Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

— Я обязательно подарю тебе котёнка, Эртик. А сейчас оставь нас с дядей Румпелем наедине. Пожалуйста. Я очень занята, милый.

Бертран поспешно чмокнул меня в щёку и удрал. Видимо, боялся, что передумаю.

— И зачем? — холодно уточнил Румпель.

Я смахнула странную слезинку, прохлопала ресницами глаза, чтобы очистить их от глупой влаги, взяла себя в руки и холодно уточнила:

— Что — зачем?

— Обещать, чтобы не исполнить.

— С чего ты решил, что я не сдержу обещания?

— Из опыта. Сейчас ты под влиянием кошмара решила стать доброй и хорошей. Одарила своей нежностью меня, сына, одним словом, достойная королева, женщина и мать. Но завтра утром ты проснёшься такой же чёрствой и холодной, как обычно. И что тогда будет с Бертраном?

А ведь он прав. Но откуда мне было знать, как себя ведёт Илиана? Я вскинула голову, оглянулась и прямо посмотрела в его мерцающие глаза.

— И зачем тогда ты меня любишь, Румпельштильцхен? Если я такая… эгоистка?

— Мы не выбираем, кого любить.

Прозвучало так себе, если честно.

— Женись, — посоветовала я. — На хорошей, милой женщине. Доброй и…

— Зачем? Чтобы сделать хорошую и добрую злой и несчастной? Кстати, мне доложили, что в город прибыла карета маркиза де Карабаса.

— Знаю.

Он приподнял чёрные брови.

— Откуда?

— У меня есть свои осведомители. Не только ты, — язвительно улыбнулась я.

Румпель прищурился, и я догадалась, что брякнула, что-то не то…

— Даже так? — прошипел он, нехорошо усмехнувшись. — А тогда что сказали твои осведомители о количестве гостей, приехавших в карете маркиза?

— Две женщины. Его сестра и его невеста.

Это не были самые умные слова в моей жизни, если честно. Просто хотелось уязвить его высокомерную холодность.

— Прекрасно, — процедил мужчина. — Горд и рад, что моя королева столь осведомлена. Честь имею.

И направился к выходу.

— Румпель! Подожди. Что мне делать с маркизом? Я… колеблюсь.

— Между ядом и магией? Выбирай яд. Он надёжнее и необратимее.

— А… с его сестрой?

Посоветуй яд. Ещё раз, пожалуйста. Румпель обернулся. Смерил меня взглядом.

— Его сестра — безобидная дурочка. К тому же, сейчас именно она — наследница маркизата. Просто выдай её замуж за кого-нибудь. Верного и надёжного.

— Уж не за тебя ли?

— Например, — согласился лейтенант.

Слишком легко. Чересчур.

— Нет, — задумчиво протянула я. — Ты всё же прав: яд надёжнее… Лучше я потом королевским указом просто подарю освободившиеся земли тебе. Не хочешь стать маркизом, м?

Румпель рассмеялся:

— А вот теперь я вижу, что это ты. А то, знаешь, даже не по себе стало.

И вышел.

Без высочайшего разрешения. Да что он себе вообще позволяет⁈

Я присела на край стола и задумалась. Итак, что мы имеем? Во-первых, я настолько внешне похожа на королеву Илиану, что даже её любовник — а, сколь помню, вместе они уже лет пять — обманулся. Это несколько неприятно. Ведь мне — восемнадцать, королеве-ведьме, вроде как — двадцать пять. Ну и вообще неприятно, когда ты в глазах кого-то, а тем более — Румпеля, похожа на кого-то другого.

Ладно, все эти эмоции — потом. В честь лишения целомудрия, я себе даже разрешу вечерком поплакать от души.

Сейчас — главное: что делать? Наше поразительное сходство, о котором пока никто, кроме меня не знает, непременно должно сыграть мне на руку. Если влюблённый в Илиану мужчина принял меня за неё, то остальные — точно ошибутся. А теперь вопрос: как я могу это использовать? Конечно, кроме того, чтобы просто воровать у Румпеля ласку, предназначенную не мне.

Например… например, могу позже прийти в библиотеку ещё раз или…

… посетить короля Анри!

Ведь тюремщики непременно пропустят свою королеву! Я ведь могу… я могу даже приказать выпустить узника! И что это мне даст?

Я опустилась за лакированный стол и забарабанила пальцами по его столешнице.

Если так разобраться, король Анри такой же узурпатор власти, как его жена. Единственная законная наследница всех трёх королевств — я. Имеет ли тогда смысл мне его отпускать? Не обрету ли я с ним ещё большую проблему, чем с его женой? С одной стороны, Илиана — ведьма и наделена магией, а, значит, враг более опасный, и простой человек Анри мог бы стать моим союзником. Но нужен ли мне такой союзник? С другой-то стороны, Илиана свергла мужа, то есть, в глазах своих подданных, она преступница и королева вне закона. А, значит, в моей борьбе против королевы, все лучшие люди Эрталии встанут на мою сторону. А тогда, под знаменем спасти заточённого в башне короля, можно обойтись и без самого короля в итоге. Но… Анри мужчина. Это — плюс. За него всегда можно выйти замуж. Ну, после гибели его жены, конечно.

К тому же, если объединиться с Анри, то мужчина может сам прибить свою обидчицу, и тогда это не надо будет делать мне. Моя совесть останется чистой и незапятнанной, а я продолжу оставаться доброй феей. Румпель наверняка расстроится после смерти возлюбленной, и, конечно, станет безутешен, но… Уж я-то его точно утешу. Но это будет невозможно, если убийцей его возлюбленной буду я.

Решено. Чтобы маг не прибил меня, как убийцу своей королевы, я должна оставаться невинной и чистой сердцем, и тогда, потом, когда Илиана умрёт, он…

Ах!

Я повеселела. Всё так удачно складывалось. Как нельзя лучше! Однако, надо хотя бы взглянуть на этого самого Анри. Интересно, что мой будущий жених из себя представляет. И лучше сейчас, пока о нашем сходстве с королевой никому не известно, кроме меня. Вдруг Румпель брякнет Илиане что-то вроде: «а полчаса назад ты меня целовала куда нежнее»?

Вскочив, я решительно направилась прочь. Книга подождёт. Прочитать её я смогу и после смерти двойника. Ну и потом… главное средство борьбы с Дезирэ почти в моих руках: это Румпель. Стоит магу стать моим, и всё, вопрос с Псом бездны решён.

Я почувствовала себя почти счастливой. А счастливые люди очень добры. Потом, когда всё это закончится, я даже не стану убивать Анри, просто предложу ему… предложу ему… гм… Ну пусть живёт себе мирно в должности принца-консорта и герцога Эрталии. По сути, для него особенно ничего не изменится. В худшую сторону уж точно.

С такими радостными добрыми мыслями я спустилась вниз, открыла тяжёлую дверь, чихнула от затхлого запаха сырости. Дверь за мной захлопнулась, основательно огрев меня по заднице, и я полетела по невидимой в темноте лестнице вниз, протянув руки. Больно стукнулась локтями и животом, ободрала кожу о камень ступенек.