Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

Мои балбесы с оболтусами, куча других школяров, множество учителей — все эти люди находятся под угрозой каждую секунду. Просто потому, что кто-то не выполнил свою работу.

И теперь, когда я в курсе ситуации, меня гложет само её существование. Ведь им просто повезло, что я находился рядом, когда разлом открылся.

Им повезло, что разлом открылся прямо в лесу и помешал монстрам сразу хлынуть на улицы академии.

Им повезло, что я устранил большую часть угрозы и выиграл достаточно времени, чтобы учеников увели в убежище.

Им сегодня просто повезло.

А Удача, быть может, и полюбила странною своею любовью Борю Юдина и порой прощает ему прямо-таки несусветную глупость. Но я сильно сомневаюсь, что она будет такой же терпеливой к остальным.

Однако я могу исправить ситуацию. А значит, должен это сделать. Я ведь учитель по Магической Безопасности, в конце концов!

Я шагал по безлюдной аллее, слушал окружение и понимал, что ситуация ещё хуже. Пока я здесь, академии ничего не угрожает, это так. Но теперь мне нужно, чтобы ей ничего не угрожало даже без моего присутствия.

Мысль, Желание, Цель, План, Действие, Результат — этому я обучал своих бесят на первом занятии. Теперь нужно следовать этому самому.

Впереди показалась скамейка. На ней, понурив голову, сидел долговязый шкет с лохматой причёской, которого я отлично знал.

— Артур, — позвал я.

Парень будто очнулся от грёз и вздрогнул от моего голоса. Но затем успокоился и даже слегка улыбнулся, когда меня увидел.

— Здравствуйте, Сергей Викторович.

Улыбка всё равно оставалась печальной. Я огляделся и понял, что рядом никого кроме нас нет. А парень явно не в порядке.

Поэтому не нашёл ничего лучше, чем сесть рядом.

— Что-то не так? — спросил я.

— А? В смысле?

— Ты сам не свой. Полагаю, что-то случилось.

Его Источник будто сжимался в узел и терзал сам себя. Магические потоки, которые текли по слишком крупным каналам, почти замерли. И наверняка Артур сейчас чувствовал в конечностях болезненное бессилие.

Мы с ним планомерно приводили в порядок тело и магическую систему. Спешить было нельзя, сначала ограничились физкультурой — даже не спортом. И простыми дыхательными практиками, чтобы вернуть каналам эластичность. Первой задачей было укрепить организм во всех смыслах, чтобы подготовить парня к следующему этапу — восстановлению Источника.

Способов это сделать я знал достаточно, но все они рискованны и болезненны. А если он будет находиться в таком хреновом состоянии, как сейчас, прогресс жутко замедлится. Магия тесно связана с разумом, эмоциями и силой духа.

Артур ответил не сразу. Где-то минуту он просто молчал и тупо пялился на собственные ноги. Но затем с хрипотцой, тихо произнёс:

— Пашка…

— Это тот мелкий шкет? — вспомнил я. — Которого ты едва молнией не шарахнул.

Артур кивнул, поджав губы.

— И что с ним? Все-таки шарахнул?

Артур оживился и с некоторым то ли испугом, то ли возмущением взглянул на меня.

— Нет, что вы! Я бы никогда!.. В смысле!.. — он осёкся и снова понурил голову.

Да что ж ты будешь делать!

— Давай уже выкладывай, — я сверкнул ухмылкой, чтобы чуть подбодрить парня.

Это помогло, но лишь слегка. Его терзала горечь, которая пагубно влияла на истерзанный Источник.

— Ну, в общем… когда объявили тревогу, я отыскал Пашку. Хотел ему помочь, отвести в убежище, но… но он…

Артур снова замолчал, поэтому мне пришлось договорить за него:

— Послал тебя к чёрту, верно?

Снова молчаливый кивок в ответ.

— А чего ты ожидал? Я б тоже не обрадовался молнии в рыло. Это неприятно. Но ты ж в курсе, верно?

— Вы не понимаете, Сергей Викторович! — пропустил он мою колкость мимо ушей. — Мы из одного детдома. Я… я там его оберегал! Он мне как младший брат! Был…

В голосе Артура чувствовалась нестерпимая боль. Источник тоже реагировал, пульсировал, но энергия всё равно уходила в завязанный узел. Шрамы от усечений сверкали ярче, обнажая давнюю травму.

— А ты перед ним извинился? — спросил я.

— Извинился?

Парень взглянул на меня так, словно услышал незнакомый язык.

— Ты накосячил, шкет, — пояснил я. — Серьёзно накосячил, как ни посмотри. И явно сожалеешь о содеянном. Но ты извинился перед ним? Лицом к лицу, взглянув в глаза. Без другого повода вроде Криворога, который крушит академию.

Артур шмыгнул и опустил голову.

— Нет. Я боялся к нему подойти всё это время, — признался он.

— Ну а чего ты тогда ожидал?

— Я думал… — парень едва сдерживался, чтобы не зарыдать. — Думал, он поймёт. Примет помощь.

— Артур, — вздохнул я. — Ты думал, что он поймёт, а он не понял. Вот и всё. Ты должен просто, по-мужски, подойти и извиниться. Знаю, это непросто. Это намного сложнее, чем во время тревоги защитить друга от страшного монстра. Я понимаю.

Артур наконец-то поднял взгляд и посмотрел на меня. На глазах у него скопилась влага.

— Думаю, ты загородил бы его от монстра куда легче, чем просто сказать пару слов, верно?

Парень поджал губы, но по лицу я понял, что угадал. Быть героем куда проще, чем быть честным человеком. Особенно честным перед собой.

— Но всё, что тебе нужно сделать, — продолжил я, — это подойти, посмотреть ему в глаза и извиниться. Пойми, Артур, ты совершил ошибку. Все люди совершают ошибки.

— Я струсил! — прорычал парень, злой на самого себя.

— Да, — кивнул я. — Это так. Не ты первый, не ты последний. Но поверь, не боится только глупец или психопат.

— Храбрецы не боятся, — буркнул Артур.

— Боятся! — засмеялся я. — Возможно, они боятся даже больше остальных.

— Это как?

— А вот так. Храбрецы — это те, кто перебарывает свой страх. Какой же ты храбрец, если не боишься?

Кажется, мне удалось придать ему немного уверенности. По крайней мере, Источник успокаивался и всё реже излучал болезненные пульсации.

— В общем… — я вздохнул и встал со скамейки. — Артур, просто сделай это. Без лишних подвигов и пустых слов. Думаю, он поймёт.

Артур несколько секунд держал на мне взгляд. Но затем задал вопрос, который сейчас его, скорее всего, пугал больше всего на свете:

— А если он не поймёт? Если не простит?

— Ну, — пожал я плечами,