Клан Волка - Анна Кондакова

Красных, синих, серебристых...

Мидори выкрикнула что-то по-янамарски, и в ту же секунду её ослепило потоком голубого света. Девушка отпустила мою руку и мешком завалилась на землю, по её телу прокатилась волна паралича.

Доля мгновения — и голубой свет, только более мощный, ослепил уже меня.

Мышцы окаменели, и через секунду я рухнул на спину, рядом с Мидори, даже подумать ни о чём не успел... наверное, только о том, что варвары, мать их, отлично сработали.

Нет, сознание я не потерял.

Так и застыл с открытыми глазами, уставившись в ночное небо. Взгляд сфокусировался на далёких звёздах, и мне не удалось разглядеть лицо, что надо мной мелькнуло. А потом зрение, и вовсе, стало пропадать, пока всё вокруг не превратилось в серую пелену. Теперь я мог только слышать, представлять и домысливать.

Сколько длилось действие заклинания, приходилось лишь догадываться, но судя по тому, как торопились неизвестные — не слишком долго.

Меня подняли, обхватили с двух сторон и потащили спиной вперёд.

Ноги поволоклись по земле, потом — по ступеням, потом, кажется, задели высокий порог, после чего моё тело швырнули в кресло, но я, как застывший труп, начал съезжать вниз.

— Закрепи, — последовал короткий приказ мужским голосом. — И её.

Меня снова усадили в кресло, а затем я почувствовал, как по ладоням растекается тёплая и липкая субстанция, окутывает каждый палец, добирается до запястий, останавливается у локтей и только потом охлаждается.

Дело дошло и до ног.

Вязкая клейковина поползла от ступней до самых колен прямо под брюками. В итоге я так и остался сидеть без движения, приклеенный к креслу и полу.

Зрение не вернулось, но серая пелена всё же немного посветлела.

Чьи-то руки торопливо обшарили мою одежду, вытащили из кармана остатки денег и, конечно, обнаружили атлас в пиджаке и револьвер в кобуре подмышкой (в этот момент меня охватил такой гнев, что я дёрнулся всем телом, побеждая паралич, но клейкая масса держала крепко).

— Хм... — послышалось рядом.

Незнакомцы вообще были не особо разговорчивыми, делая всё быстро и бесшумно. Лишь порой тихие шаги слышались то позади, то сбоку, иногда нос улавливал запахи то хлорки, то чеснока, то благовоний, то пота.

Сколько человек находилось рядом, я так и не смог определить.

Через несколько секунд в мою щёку уткнулось что-то холодное. Не клинок — точно. Это был ствол револьвера — метателя заклинаний. Возможно, даже моего собственного.

— Кто ты? — спросил тот же мужчина, что до этого отдавал приказ.

Голос у него был молодой, поставленный и чистый. Можно сказать, интеллигентный.

Я сглотнул, еле разлепил губы и тихо произнёс:

— Обычный студент... пришёл на встречу со своей девушкой...

— Давай так. Я расскажу тебе, что будет дальше, а ты решишь, стоит врать или нет.

Он сильнее вдавил ствол револьвера мне в щёку.

— Нам не нужны проблемы. Мы мирно торгуем и не влезаем в чужие конфликты. Но тот, кто вас послал, ошибся. Мы не так просты, как он думает. Твоя подружка вынюхивала тут полдня, только шпионка из неё плохая. И если вы оба не скажете, на кого работаете, то сначала твоя подружка ощутит на себе все прелести пыточных заклинаний. А потом к ней присоединишься ты. Итак, а теперь я тебя слушаю.

Откуда-то сбоку послышалось мычанье Мидори.

Видимо, она сидела с кляпом. И сейчас всё зависело только от того, что я скажу.

В голове уже сложилась картина. Пока не вся, но из того, что успела рассказать мне Мидори, я всё же сделал догадки. Возможно, ошибочные, но других у меня не было.

Нас схватили варвары.

Люди, избежавшие промывки памяти и скрывающиеся под личиной магов. Они не стали пожирать фагнум, как многие другие, и не перешли к чароитам, а лишь скрылись от указа императора, чтобы выжить, оставаясь свободными. Относительно свободными.

При этом они отлично понимали, что если бы Мидори захотела сдать их властям, то позвала бы не какого-то студента, а натравила бы Жрецов и военных.

Только этот факт спас нам жизнь. Но надолго ли.

Я снова сглотнул и ответил:

— Девушка следила не за вами. Она наблюдала за соседним магазином, который принадлежит Рио Маямото из княжества Янамар. Её отец — варвар, обработанный Жрецами, и она не решается с ним заговорить...

— Не дави на жалость, не сработает, — перебил меня мужчина. — Хотя попытка засчитана.

Он убрал ствол от моей щеки, после чего обратился к кому-то:

— Поговорим лучше с девочкой. Повинность нам поможет.

Я дёрнулся в кресле и заговорил громче:

— Проверьте информацию! Её отца зовут Николай Кудинов! Он работает в магазине «Царица Алхимии»! Это раб Торгового Дома Маямото! Я тоже на него работаю!

Имя отца Мидори я запомнил, когда Галей представлял свою приёмную дочь Бажену Орлову. Ну а то, что я связан с Маямото — было последним вариантом спасения.

Больше не нашлось, что сказать.

Только мне всё равно залепили рот той же клейкой хренью, которой скрепляли руки и ноги. На этом пришлось заткнуться и безвольно слушать всё, что творилось с Мидори. В молчании и слепоте.

Сначала девушка опять замычала, затем — закашлялась и тяжело выдохнула.

Потом что-то щёлкнуло и зашипело, до меня донёсся запах. Горький, отдающий тухлятиной, ну а дальше Мидори забормотала по-янамарски (и в который раз я проклял свой сломавшийся наушник-переводчик).

Судя по тому, что девушка заговорила почти сразу, к Мидори только что применили какое-то заклинание под названием Повинность. Странно, что этого не сделали со мной.

— Говори по-нартонски, — без напора и даже вежливо попросил её мужчина, который до этого допрашивал меня. — Ты ведь знаешь государственный язык?

Про себя я дал ему кличку — Интеллигент.

Мидори снова выдохнула и заговорила по-нартонски. Причём заговорила так, что её было не остановить. Наверное, столько правды за один раз она не рассказывала никогда.

— Я не желала вам ничего плохого... случайно вас увидела, услышала обрывки фраз про День Бартла. И мы ни на кого не работаем. Я просто наблюдала за отцом...

В итоге она рассказала про своего отца всё то же самое, что говорил я.

Добавила ещё, что очень любит его и несколько лет считала, что он умер. Не забыла поведать и про Янамар, и про Ютаку, и даже про то, что её отец раньше мастерил заготовки бомб.

— Хм, — опять хмыкнул Интеллигент. — Тогда зачем ты следила за нашим магазином? Твой отец у нас не работает.

И вот тут Мидори призналась в том, что делало её смертельно опасной для всех свободных варваров Стокняжья,