Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

Платон остро глянул на меня поверх кружки и отставил ее, не став пить. Стремление к независимости от поставок из нормального мира он расценил камнем в свой огород и был не так уж не прав. Но сейчас я хотел не столько подстраховаться на случай возможного форс-мажора, сколько перекрыть кислород пивоварне "Западного полюса". Я точно знал, как осложнить им жизнь, но для начала хотел оценить, на сколько при этом придется потратиться самому.

— По дороге в Лудино расскажу, — пообещал я, допил кофе и взял ружье. — Все, побежал!

Крепкий напиток в сочетании с коньяком изрядно взбодрил, призрак депрессии отступил, настроение заметно улучшилось. Но ненадолго. Только вышел на улицу, и сразу с языка сорвалось ругательство: пикап стоял со спущенными колесами.

Я завертел головой по сторонам, но никого подозрительного поблизости не крутилось. Впрочем, не было видно и охранников.

Приближаться к пикапу я не стал, сначала воткнул в карабин магазин с картечью и оттянул рукоятку затвора, досылая патрон. После обошел автомобиль со всех сторон, не заметил ничего подозрительного и присел, заглядывая под низ. Тоже чисто.

Блуждания вокруг машины с карабином в руках не остались незамеченными для охраны, и с другого края стоянки ко мне двинулись два крепких парня в бронежилетах и с чарометами наперевес.

Я демонстративно выложил "вепрь" на капот, не желая провоцировать братьев на резкие движения, но те, к счастью, знали меня в лицо.

— Что-то случилось? — поинтересовался один из них. Помимо чаромета и алхимических зарядов в кармашках разгрузки на поясе у него висел короткий тесак в неброских пластиковых ножнах.

— Ага, — кивнул я и указал на внедорожник.

— Лихо, — удивился охранник и по рации вызвал старшего смены.

— Да сразу Климова зови, — обреченно махнул я рукой.

Клим подошел минут через пять, когда братья уже проверили пикап на предмет взрывных устройств и прочих неприятных закладок.

— Слава, а ты, как вижу, уважать себя заставил, — посмеялся начальник охраны рынка и взял с капота внедорожника один из демонстративно выставленных в ряд золотников.

— Думаешь?

— Ножом ткнуть куда проще. И быстрее. Значит, уважают.

— Издеваются, скорее… — пробурчал я, отпер автомобиль и подключил к прикуривателю электрический насос.

— Опять проблемы?

— Похоже на то.

— Зайдешь?

— Если только твои орлы за машиной присмотрят, — фыркнул я.

— Присмотрят, не сомневайся.

— Тогда зайду, — пообещал я и начал накачивать шины.

Приподнятое настроение испарилось без следа.

Домой ехал медленно и осторожно, аккуратно огибая попадавшиеся на дороге выбоины. Просто голова другим была занята, не хотелось скорость увеличивать. Требовалось обстоятельно все обдумать и спланировать дальнейшие действия, но информации катастрофически не хватало. Ясно было одно: кто-то целенаправленно выводил меня из зоны комфорта.

Это только на первый взгляд патрон на капоте и спущенные колеса сущей ерундой кажутся. Нет, это намек. Призыв одуматься и поменять линию поведения, пока не случилось чего-либо непоправимого. Меня будто дружески по плечу похлопали в подворотне темной ночью и напомнили призыв кота Леопольда жить дружно. В таких делах контекст зачастую важнее самого события бывает.

А контекст был поганым. У каждого из нас есть своя территория, куда нет хода чужакам. И мне последовательно давали понять, что безопасных мест больше не существует. Сначала достали у бывшего штаба Патруля, теперь укололи у Колхозного рынка, наплевав на мои дружеские отношения с начальником тамошней охраны.

Что дальше? В бар заявятся?

Заявятся, пожалуй. Вопрос только кто — Ханин, Селин или горожане?

Лигу я в расчет не брал: ведьмы точно придумали бы нечто более изощренное, благо времени на подготовку у них было предостаточно. А тут конкретно так мускулами поигрывали.

Загнав пикап в каретный сарай, я сходил в баню и растопил печь, потом заглянул в бар, который по случаю понедельника от посетителей вовсе не ломился, занято было только два стола. Разрядив "вепрь", я воткнул в него магазин с пулевыми патронами, сложил приклад и убрал ружье под прилавок. Помеченные кольцами разноцветной изоленты магазины разложил рядом. Жезл "свинцовых ос", наоборот, забрал, намереваясь кинуть его в машину.

Как ни крути, на такие игрушки дружинники куда спокойней реагируют, нежели на ружья. По Форту лучше с "Шершнем" кататься, его даже в салоне не всегда оставлять придется.

— Все нормально? — спросил Иван, наполняя пивом очередной бокал.

— Да, — подтвердил я. — Вымотался что-то, пойду вымоюсь.

— Хорошо.

— Накачай кувшин светлого, — попросил я и поднялся в спальню. Там надолго задерживаться не стал, только скинул верхнюю одежду, сунул револьвер в кобуру и сразу отправился в баню. Та еще толком прогреться не успела, но меня это ничуть не смутило. Расположился у печки, пил пиво и думал.

Если бы от меня требовались какие-то немедленные уступки — намеки были бы гораздо более прямыми, а значит, пока просто готовят почву для предложения, от которого не получится отказаться, и резких движений ждать не стоит. Можно не беспокоиться по поводу выстрела в спину или заложенного у ворот фугаса. Я был нужен целым, невредимым и сговорчивым.

Пиво подошло к концу, тогда я наскоро сполоснулся, отнес "Шершень" в каретный сарай и кинул его на пассажирское сиденье, а потом побежал в бар.

— Вика и Юля подойдут сегодня? — спросил помощника, вспомнив о срезанных при оформлении паспорта браслетах.

— Они в гостевой комнате переодеваются, — ответил Иван и поинтересовался: — А что?

Вместо ответа я продемонстрировал пустые запястья.

— Сейчас пришлю, — пообещал Грачев и утопал наверх.

Гостевая комната на втором этаже как-то незаметно превратилась в комнату Юли, Вики и Вани, но меня это обстоятельство вполне устраивало. Очень даже неплохо иметь в своем распоряжении двух колдуний, которым не приходится платить сверх возмещения трат на приобретение расходных материалов и покупной магической энергии. Жаль только, в отличие от Сани-чародея гимназистки были не сильны в построении заклинаний длительного действия, их чары требовали постоянного обновления.

Сев на табурет, я взял оставленную Иваном газету, но только развернул ее, как со второго этажа спустились колдуньи. Судя по сложному макияжу, у девушек были какие-то планы на вечер, но сплести защитные браслеты они не отказались.

Я выставил перед собой руки, Юля с Викой принялись сноровисто вязать на запястьях нитяные жгутики. С каждым разом работа занимала у них все меньше времени, и обычно я даже не успевал заскучать, но сегодня не выдержал и закрыл глаза.

— Все хорошо, дядя Слава? — участливо поинтересовалась Юля.

— Глаза устали, — ответил я и, надо сказать, соврал. Просто не хотел лишний раз глазеть на глубокий вырез ее декольте. Да и вязаное платье Вики обтягивало немаленький бюст гимназистки более чем откровенно.

А