Размышления русского боксёра в токийской академии - Семён Афанасьев

для ожидания, отгороженной стеклом от всего коридора. Там он вооружился смартфоном и время от времени выбрасывал старшему Асаде большой палец, видимо, в качестве моральной поддержки.

Сын на удивление взросло похлопал отца по спине:

— Всё не так плохо. Хотя есть и новости, немало.

— Давай не тут, — предложил Ватару, поскольку женщины, включая красноволосую подругу сына, едва поприветствовав его, наперебой принялись что-то обсуждать с появившимся в коридоре сотрудником отделения, принесшим какие-то результаты.

* * *

Пока они ехали, Гэнки через юристов уже частично прояснил для себя ситуацию.

Ватару досталось если и не по полной, то, как минимум, весьма солидно.

Товарищ не подвел его ни в одном из узких и сложных моментов, хотя это было и непросто.

Было бы категорически неправильным заставлять его сейчас разрываться между семейным горем и служебным долгом.

Томиясу прикинул: даже если они сядут за работу в девять утра, всё равно ничего страшного не произойдёт. И за ночь точно ничего не изменится: компании ещё заблокированы, люди прямо сейчас спят.

Кое-какие потери намечаются в потенциале, но среди ночи по этому поводу всё равно ничего не сделаешь.

А вот если разобраться с самой животрепещущей проблемой старого товарища до утра, то тогда финансист весь день будет трудиться совсем с другой производительностью.

В клинике вокруг лечащего врача уже явно не первые полчаса хлопотали жена Асады, Мивако и какая-то красноволосая девчонка. Порывшись в памяти, Гэнки припомнил: кажется, она училась в каком-то интересном учебном заведении и Ватару привлёк её сопровождать сына до выборов.

Сам белобрысый сын товарища спокойно поздоровался с обоими прибывшими, перебравшись из коридора сюда, в зал для ожидания.

Гэнки даже приподнялся, ответно приветствуя мальчишку:

— Я участвую в разговоре, рассказывай нам двоим.

— Новостей две партии. Первая — касается ваших выборов и бизнеса. Вторая — пока не окончательно, касается Ю. Возможно, связана с первой, — лаконично и уверенно сообщил Асада-младший. — С чего начинаем?

— Со второго пункта! — придержав Ватару за рукав, оябун отметил, что пацан вовсе не производит того впечатления, на которое постоянно жаловался его отец.

— Второй пункт… — кажется, Маса на ходу перестроился, поскольку собирался начинать с другой темы. — У Ю психоз, предположительно, острый. То, что острый, это как раз хорошо, — упредил он набирающего воздух отца. — В том плане хорошо, что уже есть предварительные анализы. Сейчас похоже, что причина — интоксикация, плюс спровоцированный сбой её нейроконцентратора.

— Что значит спровоцированный сбой? — Гэнки снова придержал за руку Ватару, хмыкнув про себя.

По всему выходило, что конструктивнее и быстрее сейчас будет общаться напрямую, без товарища. А Ватару, изрядно выложившийся за последние сутки, может спокойно понаблюдать за развитием событий.

Кажется, старый друг и сам принял это же решение. Потому что в следующий момент расслабленно откинулся на спинку казённого сиденья и поощряюще махнул сыну рукой.

— Это пока не точно. — Повторил парень. — Проверяется такая гипотеза: Ю употребляла в пищу либо с питьем какие-то компоненты, изначально безвредные. Но некоторые приложения биологического раздела её концентратора стали отдавать на гуморальном, что ли, уровне такие команды, которые в сумме с той пищей привели к критической интоксикации. — Как по писаному, оттарабанил сын Асады. — Причина психоза — программный вирус нового поколения. Ну-у-у, если это можно так назвать… Химия вперемешку с программами нейроконцентратора. Так-то, достаточно почистить последний — и ремиссия. По идее. Но шут его знает, что это вообще за продукт, и чей он. — Маса серьёзно переводил взгляд с одного взрослого на другого. — Понятно, что это не случайность, если это именно оно. Попутно: это как наркотик. Только не чисто химический. Химико-механический, если можно так сказать. Потому что образование ряда нейронных связей в мозгу, плюс эффекты привыкания, идут от комплекса инструментов. А дальше сознание неизбежно искажается.

— А как ты это выяснил так быстро? — против воли напрягся оябун.

В силу положения, ему было кое-что известно о новейших разработках в области бинарных закладок. Только вот имеющаяся в его руках информация говорила, что подобные продукты — вопрос будущего. Не настоящего.

Маса угрюмо уставился в пол:

— Я не могу назвать свой источник. Но именно эта версия сейчас отрабатывается персоналом клиники, как основная. Они, правда, считают сочетание бинарной компоненты случайностью.

— А ты так не считаешь? — настроение Гэнки стремительно улучшалось.

Начать с того, что ему импонировало то впечатление, которое производил сын его лучшего друга.

В отсутствие отца, пацан остался единственным мужчиной на хозяйстве и реально впрягся во все темы. Оябуну сейчас нравилось то, как развивается этот разговор.

— Совсем неважно, что считаю я, — по-взрослому вздохнул Маса. — Главное, что есть компетентные люди. Которые склоняются тоже к этому мнению. Поверьте, источник серьёзный. Просто вслух он не может быть назван. Я рассчитывал, что вы это наверняка понимаете, — он в упор посмотрел на кумитё.

— Понимаю, — ответным кивком Томиясу сбросил наметившееся напряжение в беседе.

Он припомнил, чем именно занималась одна из подруг Мивако, по совместительству — старшая сестра этой самой красноволосой девчонки.

Ладно. Хочет парень играть в серьезность — пусть. Тем более что он не так уж и неправ: его источник — это только его источник.

Правильные схемы в разговоре следует вырабатывать с детства. Тогда ты и с теми же полицейскими в будущем, как твой отец, будешь общаться ровно. И до предательства не опустишься.

— В общем, если это тот вариант, подтверждение будет через пару часов. По первому пункту доклад окончил. — Сообщил Маса.

— Переходи ко второму, — поощрительно кивнул Томиясу.

— Так… Рюсэй, каналы налички работают штатно… не завершаю тему, это первая. — светловолосый европеец прикрыл глаза, что-то припоминая. — Подрядчик торгового центра, который вас сейчас кидает. Это будет вторая тема. Ещё есть третий кандидат на муниципальных выборах, который заявится в самый последний момент. А пока вы его не ждёте и даже о нём не подозреваете. Это третья тема. Там, кстати, уровень префектуры, насколько я понял. И скачивание иностранцами информации о месте работы отца, — тут младший Асада кивнул в сторону Ватару, — причём эти иностранцы сидят в здании департамента по борьбе с терроризмом. Насколько я знаю, до последнего момента вас держали именно там. Это была четвертая тема. С какой из них начинаем?

Томиясу, поколебавшись ровно секунду, не стал сдерживаться: он три раза беззвучно хлопнул в ладоши и уважительно покивал. Затем сказал вслух:

— Интересны все четыре эпизода, причём весьма. Но не могу не начать с конца: я очень рад, что у твоего отца растёт достойный сын. Я бы даже сказал, что… Ой, ладно. Не буду лезть в ваши семейные дела… В общем,