"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

Тот посмотрел на скалы, что-то прикидывая.

- Нет. Осталось шагов сто всего. Потом ЕГО будет уже видно.

Сашка ещё раз вздохнул. С одной стороны, ему хотелось идти ещё дня так три. С другой - он был всё же рад, что хотя бы надоевшая пытка ожиданием сейчас кончится. И можно будет повернуть назад, вниз, к друзьям...

- Ладно. Пошли тогда...

* * *

Выбравшись из ущелья, мальчишка удивленно замер. Здесь оно расширялось в неожиданно просторную котловину, на дне которой лежало небольшое озеро с темной, какой-то маслянистой водой. По её крутым скалистым склонам беззвучно скользили тени облаков. А перед ним... прямо перед ним...

Прямо перед ним, всего-то метрах в ста, неровный склон горы рассекала глубокая расщелина. А из неё росло, медленно, лениво извиваясь...

Больше всего это было похоже на щупальце из какой-то черной, тускло блестевшей, похожей на гудрон массы. Косо торчавшее вверх, под углом где-то в сорок пять градусов. Оно было длиной метров в двенадцать и никак не меньше метра в толщину. И явно бессмысленно изгибалось вверх или вниз, вправо или влево, неравномерно утолщалось или опадало - словно эта смола, или что там такое это было, перетекала туда-сюда внутри "щупальца", но медленно, лениво... Основание его скрывалось в тени и нельзя было увидеть, где оно смыкалось со скалой...

Сашка сглотнул. До этого мига он надеялся, что рассказы о Поющем Черве окажутся всё же досужими байками - мало ли как ветер может завывать в трещинах скал, мало ли каких виртуозно шипящих змей может в них водиться!..

Но Червь БЫЛ. Правду говоря, он ничем не походил на червя, на растение, на гриб - вообще на что-то живое. Нечто такое, для чего у мальчишки не было даже абстрактного определения и уже поэтому пугавшее до судорог - словно вдруг ожило нечто такое, чего никак не должно было ожить...

- Вот он, - сказал Лэйнат с неизмеримой ненавистью. - Гадина...

- А как же Хоруны ему приносят... приносили жертвы? - спросил Сашка.

- Просто посылают вперед, - Лэйнат показал на каменистую осыпь, окаймлявшую озеро. - Некоторым везет, они пугаются так, что освобождаются от морока. Другие...

- А... потом? - глухо, как во сне, спросил Сашка. - У него же даже рта нет...

В самом деле, тускло блестевшая поверхность была гладкой - ни рта, ни глаз, ни даже ноздрей. ЭТО не смотрело, не дышало, не жило.

Однако же ело.

- Он к ним... склоняется, - Лэйнат передернулся. - И они к нему... прилипают. А потом... ну, как бы впитываются...

Сашку затрясло. Если бы ЭТО прикоснулось к нему - он бы просто свихнулся от ужаса. Полностью и окончательно. И к лучшему, если подумать. Ведь потом... потом...

- Раньше он маленький был, - продолжил между тем Лэйнат. - Раза в три меньше. Это Хоруны его... раскормили. В обмен на его... силу. На возможность красть волю у людей. Сделали его... идола. Червь его... ну, как бы проглотил, а потом выплюнул. Хоруны вокруг него людоедские пляски устроили - аж припадали. А потом у них гипноз появился...

- А жрец? Ну, Олаёец этот?

- Жрец тоже нужен. Без него ты с тем идолом можешь хоть в обнимку спать - и ничего тебе не будет, разве что свихнешься от кошмаров. Только без идола у жреца тоже не фига не вышло бы. Это ж только кажется, что магом, даже таким вот паршивым колдунишкой, любой дурак стать может. Нет. Даже если кто с тобой своей Силой поделится - её ещё надо постараться в себе удержать. Ну и платить за неё тоже надо, ясное дело. Вот Хоруны и... платили.

- А, - Сашка немного успокоился. Тем не менее, его душила сейчас страшная, испепеляющая ненависть - он и не представлял даже, что вообще способен на... такое.

Самих бы Хорунов скормить этому гаду, - зло подумал он. Всех до единого. Но уже сейчас он понимал, что идея эта призрачная: сами-то Хоруны к своему жуткому божку точно не пойдут, а тащить их к нему силой... Червю же всё равно, кого жрать. Совершенно всё равно...

При этой мысли мальчишка ощутил вдруг неожиданное облегчение - такое сильное, что ослабли ноги. Пронесло, подумал он. Иначе... не по-людски получилось бы, подумал он. Совсем не по-людски...

Но его ненависть к Червю запылала ещё ярче. Он всем сердцем хотел уничтожить эту гадину - только вот понимал, что и это явно невозможно: близко к ней не подойти, а стрелы из их жалких луков эта адская тварь даже не заметит. Вот если бы у них была пушка или хоть гранатомет...

Медленные движения Червя вдруг прекратились. Верхушка его замерла, повернувшись точно к Сашке. Тот вдруг почувствовал ВЗГЛЯД - физически ощутимое давление, словно кто-то уперся в лицо холодной и липкой ладонью...

Это не... явление, вдруг понял он. Не какая-то там природная аномалия. У него есть разум. Он чувствует мою ненависть и... боится? Да! Но при этом ещё и ненавидит - страшно, люто, просто за то, что я такой, какой есть...

- Он просыпается! - крикнул Лэйнат, делая какие-то странные знаки руками - наверное, охранительные, подумал вдруг Сашка. Смешно - но ощущение мерзкого липкого взгляда ослабло... - Уходим отсюда, быстрее!..

* * *

- Вот она, крепость Маахисов, - с ненавистью процедил Верасена, выглядывая из зарослей.

Максим тоже выглянул. Но ничего такого жуткого не обнаружил. Ему представлялся целый Черный Замок - с черным дымом из труб и гниющими на кольях вокруг черепами. Правду говоря, пресловутую крепость Маахисов и крепостью-то назвать было нельзя - просто круглый глиняный вал высотой в рост взрослого человека. Половину его прикрывал такой же примерно высоты крутой обрыв озера, половину - широкий, метра в четыре, ров, из которого, наверное, и брали глину для постройки. Над ним поднималась связанная из жердей сторожевая вышка высотой метров в десять и просторный помост, попутно игравший роль навеса - с него свисали какие-то циновки. Стояла крепость на просторной поляне, в том месте, где в небольшое озеро впадал бурный ручей. Но окружающий её лес - могучие деревья с красной, словно сафьян, корой, оплетенной толстыми темно-зелеными лианами и гроздьями разнокалиберных пузырей удивительно густого темно-фиолетового цвета вместо листьев - придавал местности совершенно сюрреалистический вид. Словно они оказались где-то на Венере - не современной, а той, о которой писали в старых книжках...

Он