Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

И на самом деле род Арасовых прервался бы, не пробудись у Александра Григорьевича, или как мы все его звали — Санчо — особого дара.

Очень уникального особого дара. Такого, что обычно не слишком ценится в боевых подразделениях.

Он умел считывать эмоциональное состояние людей.

Чем-то это походило на то, как я определял эмоции других по реакции их Источников. Но у Санчо получалось даже лучше моего, ведь магия не всегда сходится с внутренним состоянием. Сильные маги способны контролировать себя.

Так что Санчо взяли в спецотряд в качестве мастера по допросам в полевых условиях.

Когда проникаешь в тыл противника, ну или вероятного противника, нужно быстро поймать языка, допросить его, получить информацию, прикончить и свалить, пока тебя не обнаружили. Причём допрос должен быть как можно тише и незаметнее. И в таких ситуациях в дело вступал Санчо.

Ну ещё он по понятным причинам мог клеить мамзелей пачками, чем активно пользовался.

Засранец.

Однако его очень беспокоил запрет создания семьи. Он хотел возродить род Арасовых и преумножить его. И по особому разрешению, за отличительные заслуги, ему позволили выйти из состава спецотряда ради этого благородного дела.

Не без моей помощи, честно говоря. Но он об этом не в курсе.

— Слышал про командира? — спросил я, сбросив улыбку.

— Да, — кивнул он. — Соболезную. Вы были с ним особенно близки.

— О, не стоит! Этот засранец оставил мне в наследство ту ещё головоломку!

Санчо ухмыльнулся и кивнул.

— Это на него похоже… Полагаю, головоломка связана с этой академией?

— Ты всегда был особенно догадлив, — хмыкнул я.

— Не знаю, что там тебе загадал командир, — серьёзно произнёс Санчо, — но ты вписался в серьёзную игру, дружище. Очень многие хотят, чтобы эта академия перестала существовать. По крайней мере, в том виде, в котором она есть сейчас. И этот хлыщ Соломон Адамович явно играет на их стороне.

— Да я в курсе, — улыбнулся я. — И мне, если честно, как-то насрать.

Санчо глубоко вздохнул и устало помассировал переносицу.

— И почему я не удивлён? Ты даже с императором разговаривал на равных.

— Алексеич классный чувак! — осклабился я.

Санчо немного скривился, когда я так панибратски назвал Его Императорское Величество, Государя Всероссийского, Великого князя… Ну там короче такой длинный титул, что он сам наверняка не помнит его наизусть.

— Я не смогу долго прикрывать тебя и академию, Ставр, — серьёзно произнёс Санчо. — Сегодня повезло, что мне удалось выбить эту командировку. Но в другой раз может приехать кто-то… с другими взглядами.

— Санчо! — воскликнул я. — Да пусть хоть сам министр прикатывает! Мне всё равно кого обламывать.

— Да я знаю, — проворчал важный замминистра. — Но прошу, будь осторожен! Эту программу хотят закрыть очень влиятельные люди.

— Но тогда им придётся закатать губу, — ухмыльнулся я.

Санчо снова глубоко вздохнул, покачал головой, а затем опять заговорил:

— Я знаю, что в долгу перед тобой, Ставр… Да, я в курсе, что ты тогда замолвил за меня слово, не удивляйся.

— Почему-то я и не удивлён.

— Я сделаю что могу, — заявил Санчо. — Постараюсь выиграть вам время… И предупрежу тебя кое о чём.

Он принял серьёзный вид. Даже серьёзнее, чем раньше.

Явно нагнетал атмосферу.

— Дело в том, что терпение этих засранцев лопается, — сказал он. — Академия должна показать серьёзные результаты на ежегодной олимпиаде, или программу закроют. И ни я, ни даже твоя дружба с императором не смогут помешать этому.

На этот раз замолчал я. Но не из-за каких-то таинственных и влиятельных противников, которых придётся обломать.

Просто вдруг осознал одну важную вещь…

Я очень не хочу, чтобы эта академия перестала существовать.

— Спасибо, Санчо, — ответил я после недолгой паузы. — Дай нам время подготовиться, и даже сам Алексеич не сможет прикрыть нашу лавочку.

Санчо улыбнулся и кивнул. А затем нахмурился.

— Слушай… может, всё-таки расскажешь, что за головоломку дал тебе командир? Я ж теперь заснуть не смогу, если не узнаю!

Я нацепил серьёзную мину и взглянул ему в глаза.

Некоторое время мы мерили друг друга взглядами, а затем я вкрадчиво, почти шёпотом произнёс:

— Санчо… я могу сказать тебе только одно…

Он внемлил каждому моему слову и даже слегка наклонился, желая узнать тайну. А я специально замолчал. Почувствовал, как он пытается проверить мой эмоциональный фон и как разбивается его дар о выставленный барьер.

— Ну не томи, Ставр, — прошептал он.

— Я могу сказать тебе только одно слово, Санчо. Слушай внимательно…

Он нервно сглотнул.

— «Усыпин».

— Чё?

— Снотворное! Хорошее и стоит копейки. Работает безотказно! И в любой аптеке…

— Ставр! — рявкнул он. — Да чтоб тебя!

— Бывай, дружище! — Я похлопал его по плечу и открыл дверцу, но прежде, чем выйти, добавил: — А если что, у меня есть знакомая лекарка. Она может посоветовать что-нибудь для твоего маленького Санчика. Ты же всё рвался род восстанавливать, но вместо этого гоняешь по инспекциям.

— Ставр!!! — гаркнул он, оглядевшись в сторону водителя. — Иди ты!.. Отсюда!

— Иду, иду, — прервал я его. — Бывай, Санчо, и спасибо за инфу.

Я вышел из машины и, широко улыбаясь, пошагал по дороге прямо туда, где столпились мои бесята. Они о чём-то шушукались, но я не стал подслушивать. Всё-таки есть грань между разведкой и обыкновенной слежкой.

Но когда я подошёл к ним, они вдруг остановились и встретили меня с такими заговорщицкими ухмылками, что пожалел о своём решении.

— Что вы задумали, бесята? — прищурился я.

— Сергей Викторович, — выступил Саня, — у нас тут для вас… ну, то есть…

На выручку выскочил Боря и вытянул перед собой здоровенную конусообразную палку с круглой гардой, как у меча.

— Указка! — заявил он.

— Указка? — удивился я.

— Ага, — кивнул Боря. — Из рога Криворога. У Коржика недавно рога отпали, представляете? Ну мы и сделали…

— Возьмите, это вам! — присоединилась Анжела.

— За всё! — с серьёзным лицом добавил Антон.

Я, честно говоря, не нашёлся что ответить.

В груди одновременно потеплело и забурлило. Источник вдруг начал вырываться из-под контроля, хотя такого не случалось ещё с прошлой жизни.

Я