"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

— Да вы издеваетесь! Меньше, чем... Ща, пять сек. Так-так-так. О! Меньше такой — не возьму и точка!

— Но только в базовой комплектации.

— Но, чтоб красная!

— А желтая — не?

— Так, значит, вы цените столицу? Да?

— Ну ладно-ладно. Красная.

— И с мигалкой!

— Зачем тебе? У нас же с пробкам сейчас всё: тьфу, тьфу, тьфу.

— Жалко, что ли?

— Мальчишка, — страдальчески закатив глаза, констатировал умудренный сединами полковник.

— Ну так?

— Свою отдам(отмахнувшись). Всё равно не пользуюсь.

— Да мне без разницы, — удовлетворенно произнёс откидывающийся на спинку школьник, что ни говори, а взявший от своей подселенной половины спокойствие в восприятии способов достижения цели. А затем, буквально на миг опережая объявление, поделился наблюдением. — О, на посадку заходим.

****

Тогда же, Воднинск.

— Что ж, на этом всё, — дала знать об окончании аудиенции прекрасная княгиня, сейчас чинно восседающая на белоснежном парящем облаке, которое, явно подчиняясь воле своей властной хозяйки, неспешно летало, ну или, скорее, плыло в пространстве.

А было это на просторах некогда обветшалого стадиона ныне недействующего ПТУ неподалеку. Находился он практически в центре двадцатикилометровой сферы княжества, а потому был облюбован, ну и преображен в княжьи хоромы, иначе и не скажешь. Посреди давно нестриженного футбольного поля вдруг зазеленели идеальные газоны и затейливые живые изгороди. Зашумели изысканные фонтаны и возникли живописные прудики с умиротворяющей неспешностью плавающими там пёстрыми обитателями. Заблестели призывно лоснящимися аппетитными бочка́ми невиданные плоды в наряду с этим ещё и дивно цветущих садах. Которые благоухали на всю округу умопомрачительными ароматами, а средь всего этого с забавным стрекотом рассекали те самые «стреконожки», то и дело отправляясь куда-то на границу княжества к беспрестанно теперь прибывающим гостям, и потенциальным подданным владений Белой Беловой. Ну а в центре данного великолепия, возникшего за считанные часы, возвышался прекрасный просторный шатер, внутри которого сейчас и происходила встреча с представителями правительства страны, не оставившей своих притязаний на Воднинск с населявшими его гражданами.

— Я передам услышанное своему руководству, Ваша Светлость, — вежливо заверил глава делегации, прежде чем поклонился. Даже не сильно бестолково, по мнению наблюдавшей за сим Синей Чкаловой с, внезапно, послушной Заболоцкой у неё на коленях. После чего посол вместе со своими спутниками покинул шатер.

Хотя, лишь снаружи это — весьма крупный, словно из какого-то цирка шапито, богато и даже роскошно изукрашенный шатер. А вот внутри это — ничем, пожалуй, не уступающие по площади всему стадиону просторы с прозрачными стенами и сводами, сквозь которые видны красоты вокруг и даже звездное небо, не смотря на изрядную иллюминацию повсюду, особенно в зоне с фонтанами.

— Ну что, Синяя? — когда гости удалились, поинтересовалась Белая, подлетев на принявшем теперь форму не трона, а скорее, удобного диванчика облаке к обладательнице роскошной синей косы и, как видно, любительнице эльфийских ушек. Уж очень та благоговела, покусывая за них жутко смущающуюся от такого внимания Юленьку у себя на коленках.

— Очень он алчет сохранить Дар, — ответила, похоже, придворная менталист. Или же княгине, не хуже своей боярыни читающей мысли простецов, попросту был интересен сторонний взгляд. Ну или еще десятки причин, из-за чего миниатюрная Бва задала этот вопрос длинноногой Рга, которая продолжила. — Очень уж по нраву пришлась ему способность чувствовать чужие отрицательные эмоции, направленные на собеседника. Лучше колечка для него и не придумаешь. Ведь в политике, а он, что бы ни говорил — политик, такое преимущество будет не из последних. Вот только он при этом также и осознает, что такое колечко ему нужно как раз в его столице, а не здесь. Но я бы всё же не стала даровать ему Связь. Верности от этого не прибудет. Лишь начнет, паршивец, свою игру, когда кольцо останется с ним, в по-прежнему работающем виде отправившись в столицу.

— Ты слишком прямолинейна, — подавшись вперед, не сдержалась краснокудрая фигуристая Тха. — Ему лишь стоит продемонстрировать, что нам плевать, как он там устраивается в этой своей столице, используя сохранивший Связь с княжеством и продолживший работать Дар Ее Светлости. Но! Если этот пройдоха не проявит рвения в порученном, пусть тогда кольцо покинет его. Совсем ненадолго, сразу же вернувшись. Дабы он постоянно ощущал, что на поводке.

— Вот никогда ты, Красная, не рассчитываешь своих сил, — под молчаливым взглядом Беловой, упрекнула Рюмину осмелевшая Чкалова, при этом ласковым шлепком по попе она отправила послушную Заболоцкую погулять, пока взрослые тёти авторитетами меряются. — Покуда княжество столь ограниченно в подданных и не преодолело первой ступени, Её Светлости нужно будет прилагать собственные усилия, чтоб издалека следить за лояльностью этого вот шельмеца, да и любого другого, кто на том конце Связи. И если он один такой будет, то это ещё куда ни шло, и то, вполне можно пропустить измену или умысел, а представь, когда их несколько таких!

Красавицы еще какое-то время спорили, а Заболоцкая тем временем отправилась в сад, где планировала поболтать с Мухиной. Люсия Тарасовна как раз объедалась невиданными вкусняшками, которые тут же отрастали, сорви их с ветвей. Чудеса.

— О, Юлька, привет! Как жизнь? — жадно откусывая нечто невообразимо сочное и брызжущее во все стороны немыслимым ароматом, поинтересовалась с трудом прекратившая в наслаждении закатывать серые глаза медно-рыжая изобильная красотка, уже не в своём красном куцеватом костюмчике при Декольте с большой «Д», а в неком воздушном и полупрозрачном хитоне, что ли. Правая грудь наружу, короче, и если б не те самые обещанные «клёвые бусики», то... брызжущий сок стекал бы куда призывнее. Глянув же на одетую лишь в цветы, и это буквально, голубоглазую златокудрую очаровашку с острыми ушками, сластёна с лукавой интонацией уточнила вопрос. — Не заездила тебя Её Милость?

— Всё хорошо, — как-то очень уж покраснев и смутившись, ответила давно уже так не блестевшая глазами,