"Фантастика 2026-104. Книги 1-26 - Игорь Николаевич Конычев

И всё же, без осечек в таком деле не бывает. У самого выхода на широкую дворцовую площадь из непроглядной тени им наперерез шагнул патруль.

— Кто идет⁈ — гортанно, с угрозой в голосе окликнул их по-турецки молодой десятник из полка внутренней охраны султана.

Офицер напряженно щурился в темноту, силясь разглядеть лица ночных визитеров. В тусклом свете луны он прекрасно видел, что кафтаны ряженых по крою и характерному малиновому отливу полностью соответствуют форме его собственного элитного подразделения. Но он никого не узнавал.

— Свои! — уверенно и даже с легким раздражением бросил Касым на чистейшем стамбульском диалекте.

Он не сбавил шаг, а, напротив, подошел вплотную, словно собираясь отчитать подчиненного. В следующее мгновение рука командира диверсантов смазанной тенью метнулась вперед. Тяжелый боевой нож с влажным хрустом вошел турецкому десятнику точно в лоб.

Офицер рухнул на брусчатку, не успев издать ни звука. В ту же секунду из-за спины Касыма раздался тихий, почти неразличимый шелест спускаемых тетив. Четверо стражников, стоявших за спиной убитого командира, повалились как подкошенные: короткие бронебойные болты из многозарядных арбалетов разорвали им горла.

Тела мгновенно оттащили в тень. Скрываться больше не было смысла — начался бег. Отряд Касыма рванул вперед. Задачей было преодолеть максимальное расстояние до покоев, пока их не обнаружили.

План исполинского дворца Топкапы пылал в голове командира, словно начерченный светящимися чернилами. Касым изучил его по агентурным схемам настолько досконально, словно сам годами жил в этих роскошных анфиладах, заглядывая в каждую комнату. Он знал самый короткий, дерзкий и неочевидный маршрут проникновения прямо в сердце гарема, туда, где шанс встретить усиленные посты был минимальным.

Пока им дьявольски везло. Группа стремительно пересекала открытые пространства, не встречая прямого сопротивления. Лишь на самом подходе к внутренним зданиям грандиозного дворцового комплекса бегущих диверсантов стали замечать. Настоящие караульные провожали странный отряд удивленными взглядами.

Но психологический расчет Касема работал безупречно: малиновые кафтаны гвардии сбивали турок с толку. На обдумывание ситуации у постовых просто не оставалось времени. Куда и зачем так срочно, не разбирая дороги, мчится целый взвод? Может, личный приказ великого визиря? Того, кто его заменяет в империи, ибо, как и положено визирю, он был на войне с русскими. Или даже воля самого султана.

Мало ли что стряслось во внутренних покоях — лезть с вопросами себе дороже. Тем более что дворцовая тревога молчала, огромные медные гонги не гудели. Значит, никакого нападения нет, всё идет по какому-то неведомому плану начальства.

Эта секундная растерянность караульных стала для русских бойцов ключом, распахивающим последние двери перед главным ударом.

Лишь у самой высокой каменной ограды, за которой раскинулся благоухающий сад султанского гарема, удача едва не изменила диверсантам. Навстречу отряду из-за резной арки внезапно вынырнул патруль — дюжина рослых янычар.

От колонны Касыма тут же, без единой команды, отделился десяток бойцов. Словно спущенные с цепи волкодавы, они резко ускорились и на всем ходу врезались в этот неожиданный заслон. Никто не успел даже вскрикнуть. В ночном воздухе не раздалось ни звона обнажаемой стали, ни тревожного свиста — только тяжелый топот, сдавленные хрипы и жуткое, влажное чавканье тяжелых ножей, с хрустом вспарывающих плоть дворцовой охраны. Патруль осел на мраморные плиты кровавыми мешками.

Касем лишь на долю секунды замедлился. Вперед рывком выскочил его второй номер, с ходу припадая на корточки у самого основания стены и сплетая пальцы в замок. Не сбавляя скорости, а напротив, ускоряя бег, командир прыгнул. Он с силой оттолкнулся тяжелым сапогом от подставленных рук товарища, взмыл в воздух и мертвой хваткой вцепился в каменный гребень высокой ограды. Лихо, одним слитным движением подтянувшись, Касым перекинул ногу, хищно окинул взглядом темный сад и мягко, по-кошачьи, спрыгнул вниз.

Буквально через несколько ударов сердца рядом с ним, словно тени, приземлились еще пятеро бойцов. Быстро и слаженно, как на сотнях изнурительных тренировок, они перемахнули через преграду и тут же взяли своего командира в жесткое круговое охранение, контролируя все сектора.

Касем выждал ровно десять секунд, давая передовой группе перегруппироваться, после чего резким, рубящим жестом указал в сторону темнеющих комнат гарема. Отряд бросился вперед.

— Дзынь! Клац! — внезапно разорвал тишину резкий лязг металла о металл.

Евнухи и личная стража у входа на женскую половину не спали. Они успели обнажить свои изогнутые ятаганы, и под сводами дворца впервые за эту ночь тревожно зазвенела скрестившаяся сталь.

— Ба-бах! — и в эту же самую секунду далеко со стороны Босфора тяжело ухнул первый морской калибр.

За ним тут же последовал второй, третий, и вскоре горизонт взорвался сплошным гулом яростной канонады. Русский флот начал штурм порта.

Касым хищно, по-волчьи усмехнулся. Он медленно опустил свой клинок острием к земле, чтобы по вороненой стали сбежала густая, почти черная в лунном свете кровь двух здоровенных стражников, которых он только что зарубил лично.

И тут во внутренних покоях начался ад. Поднялся невообразимый визг и женский крик. Из небольших боковых комнат в коридоры начали в ужасе выскакивать наложницы султана. Спросонья, оглушенные близкой стрельбой и звоном мечей, многие из них были в одних полупрозрачных шелках, а то и вовсе совершенно нагими.

В штурмовой команде Касыма хватало молодых, горячих парней. Да, они были хладнокровными профессионалами, понюхавшими пороху больше любого седого ветерана, но при виде такого скопления экзотических красавиц, мечущихся в панике, глаза у солдат лихорадочно заблестели. Кое-кто на миг замер, едва не потеряв концентрацию. Султанский гарем во всем своем великолепии мог сбить с толку кого угодно.

— Вы… русские? — сквозь шум вдруг прорвался отчаянный, полный надежды голос.

К командиру метнулась одна из рабынь. Касым внутренне напрягся, рука сама потянулась к ножу, но холодный рассудок подсказал: эта пленница может сэкономить им драгоценные минуты.

— Может, и русские. Чем помочь можешь? — сухо отрезал он.

— Господин сегодня у Зульфии! — скороговоркой, дрожащим голосом выпалила девушка. — В третьей своей спальне. Знаете, где это⁈

— Знаю, — удовлетворенно процедил Касем.

Он тут же властным жестом указал отряду направление вглубь коридоров. Информация русинки идеально ложилась на ментальную карту здания, которая была намертво вбита в память командира. Девушке можно было верить на все сто.

По жесткому графику, который соблюдался в гареме так же неукоснительно, как смена караулов, повелитель правоверных этой ночью действительно должен был делить ложе именно с Зульфией. А выбор конкретной спальни — это уже детали, которые теперь не имели значения.

Свернув в узкий коридор, ведущий прямо к массивным дверям