Юнион Джек. Закат эпохи - Владимир Табаков

       У закрытых ворот скопилась толпа мертвецов, они стояли в два ряда плотно наваливаясь друг на друга, толкаясь и просовывая пальцы в ячейки забора. Прямо на глазах Вика со стороны города вкатила багги с тремя бойцами внутри. Пулеметчик ураганом прошелся очередью по толпе, превращая мертвецов у ворот в изорванные пулями куски мяса. Вик уже решился привлечь их внимание, как водитель резко нажал педаль газа, машина подскочила на лежащей куче тел и, снеся ворота, скрылась за углом ангара. Пока не подоспели сородичи павших, Вик поспешил в открывшийся проход. Только он оказался на территории, как пуля, выбившая копну искр буквально в метре от него, заставила его укрыться за нагромождением деревянных поддонов. Откуда стреляли, он не видел. Выждав минуту, Вик проскользнул вдоль стены ангара и заскочил в незапертую дверь. Пули барабанили по зданию, внутри было пусто, огромная площадка просматривалась во все стороны, ворвись сюда противник, и даже укрыться негде. Свет внутрь проникал через окна в крыше. Напротив была такая же дверь, а в левом торце находились огромные ворота. От ворот Вик решил держаться подальше, они гудели от количества пуль, которые принимали на себя. Он подошел к противоположной стене, ладонью подтолкнул дверь, чтобы она приоткрылась, и выглянул наружу. В воздухе послышался характерный свист, Вик захлопнул дверь и отклонился от нее в сторону. Раздались взрывы, в стену и дверь разом ударили сотни осколков. Разрывы повторились, но уже немного в стороне, а потом прекратились. В ушах звенело, Вик вновь приоткрыл дверь, так, чтобы можно было выглянуть. Здание дока окутал густой белый дым, слепо надеясь только на удачу, он выбрался на улицу и, растянувшись на бетоне, пополз вдоль стены, временами замирая и всматриваясь. Ближайшее укрытие, из нагромождения бочек и мусорных контейнеров было в десяти метрах от двери. Укрытие это было весьма условным, но все было лучше, чем торчать на открытом месте, ожидая пулю. Наконец, преодолев все расстояние, Вик пристроился между контейнерами, укрывшись от нежелательных взглядов.

       В проезде между ангарами, он увидел горящие останки багги. Вдалеке в окнах администрации порта замелькали перебегающие силуэты. Из окна первого этажа, выходящего в узкий проулок между зданием, выбрались три человека, они помогли вылезти двум раненым, фактически поймав их на руки. В конце, прыгнув на землю, выбрался еще один человек.

       Они подхватили под руки раненых и под обстрелом бросились к главным воротам ангара, из которого только что выбрался Вик. Бежали они по трое, двое "здоровых" держали посередине раненого. Первая пара добежала до середины, когда бегущий справа на ходу склонился на колено и упал плашмя. Бегущий слева не удержал раненого, завалив его на землю. Схватив лежащего на земле товарища за руки, он попытался волочить его по земле до дверей, но сделав не больше пяти шагов, завалился на него сверху, подкошенный пулей. Вторая тройка не решалась выйти из укрытия, один из них вызывал кого-то по рации, и когда снова послышался свист, они рванули вперед. Они уже были у цели и отодвинули тяжелую створку ворот, чтобы затащить раненого, как метрах в пятидесяти от них, врезавшись в стену, разорвалась мина. Взрывная волна впечатала их в стальные ворота.

       Насмотревшись на этот праздник смерти, Вик выбрался из укрытия и пополз назад в ангар. Это было единственное место, куда он мог относительно безопасно попасть, все остальные маневры были форменным самоубийством. Он вполз в дверной проем и прикрыл дверь. Поднявшись на ноги, он подобрался к приоткрытым воротам. Второй раненый, был жив, он лежал на земле и хрипел, в руке у него был зажат небольшой черный чемоданчик, какие используют для перевозки и хранения оружия. Вик высунулся и, уцепившись за шиворот штормовки, рывком втащил его внутрь. Перевернув его на спину, он увидел удивленный и испуганный взгляд, это был тот самый Патрик, которого он видел в ресторане отеля вместе с Лоуренсом. Вик выглядел не менее удивленным, кого-кого, а знакомое лицо он увидеть здесь не ожидал. Патрик улыбнулся, прокашлялся кровью и прошептал еле слышным голосом - "Алекс".

       - Где он? - также тихо спросил его Вик.

       Из последних сил Патрик приподнял руку, указывая на ворота, во второй он продолжал сжимать черный чемоданчик. Вик медленно положил его голову и подобрался к двери. Если бы не Патрик, во всей этой кутерьме он и не узнал бы Алекса, лежащего на животе лицом вниз в полуметре от двери. Вик окликнул его, и не получив ответа, сделал шаг наружу и затащил товарища внутрь. Вероятно, эту его выходку заметили, по стене и воротам застучали пули, но дело было сделано. Вик тяжело дыша, завалился на пол рядом.

       Патрик умер через десять минут. И Вик, не дожидаясь пока он обернется, выстрелил ему в голову. Алекс был без сознания, но пульс прощупывался, да и везучий он сукин сын. Его парка на спине и плечах была изрезана осколками, рукава пропитались кровью. "Да, ты бессмертный, Суор", - сказал Вик, срезав с Алекса куртку, под которой оказался бронежилет, принявший на себя большую часть осколков. Саму куртку он изрезал на куски, сделав из них повязки. Одно плечо было сильно изрезано и кровоточило, а аптечка осталась в лодке вместе с остальными вещами. Изобразив подобие давящей повязки, Вик осмотрел другие раны. На первый взгляд они были неглубокими и угрозы для жизни не представляли, если не брать в расчет возможные инфекции и сепсис крови. Вик подтащил его к стене и, облокотив на нее, стал расстегивать жилет. Сделать это оказалось не просто. Два осколка все-таки пробили его. Хотя он их и остановил, спася тем самым владельца, острые концы изрезали спину. Пришлось делать еще одну повязку из куртки Патрика.

       Закончив с Алексом, Вик обыскал тело Патрика, взяв с него Кольт 1911 и два запасных магазина к нему, и четыре магазина к HK G36 по тридцать патронов 5.56 и рацию. Спутниковый телефон был разбит и восстановлению не подлежал.

       4 апреля. Портсмут. Александр МакФарлан.

       После того как Патрик запрыгнул в лодку, я остался с Колстэром один на один. Он вызывал только негативные ассоциации, и судя по манере поведения и ведения беседы, до событий он был мелким бюрократом из