рассказывал о ней пассажирам, это у экипажа теперь достопримечательность такая. Гражданские в восторге. Я лекцию не слушал, людоеды и кое-где на Волге встречаются, жила там, помнится, одна весёлая семейка. А уж на Амазонке на них насмотрелся… Хотя в основном там живут обычные люди, я у них пароход угнал.

Вот, врёт или нет? Пароход…

— В одиночку?

— Один бы не справился, Екатерина Матвеевна, мы с Дарием Квачиным работали.

— Да-а-а… — выдохнул я.

Почти в каждом предложении содержалась сенсация. Во всяком случае, для нас. Ничего, позже подробней расспрошу.

— Прибыл в Манилу, всё по путеводителю, всё совпадает — кругом филиппинцы. Поехал в «Хилтон». Затем отправился искать этого Скуфаса Панайотиса, а он на стрелке, что-то делят по-жёсткому, прикиньте! Узнал на «Керкире», где у них там стрелочная, и поехал туда, что без дела-то чалиться?

Стрелку забили не в песчаном карьере или в каком-нибудь там Заречье, где по обыкновению любит стреляться неподелившая рамсы братва, а во внутреннем дворе большого казино, принадлежащего третьей, нейтральной стороне. Чему Гоблин несколько удивился. Ну да везде свои порядки.

— Прикатил, а там самая бычка, нагрев, но люди без стволов, войны никто не хочет. Ну, ладно, опознал я Скуфоса, обозвался внятно, чей-откуда и на чьей стороне, встал в ножи рядом, я ж не рефери. Подумали оппоненты, попыхтели, и планку сбросили. Скуфос мне говорит: «Люблю русских!», и сразу потащил меня на «Керкиру», так что я даже в их знаменитое казино не успел сходить. А ведь совсем рядом был. Когда теперь… — безнадежно махнул рукой Сомов.

— В Стамбуле есть казино. Но в Вашингтоне гораздо круче, шикарней, — обнадёжил я сталкера.

— Да? Надо бы съездить.

— Решаемо.

Сомов действительно шёл по жизни легко. Каждая деталь — всплеск ярких воспоминаний, каждый рассказанный им эпизод — всеобщие ностальгические вздохи. Но в отличие от нашей экспедиции, Гоблин перемещался с максимальной безопасностью, если не считать случая в Маниле. Но это была вынужденная мера, без живого и невредимого Панайотиса никак.

Погрузка в порту оказалась делом долгим. В Канберре должна была остаться временная база филиппинской научной экспедиции, на которой по плану будут работать пять человек. Для устройства базы филиппинцы привезли на причал сборный модульный домик, элементы которого начали загружать на судно. За ними последовали припасы, снаряжение, какое-то научное оборудование, походная мебель и личные вещи участников.

Один раз в слаженной работе произошла досадная накладка. Один из двух грузчиков, тащивших тяжёлый деревянный ящик, споткнулся о кнехт и грохнулся, не удержав своей ноши. Одна из стенок ящика отскочила, и из него вывалились чёрные полицейские дубинки, помповые ружья и четыре автомата Калашникова. «Учёные» мгновенно огляделись, вернули стволы на место, прибили стенку ящика и потащили его к куче вещей, сложенных на палубе. Случайно увидевший это Гоблин только усмехнулся.

Погрузившись на катамаран, он сразу скорешился с капитаном до степени тёплой алкогольной адгезии, полностью игнорируя проплывающие мимо виды, флору и фауну, прокомментировав это так: «Что я там не видел? Вот Амазонка это река, Волга река. А это какой-то канал Грибоедова через пески». Они вытащили из запасов Скуфоса большую бутыль с греческой водкой-узо, овощи-фрукты, сыр, прочую закуску и шахматы. Врубили музон и в воспоминаниях и песнопениях провели почти всё время рейса, с перерывами на краткий сон.

После выгрузки «учёные» расплатились с капитаном, поклонились и быстрым шагом направились к сложенной на берегу куче оборудования, которой через двадцать четыре часов предстояло стать где-то возле гор временной «научной станцией». А Сомов спустил на траву мотоцикл и, согласно путеводителю, покатил в сторону грандиозной бревенчатой постройки Форта-Доббс, на ходу раздавая конфетки бегущей за таким видным дядей детворе.

Нужно ли говорить, что и с заслуженным рейнджером они сошлись душа в душу всего за пару минут?

Получив от капитана Ричарда Касвелла карту Дикой дороги и все необходимые инструкции в устной и письменной форме, он решил пару дней дожидаться в Канберре отправления в Стамбул небольшого турецкого конвоя.

— Гоб, так ты разве не в одиночку поехал? — с удивлением и даже недоумением спросил adottato, с нетерпением ожидавший от сталкера душераздирющего рассказа о героическом броске безбашенного смельчака через все препоны и страхи Дикой дороги.

Всем хотелось, чтобы Гоблин геройствовал без помощи посторонних.

— Я же не идиот, малыш, я инструктаж у Демона проходил, — ответствовал Сомов, процитировав по памяти: — «Дипкурьер не должен подвергать себя риску, если в этом нет оперативной необходимости, его обязанность — своевременно и в целости доставить дипломатическую почту». Вот так вот! — он для убедительности поднял указательный палец.

Вскоре Гоблин узнал, что строки из спецпутеводителя «В Канберре обычному путешественнику, а встречаются и такие чудаки, больше одного дня делать нечего» вполне справедливы. Как Михаил признался, это были два самых унылых и скучных дня за всё время на маршруте.

Конвой действительно оказался небольшим. В путь отправлялись всего три машины: старенький ниссановский пикап с длинным самодельным прицепом, лифтованый иранский седан с багажником на крыше и жестяными заплатками на крыльях, а также грузопассажирский багги американского производства, такие на заказ строят в Додж-Сити.

Но турки не были бы турками, не предложили они Сомову заключить кратковременный контракт на оказание охранных услуг.

— С охотничьей двустволкой? — кивнул я в сторону рюкзака сталкера.

Тут Селезнёвой резко стало скучно и она, предупредив, на время рекламной паузы удалилась.

Гоблин, ничего не говоря, присел на корточки, расстегнул ремни, расстегнул чехол и вытащил необычное оружие и положил на стол.

— Это штуцер с замком в колодке для реальной африканской охоты на чудовищ. Патрон-слонобой калибра.500 NitroExpress.

Я, конечно, слышал о штуцерах и в общих чертах представлял, что это такое. Но слышать и держать в