"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

Динь-динь!

Бум!

Динь-динь!

Бум!

Работа продолжалась несколько минут, пока заготовка не осталы и Прохор снова не отправил ее в горн.

— Зэ-бэ-сэ, на, — кивнул он подмастерью. — Приноровился?

— Типа того, — улыбнулся парень и глянул на колонку. — Куем металл под металл!

— Чё? — нахмурился кузнец.

— В ритм, говорю попадаем, под музыку. Она «металл» называется, — улыбнулся парень. — Адская кузница! Настоящая! Ты заметил? Тебе понравилась музыка?

Прохор хмыкнул, глянул на колонку и пожал плечами.

— Похрену. Не мешает и ладно, — буркнул Прохор, глянул в горн и достал заготовку. — Погнали, на!

Лев быстренько включил следующий трек, побыстрее и перехватил кувалду.

— Погнали, на! — кивнул он и замахнулся кувалдой.

Динь-динь!

Бум!

Динь-динь!

Бум!

* * *

— Насяльника, не ругайся! — сморщился азиат, глянув на мужчину с закатанными рукавами. — Мы делать! Нам нести — мы делать! Нам не нести — мы не делать!

Широкоплечий мужчина недовольно зыркнул на парочку азиатов, затем вздохнул и произнес:

— Чтобы сегодня была партия, поняли? — пригрозил он им кулаком. — У меня до вечера хватит мяса. Если я без него останусь, я вам лично хари разнесу! Поняли?

— Поняли, насяльника, поняли! — закивал один из них и начал кланяться.

Здоровяк недовольно хмыкнул, отвернулся и вышел из небольшого помещения.

Парочка азиатов переглянулись.

— Чего с ним опять, Чону? — спросил второй азиат.

— Не знаю, Сынхён, — ответил тот. — Видимо денег мало.

Первый азимат вздохнул.

— Почему мы постоянно терпим такое отношение от этого волосатого варвара? — спросил Сынхён. — Меня начинает раздражать это притворство. Мы словно тупые, тут кланяемся и коверкаем слова, чтобы изобразить акцент.

— Я понимаю тебя, но вспомни, сколько мы тут заработали, — глянул на него коллега. — А глупым притворяться проще. Никто не будет думать на нас. Никто не станет у нас отбирать деньги. Все думают, что мы тут живем впроголодь и еле сводим концы с концами, потому что глупые.

— Возможно ты прав, — кивнул Сынхён. — Но я устал от этого.

— Брось, еще полгодика и мы поедем домой, — мечтательно произнес азиат. — С деньгами вернемся к женам. Я вот своей сразу сказал — приеду готовь мясо, будем делать…

— Не начинай, а! — зыркнул на него первый. — Вот люблю я тебя за то, как ты еду описываешь! И за это же ненавижу! Не трави душу! Давай работать!

Чону улыбнулся коварной улыбкой, затем вздохнул и повернулся к рядам с клетками.

— Знаю, Сынхён. Знаю… О! Может вот эту сегодня? — указал рукой азиат на овчарку что сидела в клетке и поглядывала на них с опаской.

— А может ту, — указал рукой напарник на большого сенбернара в угловой клетке. — Он большой и…

— Нет. Вон ту. Смотрит подозрительно. Опасная собака, — покачал головой Чону. — Надо ее убрать, чтобы проблем не было. Та большая — молчит, а эта рычала. Я помню.

— Хорошо, — кивнул Сынхён, взял палку с петлей на конце и кивнул ему на клетку. — Держи, я ее прижму.

Двое азиатов подошли к клетке. Один приоткрыл дверь. Собака тут же зарычала, попыталась выскочить, но не вышло. Она попробовала укусить палку с петлей, что тянулась к ней, но опытный Сынхён тут же накинул ей на шею аркан, а затем дернул шнурок, затягивая петлю.

Он сделал рывок, вытащил собаку из клетки, а затем тут же навалился на шест, прижимая ее к полу.

Овчарка пыталась сопротивляться, рычала, дергалась, но с каждой секундой ее силы уходили. Азиат все и сильнее и сильнее затягивал петлю на ее шее.

— Хорошо, — кивнул Чону, когда собака почти перестала дергаться.

Он нагнулся, связал лапы собаке, накинул специальную петлю на морду, и кивнул напарнику.

Тот отпустил петлю на шее собаки. та хрипло задышала.

Двое азиатов подняли собаку и повесили на крюк, что был закреплен чуть в стороне. Зафиксировав животное, Чану достал две палки. Одну он бросил напарнику.

— Давай не как в прошлый раз. Надо сделать сильно больно, а то мясо будет снова жестким.

— Та дворняга просто скулила громче обычного, — проворчал второй.

Он крутанул палкой, затем огляделся и взглянул на напарника.

— Слушай, я устал тут все отмывать. Давай клеенку постелем, а?

— Порвется, — вздохнул Чону. — Мы же с тобой уже пробовали!

— Ну, порвется и порвется. Мне кажется, что это будет дешевле, чем тратиться на моющее средство, — азиат взглянул на дернувшуюся связанную овчарку, а затем с размаху влепил по ней палкой.

Овчарка заскулила, дернулась еще раз и тут же снова получила палкой по спине.

— Заткнись! — раздраженно рыкнул Чону.

— Надо посчитать, что дешевле выходит, — недовольно буркнул Сынхён.

— Даже если она порвется, пятен и крови будет меньше. Помнишь как с тем бульдогом было? Мне даже потолок пришлось отмывать. Злая собака.

— Ла-а-а-адно, — кивнул Сынхён, прошел в угол помещения и достал сложенную пленку. — Давай расстелим.

Азиаты взяли сверток, быстро его расстелили под собакой, захватив часть стены рядом.

— Ну, что? Начали? — спросил Чону, крутанул палкой и влепил по собаке.

Та заскулила, задергалась, но азиатов это особо не беспокоило.

Процесс был рутинным. Удар, слегка повернуть, еще удар. Обойти и еще удар.

Со стороны, рядом со скулящим, воющим существом, многие бы назвали этих двоих живодерами. Бесчувственными тварями и просто отбитыми на голову психами, но…

Двое азиатов, в их понимании, не били собаку.

Они готовили мясо.

Подготоваливли скотину, перед забоем.

Чтобы мясо было сочнее, мягче, его надо было заранее как следует отбить. А уже потом…

— Ты-та-та-та! — затараторил один азиат, по руке которого пришелся удар второго. — Ты смотришь куда бьешь, Чону?

— Прости, я немного увлекся, — произнес тот.

— Слушай, ты в последнее время начал часто «увлекаться», — произнес Сынхён. — Еще немного и я начну думать. что тебе нравится, как они скулят!

— А в этом есть что-то плохое? — удивленно поднял брови азиат, глянул на скулящую из последних сил овчарку и влепил ей еще раз по ребрам.

Напарник закатил глаза, тяжело вздохнул и уже хотел было скомандовать, чтобы тот закончил