Лом 2 - Павел Казаков

что Азазелло оперативно разобрал мозгопромывочные кабинки и избавился от ненужного пластика и прочей дешёвой материи, высвободилось несколько достаточно просторных помещений. А вот боевых дронов, которые были практически полной копией штурмовиков арахнидов, я поберёг. Боевая техника в наши нелёгкие времена — штука нужная. Двоих я выделил для тренировки. Сейчас они были весьма потрёпанные, но вполне рабочие.

Тренировка заключалась в следующем. Я создавал Пятого, мы быстро его красили из баллончика, чтобы он стал видимым, после чего начиналась схватка «Пятый против пауков». Пауками сегодня управляли Рапунцель и Белоснежка. Опытным путём мы выяснили, что в автоматическом режиме эти дроны не такие уж и умные. Если они получали команду «уничтожь вон ту цель», то действовали не очень эффективно. Под управлением оператора с намного более мощным ИРом паук легко разделывал себе подобного, у которого были только базовые настройки. Вроде как, в спецификации было сказано, что он может обучаться, но меретрикс обучались быстрее.

Мои меретрикс людьми не были, поэтому не испытывали тех трудностей, которые были у меня при одновременном контроле человеческих тел и призрачного формикадо Пятого. Беря под контроль дрона-паука, они им и становились, легко координируя движения восьми лап, стрелковое оружие, огнемёты (ими имперцы снабдили пауков вместо кислоты) и небольшой, но злой ракетный комплекс.

Я тренировал пауков противостоять Пятому, так как дроны, имитирующие штурмовиков формикадо, в Империи пользовались весьма широко. Немаловероятно, что будущее сведёт меня именно с ними. Поэтому было бы неплохо подготовиться. Сейчас Пятому предстояло сразиться сразу с двумя пауками. При этом своё человеческое тело я не оставлял валяться без сознания, а заставлял либо отрабатывать стрелковые движения, либо легонько с кем-то спарринговать, таким образом тренируя одновременный контроль разных тел.

Пятого закончили красить, и он, капая оранжевой краской на пол, выдвинулся вперёд. Сейчас будет не просто.

Если в случае с рукопашным боем я становился круче с каждым днём и, уверен, вскоре смогу легко уделать Леопольда, то здесь всё обстояло наоборот. Меретрикс тоже с каждым днём становились всё опытнее, и сегодня я уже не был уверен, что получится их победить.

Мы начали так же, как и рукопашные схватки — без команды.

Пятый кидается в сторону левого паука, но тот не принимает атаку и отскакивает, тогда как правый пытается атаковать сбоку. Девчонки сработались и теперь действуют настолько скоординировано, как если бы это были Славик и Димон, то есть я.

Но я не так уж прост, и мои навыки отточены в реальных боях, в том числе и рукопашных, с весьма опытными бойцами пауков. Пусть моя атака на левого паука и не увенчалась успехом, но вот контратака на правого оставила того без лапы. Дальше началась свалка, из которой я с огромным трудом, но вышел победителем.

— Босс, а почему мы сражаемся, не используя весь арсенал? Если бы можно было огнемётом захерачить или ракету засадить, я бы вас даже на расстояние удара не подпустила! — спросила Рапунцель.

За пять дней они очеловечелись и общались не сказать, что так же, как и я, но так, как меня устраивало. А «засадить ракетой» — это, наверное, эхо их прошлой работы.

— Если я буду не покрашен, то ты даже не заметишь, как на части развалишься. — Для наглядности я рассоздал Пятого, и вся краска осыпалась на пол. Через долю секунды создал его заново и незамеченным подлетев к пауку-Рапунцель как следует его пнул. После чего продолжил. — Я немного изучил вопрос. Империя скопировала дронов-формикадо и дронов-паков не только за прекрасную боевую биомеханику, но и потому, что штурмовики-инсекты могут выполнять долгие боевые операции в отрыве от поддержки. А долгая операция иногда подразумевает, что боезапас может закончиться. Штурмовик-человек, который останется всего лишь с тесаком, может стать жертвой обычного большого животного, тогда как инсекты — что пауки, что формикадо — со своими клинками невероятно опасны даже без стрелкового оружия.

Я не стал рассказывать, что на одной из операций именно такая ситуация и возникла. Что мы, что пауки остались без поддержки, и в итоге, после нескольких дней противостояния в джунглях, все решила обычная драка. Но у пауков, правда, было огромное преимущество: их запас кислоты возобновлялся, поэтому победили мы с большими потерями. Когда три моих тела агонизировали, разъедаемые кислотой, я сохранил достаточно воли, чтобы остальной частью своего боевого звена распотрошить последнего штурмовика. Воспоминания болезненные, но чувство гордости до сих пор зашкаливает.

— Поняла. — Паук изобразил кивок. — Завтра Азазелло обещал подготовить дронов, чтобы можно было отрабатывать и оружие, включая огнемёт. Вы как, будете участвовать?

— Конечно.

Конечно, я буду участвовать. Я не знаю, к чему я должен быть готов, но хочу быть готов.

Ещё несколько часов мы то устраивали бой, то отрабатывали те или иные приёмы. А то, что пауки постепенно выходили из строя, только усиливало эффективность тренировочного процесса. А параллельная с действиями Пятого работа новым телом движения в спарринге и сложнокоординационных связок движений помогала тренировать мою способность контролировать много тел одновременно. К сложнокоординационным движениям относилась борьба или серии ударов, когда в противника летят не только кулаки, но и ноги, локти и даже голова.

После ужина снова тренировки, только в них тело уже никак не задействовано. Я учился входить и выходить в переноски. На имперском крейсере контрразведки не могло не найтись особых тюремных переносок. Поначалу было страшно заходить в такую. Я и не заходил, пока полностью не освоился в обычной. Даже обычная переноска та ещё ловушка. Каким-то хитрым образом попадая туда чувствуешь себя полностью зафиксированным, тогда как по факту непрерывно осуществляется очень сложное движение. И эта запутанность и удерживает в материальном объекте объект нематериальный. Как этого добились имперские инженеры вопрос отдельный. Но это впечатляло.

Тем не менее я разобрался и легко выходил из обычной переноски уже на второй день. С тюремной всё было намного сложнее, но справился и с ней.