Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Перрин кивнул. Он понимал нежелание земляков чувствовать себя обязанными Айз Седай. Старая поговорка гласила, что принявший дар от Айз Седай окажется у нее на крючке. Он знал, что эта поговорка правдива, но знал и другое – если имеешь дело с Айз Седай, угодишь им в сети независимо от того, берешь от них подарки или платишь за услуги. Верин наблюдала за юношей с едва заметной усмешкой, будто догадывалась, о чем он думает.

Когда трое мужчин с луками направились к выходу, поднялась и Фэйли. Перрин покачал головой, и она – невиданное дело! – села на место. Уж не заболела ли?

Выйдя из дома, Тэм и Абелл поохали, восхищаясь статью Ходока и Ласточки, после чего все отошли в сторону. Перрину пришлось выслушать несколько шуточек насчет его бородки, но о глазах никто не сказал ни слова. Как ни странно, это его вовсе не обеспокоило. Смотрит кто на его глаза или не смотрит – у Перрина и без того забот полон рот.

Когда Абелл спросил, не для того ли нужна "эта штуковина", чтобы процеживать суп, он поскреб бородку и миролюбиво ответил:

— Фэйли нравится.

— Вот оно что! – рассмеялся Тэм. – Стало быть, все дело в девчонке. Ну-ну, помяни мое слово, ты из-за нее еще не одну ночь без сна проведешь, ломая голову, что к чему.

— Точно, – кивнул Абелл, – с такими можно сладить только одним способом – сделать вид, будто идешь у них на поводу, а они всем заправляют. Эдак она привыкнет командовать по мелочам, а как дойдет до серьезного дела, не сразу и смекнет, что без нее обошлись. Ну а когда сообразит, пусть себе кудахчет – дело-то сделано.

Перрину показалось, что эти рассуждения очень уж похожи на поучения госпожи ал'Вир, адресованные Фэйли. Интересно, обменивались ли Абелл и Марин мнениями по этому поводу. Что-то не очень в такое верится. Но мысль интересная – может быть, стоит опробовать ее на Фэйли. Впрочем, нет, уж она-то в любом случае добьется своего.

Перрин обернулся. Лечебница уже почти полностью скрылась за деревьями – вот и ладно. Надо держаться подальше от Айз Седай – они известные мастерицы подслушивать, подсматривать да выведывать. Перрин принюхался и вздохнул с облегчением. Где-то в отдалении стучал дятел, в ветвях над головой прятались белки, поблизости прошмыгнула лисица с кроликом в зубах. Но запаха человека – кроме, конечно, их собственных – не было, а стало быть, их разговор не подслушивал затаившийся в зарослях Страж. Перрину подумалось, что он, возможно, стал слишком подозрительным. Но, с другой стороны, на то были основания – трудно поверить, что сразу две знакомых ему Айз Седай случайно оказались в одном месте. Причем одной из них не доверяла Эгвейн, а другой – он сам.

— Вы останетесь здесь, – спросил он, – с Верин и Аланной?

— Ну уж нет! – отвечал Абелл. – Как можно ночевать под одной крышей с Айз Седай?

— Мы собирались здесь поселиться – местечко-то подходящее, – подхватил Тэм, – но они укрылись в лечебнице раньше нас. Боюсь, что, если бы не Марин и Круг, эти Стражи прикончили бы нас.

Абелл усмехнулся:

— А по-моему, дело не в Круге, а в том, что Айз Седай выяснили, кто мы такие. Точнее – кто наши сыновья. Должен сказать, паренек, очень уж они вами интересуются – и тобой, и твоими друзьями… – Он задумался. – У Аланны как-то вырвалось, что вы, все трое, та'верены, а я слышал, что Айз Седай не могут лгать.

— Ну уж не знаю, – пробурчал Перрин. – Сдается мне, я не больно похож на та'верена, да и Мэт тоже.

Он не упомянул Ранда, и это не осталось незамеченным – Тэм бросил на него быстрый взгляд. Да, надо бы научиться врать получше, а заодно и получше хранить секреты – и свои, и чужие.

— Может, ты просто не больно-то хорошо знаешь, каков должен быть та'верен. А скажи, паренек, как вышло, что ты водишь компанию с айильцами и огир?

— Встретил я тут недавно торговца, – вставил Абелл, – так он рассказывал, будто айильцы перебрались через Хребет Мира. То ли они в Муранди, то ли в Алтаре – во всяком случае, далеко от своей Пустыни.

— Все это не имеет никакого отношения к та'веренам, – уклончиво ответил Перрин. – Лойал – мой друг и приехал сюда, чтобы мне помочь. Гаул тоже мой друг – во всяком случае, я на это надеюсь. Что же до Байн и Чиад, то они пришли не со мной, а с Фэйли. Все это довольно трудно растолковать, но так уж получилось. Но та'верены тут ни при чем.

— Так или иначе, парень, – промолвил Абелл, – эти Айз Седай очень вами интересуются. В прошлом году мы с Тэмом решили разузнать, где вы да как, и отправились прямиком в Тар Валон, в Белую Башню. Тамошние сестры делали вид, будто никогда о вас и не слышали, но нам было ясно, что они лукавят. Мы и опомниться не успели, как Хранительница Летописей усадила нас в лодку и спровадила вниз по реке. Карманы наши были набиты золотом, а головы – туманными заверениями. Мне совсем не нравится, что Белая Башня каким-то образом использует Мэта.

Перрину очень хотелось сказать отцу Мэта, что ничего подобного не происходит, однако он боялся, что не сумеет солгать достаточно убедительно. Мэт увяз в делах Белой Башни так же глубоко, как и он сам, а может, и того глубже. Да что там, все они, все трое, на привязи, а Айз Седай дергают за ниточки.

Воцарилось молчание. Через некоторое время Тэм тихонько произнес:

— Перрин, у меня печальные вести о твоей семье.

— Я все знаю, – торопливо отозвался Перрин.

Все трое уставились в землю.

Захлопали крылья. Перрин поднял голову и увидел, как шагах в пятидесяти от них на ветку уселся огромный ворон и уставился на них черными бусинками глаз. Юноша потянулся к колчану, но и прицелиться не успел, как две стрелы уже сбили птицу с ее насеста. Тэм и Абелл уже вновь натянули луки и оглядывались по сторонам в поисках других воронов. Но их не было.

Стрела Тэма угодила ворону прямо в голову. Это не было случайностью и никого не удивило. Перрин не лгал, когда говорил Фэйли, что эти двое искуснее его в стрельбе. Тэму ал'Тору не было равных во всем Двуречье.

— Гнусные твари, – проворчал Абелл, поставив ногу на