Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

Хуан Чао играл черными, Юй Уюань – белыми. Игра перевалила за середину, и черные камни в одном из углов доски были окружены белыми.

Хуан Чао, держа камень, глубоко задумался и долго не делал хода. Юй Уюань не торопил его, лишь вертел в руке камень, поглаживая его.

– Почему ты не остановил Ю-вана, когда тот выступил против Цинчжоу? – внезапно спросил Юй Уюань.

– Что? – Хуан Чао, погруженный в размышления, не сразу отреагировал, но, придя в себя, ответил: – С характером Ю-вана нет смысла его отговаривать.

– И все? – снова спросил Юй Уюань.

Услышав это, Хуан Чао оставил размышления о партии, отложил камень, поднял чашку с чаем, сделал несколько глотков, поставил чашку и, указав на угол доски, где черные камни были окружены, сказал:

– Как в этой партии, здесь он потерпит сокрушительное поражение.

Юй Уюань посмотрел на указанный угол:

– Даже ты так говоришь, похоже, эти Всадники Ветра и Облаков действительно сильны.

– Всадники Ветра и Облаков, созданные принцессой Сиюнь, славятся уже десять лет. Они сталкивались с Черными всадниками Юнчжоу и моими Всадниками Небесного Спора, и никто из нас не получил преимущества, – говорил Хуан Чао, кладя два белых камня на доску. – Сто тысяч Золотых Всадников Ю-вана, боюсь, ждет лишь такой же результат.

Юй Уюань посмотрел на доску – из-за двух белых камней, положенных Хуан Чао, все окруженные черные камни в углу были съедены. Он покачал головой:

– Ты забыл, что черные – твои, и ты хочешь видеть их сокрушительное поражение?

– Именно, – улыбнулся Хуан Чао. – Я хочу, чтобы он потерпел сокрушительное поражение!

– Действительно, – вздохнул Юй Уюань.

– В этом нельзя винить меня, – спокойно произнес Хуан Чао. – Его амбиции не ограничиваются захватом Цинчжоу.

– Если он потерпит поражение от Всадников Ветра и Облаков, Ючжоу станет твоим, – сказал Юй Уюань, глядя на доску.

Хуан Чао поднял бровь, а затем рассмеялся:

– Мне нужен не только Ючжоу.

– Я знаю. – Юй Уюань смотрел на доску. – В этой войне ты хочешь еще и Цинчжоу.

– Ха-ха-ха… – Услышав это, Хуан Чао громко рассмеялся: – Уюань воистину мой единомышленник!

Юй Уюань, глядя на него, покачал головой:

– Ты смеешься так громко, не боишься, что принцесса Чуньжань услышит?

Хуан Чао был совершенно безразличен:

– Если кто-то приблизится на пять чжанов, разве мы с тобой не почувствуем? К тому же… – Уголок его губ изогнулся в улыбке между насмешкой и холодностью. – Принцесса Чуньжань – умная женщина, она знает, на что опирается, и знает, что важнее всего.

Сказав это, он неожиданно подумал о другой женщине и, взглянув на Юй Уюаня, спросил:

– Интересно, где сейчас Белая Фэнси?

– Белую Фэнси и Черного Фэнси недаром называют Белым Ветром и Черным Дыханием – люди, приходящие и уходящие как ветер, они неуловимы. Сейчас они, возможно, пьют вино и любуются луной на какой-нибудь горной вершине, – сказал Юй Уюань, разделяя черные и белые камни и складывая их обратно в коробку.

Хуан Чао, глядя, как Юй Уюань собирает камни, вспомнил ту ночь, и его сердце внезапно забилось сильнее.

– Уюань, почему?

Рука Юй Уюаня, собиравшая камни, на мгновение замерла, затем он продолжил складывать их в коробку. Закончив, он встал:

– Уже поздно, я иду спать.

Но Хуан Чао не отступал:

– Она явно выделяла тебя, и ты относился к ней не так, как к другим. Почему…?

Юй Уюань не ответил, лишь открыл дверь и вышел.

Хуан Чао, сидевший у окна, тихо вздохнул и посмотрел в окно.

Юй Уюань, уходя, поднял голову к ночному небу.

На темном небосводе редкие звезды сияли холодным светом.

В этот момент Хуан Чао, сидевший у окна, и Юй Уюань, уходивший прочь, одновременно тихо вздохнули:

– Белый Ветер и Черное Дыхание… Черный Фэнси…

В двадцать шестой год эры Цзинъянь, пятого дня пятого месяца.

Фэн Ланьси в легких одеждах непринужденной походкой поднялся на южную городскую стену Личэна. Там в строгом порядке уже выстроились солдаты в сверкающих серебряных доспехах, с оружием наготове. Проходя мимо, он ощущал исходящую от них силу и мысленно восхищался – воистину закаленные в боях элитные войска.

Поднявшись на стену, он увидел развевающееся на ветру знамя – на черном полотнище белый феникс расправил крылья среди облаков с гордым и высокомерным видом. А под знаменем стояла фигура столь заметная, что невозможно было отвести взгляд.

Серебристо-белые мягкие доспехи идеально облегали стройное тело Фэн Сиюнь, подчеркивая ее высокую и изящную фигуру. На поясе висел меч, белый плащ развевался за спиной. Яркое солнце высоко в небе заливало картину золотым светом, отражаясь от серебряных доспехов, а девушка, окутанная этим серебряным сиянием, с нефритовым лицом и алыми губами, с ясными бровями и глазами, была полна отваги – словно древняя богиня войны, спустившаяся с небес, прекрасная и неприступная.

За десять лет знакомства Фэн Ланьси видел ее в разных обликах: в простой белой одежде в мире боевых искусств, соблазнительную и очаровательную в павильоне Лифан, свежую и элегантную в павильоне Лохуа, благородную и прекрасную перед павильоном Цяньюнь, величественную во дворце Цзыин… Но только сейчас Фэн Сиюнь заставила его потерять голову, забыть, где он находится. В его глазах была только она – под развевающимся на ветру знаменем она стояла одна между небом и землей, гордая и несравненная.

Словно почувствовав его взгляд, Фэн Сиюнь чуть повернула голову и посмотрела на него, а затем слегка улыбнулась:

– Видишь это знамя? – Она указала на черное знамя с белым фениксом, развевающееся в небе.

– Знамя Белого Феникса. – Фэн Ланьси перевел взгляд на небо.

– Да, знамя Белого Феникса, названное в честь моей прародительницы Фэн Дуин. Единственный в мире белый феникс, символ рода Фэн из Цинчжоу! – Фэн Сиюнь подняла голову, глядя на белого феникса, расправившего крылья на ветру, ее лицо светилось гордостью.

– Ваша прародительница Фэн Дуин была одной из семи великих полководцев, помогавших императору Вэйле завоевать мир, единственной женщиной среди них, известной как Белый Феникс. После того как она была возведена в ранг вана, ее называли «Фэн-ван», – сказал Фэн Ланьси, глядя на развевающееся знамя Белого Феникса и представляя ту отважную женщину древности. – Согласно историческим записям, ваша прародительница носила серебряные доспехи на поле боя и белые одежды в мирное время, явно предпочитая белый цвет. После того как она была возведена в ранг правителя Цинчжоу, народ из любви и уважения к ней также почитал белый цвет, и обычные