Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

нашла подходящий камешек, присела на него и давай кеды натягивать, а сама соображаю: мне браслетик с планшетом выдали, когда сюда закинули. У него - такой же. Значит, он что - тоже, как и я, жертва обстоятельств? Но - прибарахленный и с пакетиком. Костюмчик, скорее всего, "оттуда", а в пакете наверняка то, что он заказывал сегодня себе на обед. Вот он-то, кстати, о пакетике не забыл, сообразительный наш.

О, топает сюда. Хм, а ведь вежливый. Дождался на той стороне, пока я себя в порядок приведу, и только тогда почапал. Ну а я навстречу торопиться не буду. Расчешусь как следует, воду из уха вытрясу... Вот когда пригодились бы длинные волосы, их можно часами чесать. А тут два раза расческой махнула, и все кончилось. Да, надо будет какую-нибудь сумочку или рюкзачок себе выкружить, а то вот инструмент для наведения красоты и положить-то некуда. Стою, как дура, гребешок в руках тискаю. Волнуюсь, что ли? Не-не, хорош, а то я так все зубья у него пообломаю.

Пока ботан приближался, я его еще поразглядывала. А он вообще-то, если сильно не придираться, вполне даже ничего. Побрит гладенько, весь аккуратненький, не косой, не кривой, не лысый, как есть интеллигент. И ничего, что грудь впалая, зато спина колесом. А что это он свои очки так и не надел? Бутафория, что ли? Ладно, сейчас разберемся. О, на рубашке мокрые пятна! Значит, попала. Пустячок, а приятно.

Ложный очкарик приблизился, но предусмотрительно вплотную подходить не стал, остановился в паре метров. Видать, инстинкт самосохранения у него работает вполне исправно.

- Здравствуйте! Простите, пожалуйста, за то, что поставил вас в неловкое положение, но, поверьте, это произошло без злого умысла и было для меня так же неожиданно, как и для вас.

Голосок так себе. Ни проникновенной глубины, ни бархатистости, одним словом - козлетончик. Но, кажется, не врет. И смотрит мимо глаз. А куда это он глядит? Да как раз на мою расстегнутую вторую пуговку! Хотя... сама же расстегнула, подразнить хотела. А раз так - нечего и дергаться. О, сообразил, что я его разоблачила, покраснел, как рак и совсем в землю уставился. Ничего-ничего, я тебя научу свободу любить. Еще одну пуговку расстегнуть, что ли? Нет, не надо, а то еще с ним удар приключится. Или решит вдруг, что я его сооблазняю, а я, собственно, совсем не такая, облегченным поведением не страдаю. Лучше послушаю, что он еще скажет.

Ботан, тем временем, совладал с собой и продолжил:

- Разрешите представиться: Борис Митрофанович Адамантовский. Я...

Что было сказано дальше, я услышать не смогла. Я сперва фыркнула на "Митрофанушку", потом вспомнила, что такое адамант, а потом живо представила себе бабу Ягу из мультика: "яхонтовый мой!" и Бориса Митрофаныча на месте домовенка Кузи. Сдерживаться далее было выше моих сил, и я совершенно неприлично заржала в полный голос.

Давно уже я так не смеялась. До слез, почти что до колик. Я под конец уже стоять не смогла, просто рухнула на песок и билась в конвульсиях. И, млин, неловко - все-таки человек еще ничего такого не сделал, а остановиться и объясниться не могу. Отсмеялась, гляжу - он и вправду обиделся. Теперь пришла моя очередь извиняться. Прямо так, из полулежачего положения, еще прерывающимся, сбивающимся на смех голосом и начала:

- Простите, я ничего такого особенного в виду не имела, просто внезапно представилась одна вещь...

И я ему описала свои больные фантазии. К моему полнейшему изумлению, он, помолчав несколько секунд, вдруг хрюкнул, потом еще раз, а потом принялся ржать как бы не сильнее, чем я минуту назад. Единственное отличие - на ногах удержался. Я на него поглядела и снова принялась смеяться. Так мы с ним на пару и хохотали, как два идиота.

Наконец, все закончилось, ботан галантно протянул даме руку и помог подняться на ноги. И даже деликатно отвернулся, пока означенная дама отряхивала телеса от налипших песчинок.

- Как я могу к вам обращаться? - спросил он, когда мы, наконец, смогли продолжить разговор.

- Анна.

- А по отчеству?

- Да какое, нафиг, отчество?

Я не выдержала слишком большого количества куртуазии и перешла на более легкий и привычный способ общения.

- Просто Аня. А сколько тебе лет?

- Какое это имеет... Двадцать шесть.

- Мне двадцать четыре, поэтому давай на "ты". И вообще: все эти словесные реверансы действуют мне на нервы.

- Ну давайте... то есть, давай.

- Я буду звать тебя Борюсик.

- Но почему?

- Потому, что, во-первых, ты - вылитый Борюсик. Ну сам на себя посмотри, на Бориса Митрофаныча ты никак не тянешь. А во-вторых, это лучше, чем Митрофанушка и Кузя.

Вновь живо представив себе Борюсика на месте Домовенка, я гыгыкнула, но удержалась от дальнейших фантазий. Борюсик покорно кивнул, и мы продолжили:

- Скажите, Аня, вы... ты при каких обстоятельствах оказалась в этом месте?

- При бытовых.

- Это как?

Он недоуменно уставился на меня.

- Элементарно, Ватсон, - прыснула я. - Заснула дома, проснулась здесь, на рассвете, на берегу моря. Прям как была, в трусах и одеяле. Романтика, блин! А ты? - спросила я его в свою очередь.

- Да, знае... знаешь, примерно так же. Только задремал между лекциями, и вот, понимаешь, проснулся от того, что упал. Думал, что со стула, оказалось - с камня.

- Забавно, - опять хихикнула я.

- Ну, я бы так не сказал.

Он потер плечо, видимо, пострадавшее при падении.

- Аня, вы не понимаете всю глубину возникшей проблемы. Ведь где-то там остались мои студенты, недочитанные лекции, научная работа, мои обязанности, квартира, мама, да вообще вся моя жизнь, в конце концов!

Не удержался мальчик, сорвался на "вы" и на возмущение. У него студенты? Да он, поди доцент? Хотя, где ему - скорее всего, так, аспирантик. Зато теперь известно, кто ему галстуки к рубашкам подбирает. Борюсик, выходит, полноценный маменькин сынулька! Вот свезло, так свезло. А как он на меня глядел-то! Похоже, он, до кучи, еще и мальчик-колокольчик, из тех, что "не динь-динь". Я, конечно, все свои соображения оставила при себе. А вслух, пожавши плечами, сказала:

- Ты ведешь себя неконструктивно.

Он настолько удивился, что даже жаловаться перестал. Видимо, в его представлениях о жизни, слова "ум" и "женщина" даже близко не соседствуют. Да и я со своими обычными манерами на интеллектуалку никак не тяну.