История Нирна I: Morrowind - Саггаро Гиерри

было так просто. И так обидно. По сути, это была просто куча тех же пар Пометка-Возврат, разве что слегка усовершенствованных, потому что управлял ими один человек, а телепортировали они другого.

Помотав головой, я вздохнул и положил книгу на место. Похоже, существующий вид заклинания действительно не позволяет иметь больше одной целевой точки. И даже в артефактах-телепортах это ограничение обойти не смогли. Правда, у меня оставалась небольшая надежда, что они просто не пытались.

Но ведь стоп! Что-то такое мне помнится — был какой-то артефакт, кольцо вроде бы. Согласно легенде, оно переносило своего владельца в пространстве, в любую нужную ему точку. То есть, если это не пустая легенда, если кольцо существовало и делало именно то, что про него говорят, то или оно построено по совершенно иным принципам, нежели структура Пометки, либо кто-то очень неслабо доработал исходное заклинание.

— Легендарные артефакты. Телепортация.

Ух ты черт! Засветилось около сотни книг в разных частях библиотеки. Нет, так я могу очень долго искать… Особенно, учитывая, что я не помню подробностей. Да и что я так уперся в это заклинание? Удивительно. Ладно, хватит. Оставив себе заметку на будущее при случае разобраться с этим вопросом, я все-таки вернулся к самообразованию.

— Школа изменений. Теория.

И снова шелест и свечение книг на стеллажах.

* * *

Еще через десять дней я все-таки окончательно осознал, что это место — абсолютно ненормальное, как и его хозяин. Начать с того, что я так и не ощутил никаких проблем с природными потребностями — я не хотел спать, мне не требовался туалет, да даже позывы поесть появлялись у меня постольку поскольку. Ну, вроде как, стоит еда, пахнет вкусно — почему бы и не поесть. И все эти дни я, как заведенный, читал книги из библиотеки Шеогората.

— Витейр, ты тут не превратился в книжного червя бумагоеда? — Голос у меня за спиной заставил меня вздрогнуть. Шеогорат стоял, опершись спиной на книжный стеллаж, как обычно поигрывая своей тростью.

— Тьфу ты! Так подкрадываться!

— Уж извини, — ухмыляясь развел руками он, — ты сам зачитался и не заметил меня.

— Что, уже пора?

— Нет, но тебе стоит устроить перерыв. Вы смертные такие хрупкие…

Шеогорат приглашающе повел рукой, и в стене проявилась резная дверь, из-за которой доносилась веселая музыка.

— Что там?

— О, увидишь! — с широкой улыбкой он распахнул дверь и, дотянувшись до меня, буквально втащил внутрь.

— Хей! Что ты твори…

— О-хо-хо! У нас новый гость? — Передо мной из воздуха появилась краснокожая рогатая фигура, облаченная в вычурные черные доспехи. — Проходи, мы выпьем!

За моей спиной я услышал веселый смех Шеогората, гулкий удар его трости и тихий скрип закрывающейся двери.

* * *

Ух… Что вчера было? Голова-а-а-а… Это пробуждение было не в пример ужаснее утра после банкета у Шео — я чувствовал себя так, словно вчера весь день жевал конский навоз, запивая болотной жижей! Чертов Принц Безумия!

— Ум-м-м-м… — Стоило мне предпринять попытку поднять голову от подушки (к слову, я снова был в той самой комнате, где проснулся после банкета), как мой мозг в свою очередь тут же предпринял попытку покинуть голову через уши и остаться на подушке. — Чертов… Кха… Мать его… Кха… Сангвин! — моим голосом сейчас можно было бы людей до инфаркта доводить.

Плавно и осторожно, придерживая голову руками, чтобы не расплескать ее содержимое, сажусь на кровати. В этот раз спал я один, но кто-то заботливый все-таки был в моей комнате — на тумбочке у изголовья стоял большой стакан, заполненный какой-то ярко-синей жидкостью. С сомнением взяв его в руку, я принюхался — от вырвиглазного напитка к моему удивлению пахло свежескошенной травой, мятой и чем-то еще, но, в общем, запах был приятным. Под стаканом обнаружилась небольшая записка всего с двумя словами «Выпей меня!», от которых у меня нервно задергался глаз, хотя, конечно, автор сего творения был ожидаемо известен.

Вздохнув, все еще придерживая одной рукой голову, я встал на ноги и направился в ванную. Что-то не сильно меня прельщало пить незнакомую жидкость со столь известной запиской. Кто знает, что от Шеогората ожидать можно, с его-то чувством юмора. Умывание ледяной водой слегка помогло, хотя самочувствие все еще было где-то между планкой «Убейте меня» и «Как же мне хреново!».

Что за?! Потянувшись за полотенцем, я чуть не сбил локтем еще один стакан с точно такой же синей жидкостью, внезапно оказавшийся на бортике раковины. «Выпей меня!» — под ним лежала точно такая же записка.

— Да идите вы! Не буду я пить непонятную бурду, тем более такого странного цвета… Тем более, учитывая, где я нахожусь!

«Ну и дурак… О тебе же заботятся…» — надпись на бумажке плавно изменилась, а я икнул от неожиданности, отшатнувшись. Ух! Моя голова-а-а-а… Черт меня дернул так резко дернуться… Что он там мешал, этот Сангвин?! Никогда больше не буду пить… Особенно с даэдрическими принцами… Особенно, смешивая напитки! И что вчера вообще было-то? Не помню ничего почти…

Все-таки справившись с бунтующим организмом, я дополз обратно до кровати. И уже совершенно не удивился, увидев, что стакан снова стоит на тумбочке, а под ним лежит записка «Может, все-таки выпьешь?». Осторожно устроив голову на подушке, я с сомнением вперился взглядом в емкость со странным напитком. Пить или не пить? Подозрительность и осознание того, где я нахожусь, требовали вылить содержимое в унитаз и забыть. Но вот измученный вчерашними возлияниями организм жалобно намекал, что хуже уже, строго говоря, быть не может, потому что хуже просто некуда. Так может это… выпить? Вдруг полегчает?

С внутренней дрожью все-таки осторожно беру в руку стакан, приподнимаясь с подушек. Еще раз принюхиваюсь к жидкости и, обреченно закрыв глаза, залпом выпиваю все содержимое емкости. В следующее мгновение я чуть не уронил стакан на пол, на этот раз уже от удивления — ежик-мутант, до того упорно ворочавшийся в моей голове, внезапно исчез, а по всему телу прокатилась волна прохлады, смывая все неприятные ощущения и последствия вчерашней попойки. И вместе с этим на поверхность сознания стали всплывать воспоминания — обрывочные, перемешанные, но все-таки.

«А ломался-то…» — записка из-под стакана взлетела, зависнув перед моим лицом, показывая мне изменившуюся надпись, и с тихим шорохом рассыпалась невесомой пылью, тут же исчезнувшей в воздухе. В следующий миг дверь в мою комнату открылась, и в проходе показалась знакомая мне девушка, с которой я провел ночь после банкета.

— Принц ожидает тебя в обеденном зале. Пойдем. — И с улыбкой развернулась,