Лётчик: Дотянуть до горизонта. От Карпат до Амура - Владимир Владиславович Малыгин

новости были вообще неутешительные. Местные газеты вовсю пишут об одном – в России началась буржуазная революция. Точно такая же, как и в Германии, и во Франции. Тут уже не до выполнения приказов было – общим желанием экипажа было решено вернуться назад. Сунулись к самолету, а нас назад и развернули…

Охрана стоит вокруг нашего самолета и нас же к своей технике не подпускает! Оприходовали уже местные новейшую технику… Подсуетились!

И силой не пробьешься, слишком их много. Пошумели малость для приличия, пообещали, как водится, жаловаться консулу и покинули аэродром.

Угрозу свою решили не откладывать и всем кагалом сразу же проехали до русского посольства. Всех до приемной не пропустили, остановили внизу, в просторном холле. Мы же с сопровождающим поднялись наверх, где пришлось еще и подождать около получаса до приема…

Ну, что сказать? Посол наш и сам практически все новости узнавал из прессы. И наши проблемы и заботы ему сейчас явно до одного места были… Со своими бы как-нибудь разобраться. Тем не менее пообщались. Порекомендовал не поддаваться на провокации и так далее и тому подобное. Короче, говорил всю ту лабудень, которую им положено говорить в подобных случаях. Ну, когда от них ничего не зависит и когда сами ничего решить не могут, а лицо терять не хочется.

Вышли во двор, а здесь уже столпотворение. Не одни мы за новостями пришли. Русских подданных, оказывается, в Дании хватает. И все на нервах, все чего-то требуют и шумят. Ну и само собой, сразу же на нас с вполне понятными вопросами накинулись, в разные стороны потянули, чуть не разорвали на тысячу мелких клочков. И охраны вокруг никакой, самоустранилась она – и правильно сделала. Иначе бы и ей не поздоровилось. Пришлось выкручиваться из положения, забираться на возвышение, коим фонарный столб оказался, и уже с его тумбы во весь голос озвучивать последние новости. Впрочем, ничего нового сказать я не мог, все это в утренних газетах можно было прочитать. Зато хоть нас в покое оставили. Упс, поторопился я с выводами насчет оставили.

Самые ушлые из этой толпы все мигом сообразили и вцепились в меня, словно репей. Дождались момента, пока основная масса подданных великой империи в здании не скроется и весьма настойчивым образом приступили к моей планомерной осаде. Даже окружили со всех сторон довольно-таки грамотно. Не вырвешься без скандала и привлечения к нам лишнего в этой связи внимания. Ну и не стал вырываться, а предпочел выслушать предложения – мол, мы же на самолете? На самолете… А значит, обязательно должны в самом скором времени домой вернуться? Конечно, должны… А раз так, то и следующее вполне закономерное предложение не заставило себя ждать. Предложили эти ушлые себя в качестве пассажиров. Вместе со своими ближними, само собой. Огромные деньги предложили за подобную возможность.

Думаете, отказался? Как бы не так! Не та ситуация… Но и обнадеживать никого не стал. Объяснил, что самолет у нас пока арестован и подобной возможности может не представиться вообще. Так что и рад был бы помочь, но… Еще и руки в стороны развел, с выражением явного сожаления на лице.

Съездили к самолету, попробовали еще разок безуспешно пройти к своей технике. Вернулись в гостиницу и начали разрабатывать операцию по возвращению своего движимого имущества. Собрались в моем номере, обсудили наши реальные возможности. Возможности оказались весьма слабыми. Вот где мне Степана-то не хватает… Или прежнего экипажа… А с этим особо каши не сваришь, придется на одного себя рассчитывать…

Само собой, люди мы все военные, кое-кто даже в боевых действиях поучаствовал, но здесь не окопы, здесь совершенно другие навыки нужны. А подобные навыки есть лишь у вашего покорного слуги. И даже наш сопровождающий ничем таким особенным порадовать не смог. Непонятно, для чего Батюшин его нам подсунул? С какой целью? Сексотить? Но что имеем, то имеем, придется работать с тем, что есть. Выработали какой-то план, выдвинулись к аэродрому с наступлением темноты. На что рассчитываем? Да лишь на то, что никто не ожидает от нас подобной наглости! Привыкли к своему законопослушному народу…

Действовать решил по канону. Под утро, как это всегда и бывает. Зачем менять или отказываться от того, что до нас миллионы тысяч раз успешно опробовали? Правильно, незачем. Поэтому темной ночкой, в самую так называемую собачью вахту, я во всем темном и не сковывающем движения пробирался к самолету. В комбезе то есть. Я – к самолету, а остальной мой экипаж к караульному домику.

Осмотрелся осторожно, потихонечку вокруг стоянки обошел, прокрался. Счастье-то какое! Сплошное оцепление было снято. Похоже, успокоило датчан наше мнимое равнодушие и бездействие, отсутствие видимой реакции на явный арест нашего имущества. А зря они успокоились… Но нам-то это как раз на руку!

Пришлось обойти самолет еще разок по кругу. Чтобы удостовериться в сделанных выводах. Очень уж ошибиться не хочется. Хорошо еще, что погода словно по заказу. Поднялся с вечера небольшой ветер, нагнал хмари да облачности. Правда, облачность та была довольно редкой, но и за то большое наше мерси матушке-природе.

Дождался пересменки караула, выждал еще полчаса и начал работать. Действовать пришлось жестко, без всякой жалости. Но и без смертоубийства желательно. Мне еще в эту страну не один раз придется возвращаться. Да и дела у меня в столичном банке имеются. Поэтому нужно постараться обойтись без уголовного преследования. Как там говорилось? Бить буду аккуратно, но сильно? Вот так и бил. Сильно. И по голове, защищенной, между прочим, уставным головным убором. Зимним. Оттого и пришлось сильно бить. Караульные-то не по одному ходили, а по двое. А сами попробуйте двоих одновременно успокоить… И ведь именно успокоить, а не упокоить. Последнее было бы значительно проще. А вот первое…

Тяжкое это дело, но возможное. Да и не совсем одновременное, ну, почти не совсем. Отработал, как учили. После еще на всякий случай классику вспомнил, руку к шее каждого упавшего приложил, постарался пульс нащупать. Нащупал какое-то биение. Хотя не особо и ошибусь, если скажу, что это у меня в пальцах от волнения колотилось. Несмотря на довольно прохладную ночь, с меня пот градом лил, до того жарко было. Отвык я от подобных дел за прошедший год. Расслабился на вольных хлебах. А тот случай в забайкальской тайге не в счет. Там так, слишком быстро все произошло. Я даже и испугаться особо-то не успел…

Но вернемся к нашим делам. А то ишь, в воспоминания ударился. Тоже подходящее время и место