Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

В общем, реакции на моё заявление были разные. Но отличился Тихомир. Он как всегда воспринял новость с абсолютным пофигизмом и ничуть не изменился в лице.

Ну и Саня. Единственный из всех, кто действительно напрягся и воспринял мои слова с полной серьёзностью.

Может, с математикой у него и туго, но когда дело касается сохранения собственной задницы, ему равных нет.

— Эй, ребят, — пытался он воззвать к одноклассникам, — вы бы это… Кольку-то не недооценивали.

— Ты че, засса́л? — выпалил Федя, которому так удачно подвалил повод для колкости. — Савельев засса́л!

— Да иди ты! — огрызнулся Саня.

А затем он поймал мой довольный взгляд и насторожился ещё больше. Похоже, шкет понял мой замысел.

— Для начала определим правила, — продолжил я. — Точнее, правило. Никакой магии! Это будет спортивное соревнование, и швырять сопернику в лицо огненный шар, чтобы сбить его с дистанции, нельзя.

Возможно, мне показалось, но кто-то из бесят реально расстроился.

— Так, а… Что за соревнование-то? — спросила Анжела.

Наконец-то разговор по существу!

— Три упражнения, — объявил я. — На силу, ловкость и гибкость. Но у вас будет фора. Вы разделитесь на три группы для каждого этапа и начнёте их одновременно. Коля же стартует сам и должен будет пройти все этапы поочерёдно.

— И какой смысл? — нахмурился Андрей Самсонов. — Ему никак не успеть.

— Правда? — я обвёл взглядом шеренгу. — Вы все так думаете?

Бесята закивали. Кроме Сани, который резво замотал головой.

— Что ж, тогда предлагаю сделку.

— Сделку? — с подозрением переспросил Макс.

Бесята насторожились. Я пока не проиграл ни одного спора в академии, а проигравшие… Ну, скажем, они наверняка избавились от лудомании. Один вот до сих пор в больничке переосмысливает игру в «двадцать одно».

Так что придётся повысить ставки, чтобы жажда наживы пересилила все подозрения.

Но сначала немного распалим ребят.

— Сделку, сделку, — кивнул я. — Я ставлю на Колю. Утверждаю, что он один разнесёт вас. Форы не помогут.

— Вы наверняка ему поможете! — воскликнул Федя. — Подставить нас хотите, да⁈

— Нет. Я вообще могу отойти подальше. Посижу на скамейке, понаблюдаю…

— А какие упражнения? — выступил Андрей.

Эх, а я думал, никто не спросит! Что же мне делать⁈ Неужто мой план покатился…

А нет, всё в порядке, хе-хе.

— Ничего особенного, вам хорошо знакомы эти упражнения, — пожал я плечами. — Ловкость — «Воздушная тропинка». Гибкость — стандартная полоса препятствий с перекладинами. Сила — метание ядер по десяти мишеням.

Эти штуки, как я понял, часто использовали на всяких академических соревнованиях. Самая интересная, на мой взгляд — «Воздушная тропинка». Сто метров небольших панелей, которые в воздух поднимают заклинания стихии ветра. Они становятся очень чувствительны к балансу, и любое воздействие на них, даже малейшее, приводит к потере равновесия.

Одна панель переворачивается, уходит в сторону и задевает другую. И так по цепочке дорожка превращается в дикий и необузданный путь, который нужно преодолеть. Намеченные траектории меняются каждую секунду, а куча неизвестных факторов заставляют реагировать на них быстро и чётко.

Но не стоит думать, что остальные скучнее. Полоса препятствий с перекладинами неподготовленного человека способна переломать пополам. Иногда там такие фигуры приходится выкручивать из собственного тела, чтобы пролезть между столбами и перекладинами, что растяжке позавидует какая-нибудь актриса балета средней руки. К тому же приходится думать головой, иначе завяжешься в узел и не развяжешься потом.

Эта полоса реально как лабиринт для особо изощрённых. Я бы даже сказал — извращённых экстремалов. Но для бесят — самое то.

Ну и конечно, самое простое и в то же время сложное. Ядра! Кинуть тяжеленный шар куда подальше много ума не надо. А ты попробуй кинуть его не просто куда подальше, а куда надо!

Десять мишеней, расположенных на разных расстояниях, нужно поразить десятью бросками тяжёлого ядра. Подряд, конечно же. Если промахнулся, начинаешь заново.

— Команды для выполнения каждого из упражнений выбираете сами, — подзуживал я. — Не обязательно участвовать всему классу, но упражнение будет считаться выполненным, когда хотя бы один из участников завершит его.

Начались активные перешёптывания, условия были чрезвычайно привлекательными. Но они же посадили зёрна сомнений у некоторых учеников. Саня же и вовсе пытался отговорить одноклассников.

— Думаешь, Каменев нас уделает? — огрызнулся Петя. — Я видел его на соревнованиях! Он слабак!

— А я видел его в тот день! — не сдавался Саня. — Три недели назад, здесь, на стадионе!..

— Три недели? — прервал его Женя Михеев. — Чувак, ты серьёзно?

— Саня, харэ, — прорычал Антон. — Я не собираюсь бояться какого-то… — он окинул Колю мимолётным взглядом, — коротышку. Сергей Викторович, на что спорим⁈

Ох, Антоха, Тоха, Тоха… Смотрю, пробуждение дара пробудило в тебе и гордыню? Что ж, этот урок будет ещё полезнее, чем я думал.

— Предлагайте вашу ставку, — пожал я плечами. — Что угодно.

— Что угодно? — хитро ухмыльнулся Макс Пришвин.

Он явно хотел выделиться и перехватить лидерство умников у Дениса, поэтому старательно активничал. А тот не особо-то и сопротивлялся.

Да уж. Я теперь знал, почему он решился подставить меня — Веня раскрыл все карты. И неужели такая решимость противостоять учителю разбилась о поражение?

Ум — это ещё не все. Без силы духа далеко на нём не уедешь. Денис слишком уж растерялся и никак не может собраться с мыслями.

— Что угодно, — кивнул я.

И по сверкнувшему взгляду я понял, что Пришвин уже придумал, как меня подставить. Он решил сделать то, чего не удалось Денису.

Причём ему нужно убедить не только Балбесов, но и Оболтусов в своём варианте. А это непросто.

— Тогда вы должны будете… — Макс сделал небольшую паузу, чтобы проследить за реакцией одноклассников.

Все навострили уши. И кажется, забыли про Колю, который всё это время стоял рядом со мной неподвижно. Он молчал и настраивался. Источник накапливал энергию и пускал бурные потоки магии, разогревая каналы. Он сейчас походил на спортивную машину, которая газует перед стартом, вот только никому, кроме меня, не дано это увидеть.

— Тогда вы, — продолжил наконец Макс, — заставите Соломона Адамовича рыдать на глазах у всей академии!

И наступила тишина.

Я сначала не до конца понял его слова. Но потом ка-а-ак понял!

И остальные бесята тоже. Поэтому шеренга едва не распалась