Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

Я слышал как на надо мной кружится сомн воронов. Их каркающая песня придавала мне сил, они пели о том для чего я рожден и к чему стремлюсь. Им вторили голоса голодных духов призывающие меня уничтожить тварь. Отдать им его боль, кровь и смерть. Все это пронеслось в доли мгновений пока мы с Мэйлин сорвались в атаку. Словно демоны мщения мы несли возмездие, мы должны были избавить этот мир от искажения и скверны. Это была наша миссия. Теперь я чувствовал ее еще сильнее и на моих губах появилась улыбка понимания о чем когда-то давно говорил предок. Отныне я знал кто она. Наши удары наносились одновременно, как и клич, что вылетел из наших глоток:

— Во имя Небесного отца! — Один из моих крюков вбился в висок урода, а вторым, словно мясницким топором я в три удара перерубил толстую шею под одной из голов.

— Во имя Матери глубин! — Цзянь Мэйлин вошел в разинутую в крике пасть другой головы пробивая ее насквозь. Словно понимая, что этого мало, она крутанула клинок дробя кости черепа и перемалывая мозг.

Отпрыгнув от уже одноголового чудовища мы автоматом встали в стойку готовые тут же сорваться в атаку, несмотря на то что оба дышали как загнанные лошади. Из перерубленной шеи фонтаном била багровая кровь вперемешку с ихором. Тварь сделала неуверенный шаг в нашу сторону.

Второй. Я уже приготовился вновь атаковать.

Третий шаг стал для твари последним. Уродец рухнул на землю, словно подрубленное дерево.

Победа.

Адреналин медленно отпускал, легкие горели огнем. Не знаю сколько продолжался этот бой, но было ощущение, что мы сражались целую вечность. Не сговариваясь мы оба метнулись к Шао. Самое удивительное, но был еще жив.

Кровь тоненькой струйкой стекала из его рта, как он не умер от болевого шока я просто не представляю.

— Шао! — Я метнулся к нему, а на его лице искаженному болью промелькнуло нечто отдаленно напоминающее улыбку.

— Ученики, оказались способнее учителя. — он закашлялся, пуская кровавые пузыри изо рта. — У меня в халате подорожная. — слова давались ему с безумным трудом. Было видно, что он держится только на чудовищной силе воли. — Доберитесь до лагеря Ночной Гвардии, — он вновь начал кашлять. А мы с Мэйлин сидели рядом с ним и ничем не могли ему помочь. — Скажите командиру, что Шао погиб выполняя свой долг. — в глазах гвардейца горело фанатичное безумие, — Во славу империи!

Он сумел прокричать эти слова и затих, пульс совершенно не прощупывался. Одновременно с Мэйлин мы закрыли ему глаза. Ее тонкие пальцы коснулись моей руки.

— Спи спокойно воин империи, мы выполним твой приказ. — Мэйлин внимательно смотрела на меня, но не говорила ни слова, словно ожидая, что именно я начну разговор.

Говорить не хотелось совершенно, несмотря на то, что у нас появилось множество тем для обсуждения. Я снял с пояса гвардейца кошель с несколькими связками монет, ему они уже точно не понадобятся, а нам могут пригодиться. Увидев мои действия моя тень кивнув сказала:

— Я осмотрю остальных, может есть какие-то зацепки или что-то ценное.

— Хорошо, на мне подорожная.

Прошло минут десять как мы закончили мародерку, улов конечно был так себе, хотя чего еще ожидать от искаженных тварей? У бывший бойцов Скатов обнаружился солидный запас монет, в Жемчужном острове на него мы смогли бы прожить недели две ни в чем себе не отказывая.

— Поговорим Ян? — Залитая кровью Мэйлин выглядела настолько естественно и красиво, что я залюбовался ее лицом и фигурой в сумеречном свете.

— Поговорим Мэйлин, но вначале надо сделать грязную работу. — видя ее непонимающий взгляд, я подошел к ближайшему гоблину и коротким взмахом шуаньгоу отрубил ему голову.

— Зачем? Мы же не на Проклятых землях? — в ее голосе сквозило непонимание.

— Их тела слишком долго соприкасались со скверной, местным будет совсем невесело если эти твари восстанут и начнут убивать. — стоило мне это сказать в голове тут же возник голос Тинджола. «Хорошо сказано мой мальчик, долг кланов крови убирать искажение и уничтожать скверну. Выполняя кармический долг клана ты становишься на правильный путь.»

После моих слов Мэйлин кивнула и мы вместе, с отвращением на лицах, принялись за кровавую работу мясников. Если головы гоблинов отлетали с одного точного удара, то твари бывшие некогда людьми оказались куда прочнее. Скверна уже начала серьезно их менять и в первую очередь это коснулось костной ткани. Тем удивительнее было, то что я сумел с одного удара снести голову своему противнику. Дольше всего я провозился со второй головой жиртреста. С ног до головы заляпанные в крови и ихоре мы сами сейчас больше всего напоминали демонов.

— Что будем делать с телом Шао, я не знаю как в его семье принято хоронить мертвецов. — я задал этот вопрос Мэйлин, пытаясь инстинктивно скинуть с себя ответственность. Мне безумно не хотелось отрубать голову гвардейцу, но я понимал, что если Мэйлин что-то не придумает мне придется это сделать. Это мой долг перед ним.

— В моей семье принято хоронить в море. Море нас породило, море и упокоит. Да примет нас Мать Глубин в своем подводном царстве. — Голос Мэйлин был тих и задумчив, а глаза обычно горящие желтым огнем выглядели будто припорошенные пеплом. — Мы не сможем его сжечь, чтобы с дымом костра его душа отправилась к великому Небу. Не знаю как он жил, но умер он как истинный воин Империи — сражаясь с клинком в руке против множество врагов. — от звука ее голоса во мне крепла уверенность, я почувствовал, что так будет правильно. Шао достоин правильных похорон.

— Кровавая сестра, — я впервые обратился так к Мэйлин и она даже вздрогнула от моих слов. — Ву Ян из великого клана Воронов счастлив, что дочь простого рыбака — я не удержался от шпильки в ее адрес, — стала для меня сестрой по оружию. — Я поклонился ей в пояс, показывая максимальную степень уважения от равного к равному.

— Кровавый брат, — Мэйлин словно пробовала на вкус как звучит эта фраза. Судя по ее легкой улыбке и вновь вспыхнувшим желтым пламенем глазам она ей понравилась. — Лян Мэйлин из великого клана Акулы счастлива, что внук Кровавого Вихря Ву Бэйя стал мне братом по оружию. — из ее фигуры словно, что-то убрали. Словно теперь напряжение от того, что тайну ее происхождения надо постоянно скрывать и теперь она может разделить ее со мной. Она вернула мне такой же поклон. — Мой отец правда